«Never be afraid to appear too decent to someone.» - Никовда не бойтесь показаться слишком порядочным
 Friday [ʹfraıdı] , 21 September [sepʹtembə] 2018

Тексты с параллельным переводом

билингва книги

Уинстон Грум. Форрест Гамп

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

«Фо́ррест Гамп» (англ. Forrest Gump) — роман Уинстона Грума 1986 года. Снятый по роману фильм Роберта Земекиса вышел на экраны в 1994 году и впоследствии получил 6 наград премии «Оскар». Главный герой книги — Форрест Гамп, добрый и наивный взрослый мужчина, родившийся умственно отсталым ребенком. Большинство людей считают его настоящим идиотом просто потому, что он не может связать и пары слов. Несмотря на низкий интеллект, парень имеет жизненный опыт, а также способности, которые недоступны другим, казалось бы, более умным и обеспеченным людям.

Forrest Gump

Winston Groom

Форрест Гамп

Уинстон Грум

For Jimbo Meador and George Radcliff—who have always made a point of being kind to Forrest and his friends.

There is a pleasure sure in being mad which none but madmen know.

Dryden

Посвящается Джимбо Мидору и Джорджу Рэдклиффу: за хорошее отношение к Форресту и его друзьям

Есть своя радость в безумии,

Только безумцам ведомая.

Драйден

Chapter 1.

Часть 1.

Let me say this: bein a idiot is no box of chocolates. People laugh, lose patience, treat you shabby. Now they says folks sposed to be kind to the afflicted, but let me tell you—it ain’t always that way. Even so, I got no complaints, cause I reckon I done live a pretty interestin life, so to speak. Скажу так: жизнь идиота – не сахар. Люди сначала смеются, потом раздражаются, и начинают плохо относится к тебе. Говорят, нынче к увечным должны с добром, так скажу вам прямо – не всегда это так. А я-то вообще не жалуюсь, жизня у меня и так наполненная смыслом, так сказать.
I been a idiot since I was born. My IQ is near 70, which qualifies me, so they say. Probly, tho, I’m closer to bein a imbecile or maybe even a moron, but personally, I’d rather think of mysef as like a halfwit, or somethin—an not no idiot—cause when people think of a idiot, more’n likely they be thinkin of one of them Mongolian idiots–the ones with they eyes too close together what look like Chinamen an drool a lot an play with theyselfs. Идиот я с самого рождения. У меня IQ ниже семидесяти, так что ошибки быть не может. Может, я скорее неполноценный, или дебил, но скажу вам так – сам себя я считаю полудурком. Ладно, тут главное – что не идиот. Когда говорят – идиот – так чаще представляют себе «монгольского идиота», ну, такого, у кого глаза косят, как у китаезы, и который на людях сам с собой развлекается…
Now I’m slow—I’ll grant you that, but I’m probly a lot brighter than folks think, cause what goes on in my mind is a sight different than what folks see. For instance, I can think things pretty good, but when I got to try sayin or writin them, it kinda come out like jello or somethin. I’ll show you what I mean. В общем, мыслю я не слишком шибко, хотя и поумнее, чем кое-кто думает. Потому что в мозгу у меня все не так происходит, как им снаружи видится. Например, понимаю-то я все хорошо, а вот когда доходит дело до сказать, так тут я швах. Ну вот например…
The other day, I’m walkin down the street an this man was out workin in his yard. He’d got hissef a bunch of shrubs to plant an he say to me,

“Forrest, you wanna earn some money?” an I says,

“Uh-huh,” an so he sets me to movin dirt. Damn near ten or twelve wheelbarrows of dirt, in the heat of the day, truckin it all over creation. When I’m thru he reach in his pocket for a dollar. What I shoulda done was raised Cain about the low wages, but instead, I took the damn dollar an all I could say was “thanks” or somethin dumb-soundin like that, an I went on down the street, waddin an unwaddin that dollar in my hand, feelin like a idiot.

Иду я как-то по улице, а один мужик во дворе копается. У него полно кустов, чтобы сажать, он мне и говорит:

«Форрест, денег хочешь заколотить?» А я отвечаю:

«Угу!» Ну, он мне велит землю лопатить, мусор таскать. Грязи одной было тачек десять или двенадцать, а жара стояла страшная, и вот их таскай. Кончил я, а он лезет в карман и вынимает доллар. Мне бы ему скандал закатить за такую плату, а я что? Взял этот доллар и сказал еще «спасибо», или что-то еще промямлил. И побрел по улице, подбрасывая этот вонючий доллар на ладони, прям как идиот.

You see what I mean?

Now I know somethin bout idiots. Probly the only thing I do know bout, but I done read up on em—all the way from that Doy-chee-eveskie guy’s idiot, to King Lear’s fool, an Faulkner’s idiot, Benjie, an even ole Boo Radley in To Kill a Mockingbird–now he was a serious idiot. The one I like best tho is ole Lennie in Of Mice an Men. Mos of them writer fellers got it straight—cause their idiots always smarter than people give em credit for. Hell, I’d agree with that. Any idiot would. Hee Hee.

В общем, ясно?

Да, про идиотов я ведь много чего знаю. Наверно, только про них-то я и знаю, потому что о них я все прочитал. Ну, и про этого парня Доустоуеуски, про его идиота, и про шута короля Лира, и про фолкнеровского идиота, Бенджи, и даже про старину Бу Рэдли из «Убить пересмешника». Вот это был парень серьезный. Но больше всего мне нравится старик Ленни из «О людях и мышах». Эти ребята писатели хорошо идиотов понимают, да, нужно отдать им должное. В общем, я с ними согласен. Да и любой идиот тоже согласится, ха-ха!

When I was born, my mama name me Forrest, cause of General Nathan Bedford Forrest who fought in the Civil War. Mama always said we was kin to General Forrest’s fambly someways. An he was a great man, she say, cept’n he started up the Ku Klux Klan after the war was over an even my grandmama say they’s a bunch of no-goods. Мама назвала мне Форрестом в честь генерала Натана Бедфорда Форреста, что в гражданскую воевал. Она даже хвастала, что мы с ними какая-то родня. Говорила, что большой был человек, великий даже. Только вот оказалось, это он Ку-клукс-клан основал, ну, такой клуб, да, после той войны. Даже бабушка говорила, что они ребята были очень плохие.
Which I would tend to agree with, cause down here, the Grand Exalted Pishposh, or whatever he calls hissef, he operate a gun store in town an once, when I was maybe twelve year ole, I were walkin by there and lookin in the winder an he got a big hangman’s noose strung up inside. When he seen me watchin, he done thowed it around his own neck an jerk it up like he was hanged an let his tongue stick out an all so’s to scare me. I done run off and hid in a parkin lot behin some cars til somebody call the police an they come an take me home to my mama. So whatever else ole General Forrest done, startin up that Klan thing was not a good idea—any idiot could tell you that. Nonetheless, that’s how I got my name. Тут я с ней согласен. Вот ведь и у нас тоже – был один такой, Крутой Пифпаф, или как он там себя называл, у него магазинчик оружейный был в городе, а мне тогда было лет двенадцать, шел я мимо и глядь через витрину – а у него такая петля, как для виселицы, он увидел, что я гляжу, как наденет петлю на шею и язык высунул, чтобы меня напугать. Я как дал деру, и спрятался на стоянке за машинами, пока полиция не наехала и домой меня не отвезла, прямо к маме. В общем, не знаю, что там еще натворил этот генерал Форрест, но вот этот Клан – это была идея не самая хорошая. В общем, так уж получилось, что я стал Форрестом.
My mama is a real fine person. Everbody says that. My daddy, he got kilt just after I’s born, so I never known him. He worked down to the docks as a longshoreman an one day a crane was takin a big net load of bananas off one of them United Fruit Company boats an somethin broke an the bananas fell down on my daddy an squashed him flat as a pancake. One time I heard some men talkin bout the accident—say it was a helluva mess, half ton of all them bananas an my daddy squished underneath. I don’t care for bananas much myself, cept for banana puddin. I like that all right. Мама у меня была хорошая. Это каждый вам скажет. Папу убили вскоре после рождения, я его не знал. Он работал в доках, грузчиком, и как-то кран переносил огромный тюк с бананами с корабля компании «Юнайтед Фрут» прямо над ним, и что-то там стряслось, и сетка полетела прямо на папу и в лепешку его раздавила. Слышал я как-то разговор об этом случае – страшное говорят, было зрелище, месиво такое из полутонны бананов и моего папочки. Так что бананы я не слишком долюбливаю, разве что пудинг из них ем. Это я и в правду люблю.
My mama got a little pension from the United Fruit people an she took in boarders at our house, so we got by okay. When I was little, she kep me inside a lot, so as the other kids wouldn’t bother me. In the summer afternoons, when it was real hot, she used to put me down in the parlor an pull the shades so it was dark an cool an fix me a pitcher of limeade. Then she’d set there an talk to me, jus talk on an on bout nothin in particular, like a person’ll talk to a dog or cat, but I got used to it an liked it cause her voice made me feel real safe an nice. Мама получила пензию от «Юнайтед Фрут», маленькую, так что приходилось брать в дом жильцов, и это было окей. Пока я был маленьким, она меня держала дома, так что другие ребята на меня не наезжали. Летними вечерами, когда становилось душно, она сажала меня в гостиной, закрывала все шторы, так что становилось черно, как в угольном ящике, и приносила графин с лимонадом. Потом она говорила со мной, так, ни о чем, как говорят с собакой или кошкой, но мне это нравилось, я к этому привык, мне от звука ее голоса становилось так спокойно и славно.
At first, when I’s growin up, she’d let me go out an play with everbody, but then she foun out they’s teasing me an all, an one day a boy hit me in the back with a stick wile they was chasin me an it raised some fearsome welt. After that, she tole me not to play with them boys anymore. I started tryin to play with the girls but that weren’t much better, cause they all run away from me. А ведь сначала, она пускала меня играть во дворе как все, потом увидела, что ребята меня дразнят. Однажды один парень так стукнул меня палкой по спине, что остался жуткий рубец, и после этого она мне сказала, чтоб я с ними не играл. Ну, тогда я начал играть с девочками, только толку не было, они от меня все удирали.
Mama thought it would be good for me to go to the public school cause maybe it would hep me to be like everbody else, but after I been there a little wile they come an told Mama I ought’n to be in there with everbody else. They let me finish out first grade tho. Мама все считала, что учиться мне в обычной школе, потому что тогда я буду как все. Только когда я туда немного походил, оттуда приехали и сказали маме, что мне нельзя учиться как все. Все же младшие классы мне кончить дали.
Sometimes I’d set there wile the teacher was talkin an I don’t know what was going on in my mind, but I’d start lookin out the winder at the birds an squirrels an things that was climbin an settin in a big ole oak tree outside, an then the teacher’d come over an fuss at me. Sometimes, I’d just get this real strange thing come over me an start shoutin an all, an then she’d make me go out an set on a bench in the hall. An the other kids, they’d never play with me or nothin, cept’n to chase me or get me to start hollerin so’s they could laugh at me—all cept Jenny Curran, who at least didn’t run away from me an sometimes she’d let me walk nex to her goin home after class. Пока училка что-то там себе говорила, я сидел и думал о чем-то – сам не знаю о чем, только я смотрел на птиц и белок, и вообще на всякую жизнь на большом старом дубе за окном. Когда она замечала, то шипела на меня. А то это странное существо начинало на меня орать, и выгоняло в коридор. И там я сидел на лавочке. Другие ребята со мной не водились, только гоняли, или ржали надо мной. Только не Дженни Керран – она одна от меня не бегала, и иногда разрешала идти рядом, когда мы шли домой.
But the next year, they put me in another sort of school, an let me tell you, it was wierd. It was like they’d gone aroun collectin all the funny fellers they coud find an put em all together, rangin from my age an younger to big ole boys bout sixteen or seventeen. They was retards of all kinds an spasmos an kids that couldn’t even eat or go to the toilet by theyselfs. I was probly the best of the lot. Через год меня отвезли в другую школу, странную такую школу, скажу я вам. Там решили собрать всех странных ребят с округи – от самых маленьких, до взрослых парней лет шестнадцати. Это были всякие умственно-отсталые и недоумки, в общем, психи. Были такие, что сами не ели и в туалет не могли сходить. Я там как раз был самый умный.
They was one big fat boy, musta been fourteen or so, an he was afflicted with some kinda thing made him shake like he’s in the electric chair or somethin. Miss Margaret, our teacher, made me go in the bathroom with him when he had to go, so’s he wouldn’t do nothin wierd. He done it anyway, tho. I didn’t know no way of stoppin him, so I’d just lock mysef in one of the stalls and stay there till he’s thru, an walk him back to the class. Был там, например, один толстяк лет четырнадцати, так он иногда трясся, как на электрическом стуле. Наша училка, мисс Маргарет, велела мне ходить с ним в ванную, когда это начиналось, чтобы он чего такого не сделал. Но он все равно делал, а чем я ему мог помешать? Я закрывался в кабинку, и ждал, пока у него не кончится, а потом отводил назад в класс.
I stayed in that school for about five or six years. It wadn’t all bad tho. They’d let us paint with our fingers an make little things, but mostly, it jus teachin us how to do stuff like tie up our shoes an not slobber food or get wild an yell an holler an thow shit aroun. They wadn’t no book learnin to speak of—cept to show us how to read street signs an things like the difference between the Men’s an the Ladies’ rooms. With all them serious nuts in there, it woulda been impossible to conduct anythin more’n that anyway. Also, I think it was for the purpose of keepin us out of everbody else’s hair. Who the hell wants a bunch of retards runnin aroun loose? Even I could understand that. Проторчал я там лет пять-шесть. Не так уж плохо там было. Там разрешали рисовать пальцем и учили мастерить, а больше всего таким вещам как завязывать шнурки, не мазаться едой и не свинячить, а еще не буянить. Книжек там не было, разве показывали как читать вывески, и как, например, отличить мужской туалет от женского. Да в общем, там у них и не разгуляешься – наверно, нас там специально держали, чтобы мы на кого не наехали. Кому ж, черт возьми, понравится такая банда психов на свободе?! Это даже я – и то понимаю.
When I got to be thirteen, some pretty unusual things begun to happen. First off, I started to grow. I grew six inches in six months, an my mama was all the time havin to let out my pants. Also, I commenced to grow out. By the time I was sixteen I was six foot six an weighed two hundrit forty-two pounds. I know that cause they took me in an weighed me. Said they jus couldn’t believe it. В тринадцать лет стали происходить чудные вещи. Во-первых, я начал расти – вырос на шесть дюймов за шесть месяцев, мама только и успевала, что отпускать запас у штанов. Вообще, я стал здоровым. В шестнадцать я уже был ростом шесть футов шесть дюймов и весил 242 фунта. Точно знаю, что столько – они меня взвешивали. И даже сказали, что не могут поверить своим глазам.
What happen nex caused a real change in my life. One day I’m strollin down the street on the way home from nut school, an a car stop longside of me. This guy call me over an axed my name. I tole him, an then he axed what school I go to, an how come he ain’t seen me aroun. When I tell him bout the nut school, he axed if I’d ever played football. I shook my head. I guess I mighta tole him I’d seen kids playin it, but they’d never let me play. But like I said, I ain’t too good at long conversation, an so I jus shook my head. That was about two weeks after school begun again. Вот тут оно и случилось. Шел это я как-то домой из школы для психов, вдруг рядом машина тормозит. Выходит парень и говорит, как тебя звать. Я говорю, а он спрашивает, где я учусь, и почему это он меня раньше не видал. Когда я сказал насчет нашей школы для психов, он меня и спрашивает, играл ли я в футбол. Нет, говорю. Я ему мог бы рассказать, что видел, как другие ребята играют, да они меня не пускают, только я уж вам говорил, что говорить я не силен, так что просто головой помотал. Это было недели через две после каникул.
Three days or so later, they come an got me outta the nut school. My mama was there, an so was the guy in the car an two other people what look like goons—who I guess was present in case I was to start somethin. They took all the stuff outta my desk an put it in a brown paper bag an tole me to say goodbye to Miss Margaret, an alls of a sudden she commence to start cryin an give me a big ole hug. Then I got to say goodbye to all the other nuts, an they was droolin an spasmoin an beatin on the desks with they fists. An then I was gone. Через три дня они меня забрали из школы для психов. Моя мама, тот парень с машиной и еще два здоровых, как санитары, амбала – наверно, на тот случай, если я что-то вытворю. Они выгребли все из моей парты в коричневый бумажный мешок, и сказали, чтобы я распрощался с мисс Маргарет, а она вдруг расплакалась, и крепко меня обняла. Тогда я сказал до свидания всем остальным психам, а они вопили, орали и били кулаками по крышкам парт. Вот так я ушел оттуда.
Mama rode up in the front seat with the guy an I set in back in between them goons, jus like police done in them ole movies when they took you “downtown.” Cept we didn’t go downtown. We went to the new highschool they had built. When we got there they took me inside to the principal’s office an Mama an me an the guy went in wile the two goons waited in the hall. The principal was an ole gray-haired man with a stain on his tie an baggy pants who look like he coulda come outta the nut school hissef. We all sat down an he begun splainin things an axein me questions, an I just nodded my head, but what they wanted was for me to play football. That much I figgered out on my own. Мама ехала спереди с этим парнем, а я сзади между амбалами, прямо как в кино, когда полиция забирает кого-нибудь «в участок». Только мы приехали не в участок, а в новую школу. Мы с мамой и парнем пошли в кабинет директора, а амбалы остались в вестибюле. Директор школы был такой седой, с галстуком в жирных пятнах и таких широких штанах. словно он сам только что из школы для психов. Мы сели за стол, и он начал меня спрашивать и что-то толковать, а я только кивал головой. В общем, оказалось, что они хотят всего-навсего, чтобы я играл в футбол. Так это-то я и сам давно понял!
Turns out the guy in the car was the football coach, name of Fellers. An that day I didn’t go to no class or nothin, but Coach Fellers, he took me back to the locker room an one of the goons rounded me up a football suit with all them pads an stuff an a real nice plastic helmet with a thing in front to keep my face from gettin squished in. The only thing was, they couldn’t find no shoes to fit me, so’s I had to use my sneakers till they could order the shoes. Оказалось, этот парень в автомобиле – футбольный тренер, по фамилии Феллерс. В тот день я не ходил на урок, только к тренеру Феллерсу. Он меня отвел в раздевалку, и один из амбалов одел меня в футбольную форму – со всеми подкладками и причиндалами, вроде пластикового шлема с решеткой. чтобы морду не расквасить. Только ботинок у них не нашлось моего размера, так что пришлось мне пока ходить в своих кроссовках, пока не заказали ботинки специально для меня.
Coach Fellers an the goons got me dressed up in the football suit, an then they made me undress again, an then do it all over again, ten or twenty times, till I could do it by mysef. One thing I had trouble with for a wile was that jockstrap thing—cause I couldn’t see no real good reason for wearing it. Well, they tried splainin it to me, an then one of the goons says to the other that I’m a “dummy” or somethin like that, an I guess he thought I wouldn’t understand him, but I did, on account of I pay special attention to that kind of shit. Not that it hurt my feelins. Hell, I been called a sight worse than that. But I took notice of it, nonetheless. Ладно, натянули они на меня этот костюм, а потом стянули, и опять натянули, и опять стянули, и так раз двадцать, пока я не научился сам его надевать-снимать. Одну вещь я не понял, зачем нужна эта штука – раковина называется – какой от нее-то прок. Они мне пытались объяснить, и в конце один амбал другому сказал, что я «болван». Думал, я его не пойму, только я понял, потому что за этим я специально слежу, за этой хренотенью. Нет, не то, чтобы я на это слишком обижаюсь, меня и похуже называли. Просто слежу вот, и все.
After a wile a bunch of kids started comin into the locker room an takin out they football stuff and gettin into it. Then we all went outside an Coach Fellers got everbody together an he stood me up in front of them an introduced me. He was sayin a bunch of shit that I wadn’t followin real close cause I was haf scared to death, on account of nobody had ever introduced me before to a bunch of strangers. But afterward some of the others come up an shook my hand an say they is glad I am here an all. Then Coach Fellers blowed a whistle, what like to make me leap outta my skin an everbody started jumpin around to get exercise. Потом в раздевалку ввалилась куча парней, и они стали одеваться в футбольную форму. Потом мы все вышли на поле, а тренер Феллерс поставил меня перед ними и представил. Он много всякой хренотени плел, только я не все усек, потому что напугался страшно – раньше-то никто меня не представлял целой куче незнакомых парней. Но потом некоторые ко мне подходили, пожимали руку и говорили, что рады мне. Тут тренер Феллерс засвистел в свисток, отчего я так и подпрыгнул, а потом все начали прыгать и делать всякие упражнения.
It’s a kind of long story what all happened nex, but anyway, I begun to play football. Coach Fellers an one of the goons hepped me out special since I didn’t know how to play. We had this thing where you sposed to block people an they were tryin to splain it all, but when we tried it a bunch of times everbody seemed to be gettin disgusted cause I couldn’t remember what I was sposed to do. Потом еще много чего было, но кончилось все тем, что я начал играть в футбол. Тренер Феллерс и один из амбалов меня специально опекали, потому что я не знал. как играть. Начали мы с того, что нужно блокировать людей, а они пытаются прорваться. Много раз пробовали, только всем страшно надоело, потому что я каждый раз не помнил, что надо делать, чего от меня хотят.
Then they tried this other thing they call the defense, where they put three guys in front of me an I am sposed to get thru them an grap the guy with the football. The first part was easier, cause I could just shove the other guys’ heads down, but they were unhappy with the way I grapped the guy with the ball, an finally they made me go an tackle a big oak tree about fifteen or twenty times—to get the feel of it, I spose. But after a wile, when they figgered I had learnt somethin from the oak tree, they put me back with the three guys an the ball carrier an then got mad I didn’t jump on him real vicious-like after I moved the others out of the way. Дальше попробовали другую штуку, под названием защита – они поставили передо мной троих парней, и приказали мне прорваться через них и схватить парня с мячом. Первое было проще, потому, что этих парней я раскидал мордами вниз, а вот то, как я схватил парня с мячом, им не понравилось. Тогда они приказали мне раз двадцать или тридцать схватить большую дубовую колоду, наверно, чтобы лучше ее почувствовать. После того, как они решили, что колоду я хватать умею, меня вернули на поле, и жутко разъярились, что я опять не вцепился в него, как сумасшедший.
I took a lot of abuse that afternoon, but when we quit practicin I went in to see Coach Fellers an tole him I didn’t want to jump on the ball guy cause I was afraid of hurtin him. Coach, he say that it wouldn’t hurt him, cause he was in his football suit an was protected. The truth is, I wasn’t so much afraid of hurtin him as I was that he’d get mad at me an they’d start chasin me again if I wadn’t real nice to everbody. To make a long story short, it took me a wile to get the hang of it all. Ладно, когда тренировка кончилась, я пошел к тренеру Феллерсу и сказал ему, что мне не нравится прыгать на парня с мячом, потому что я боюсь покалечить его. А тренер сказал, что это ерунда, потому, что тот в футбольной форме и она его защищает. Я-то, по правде говоря, боялся не столько искалечить его, сколько разозлить. Если со всеми не дружить, тогда они будут за мной гоняться!
Meantime I got to go to class. In the nut school, we really didn’t have that much to do, but here they was far more serious about things. Somehow, they had worked it out so’s I had three homeroom classes where you jus set there an did whatever you wanted, an then three other classes where there was a lady who was teachin me how to read. Jus the two of us. She was real nice an pretty and more’n once or twice I had nasty thoughts about her. Miss Henderson was her name. Иногда я ходил на уроки. В школе для психов нас так не напрягали. Здесь они относились к делу гораздо серьезнее. Но для меня они устроили так, что три урока были самоподготовкой – это когда вы можете сидеть в классе и делать что в голову взбредет, а три урока с одной дамой, которая учила меня читать. Там никого больше не было, только я и она. Милая такая была дамочка, и пару-тройку раз мне в голову приходили нехорошие грязные мысли о ней. Звали ее мисс Хендерсон.
About the only class I liked was lunch, but I guess you couldn’t call that a class. At the nut school, my mama would fix me a sambwich an a cookie an a piece of fruit—cept no bananas—an I’d take it to school with me. But in this school they was a cafeteria with nine or ten different things to eat an I’d have trouble makin up my mind what I wanted. I think somebody must of said somethin, cause after a week or so Coach Fellers come up to me an say to just go ahead an eat all I wanted cause it been “taken care of.” Hot damn! Особенно мне нравился в школе урок, под названием «обед». Ну, конечно, совсем уроком его не назовешь, но здорово отличался от того, что было в школе для психов – туда мне мама давала сэндвич и пирожное, и немного фруктов (только не бананы!). В этой же школе была настоящая столовая с девятью-десятью блюдами, так что мне постоянно приходилось ломать голову, что съесть. Я думал, мне подскажут, и через неделю примерно подходит ко мне тренер Феллерс и говорит – давай, парень, жри все подряд, потому что за все уже «уплачено». Ничего себе!
Guess who should be in my homeroom class but Jenny Curran. She come up to me in the hall an say she remember me from first grade. She was all growed up now, with pretty black hair an she was long-legged an had a beautiful face, an they was other things too, I dare not mention. Как вы думаете, кто еще из знакомых был со мной на самоподготовке? Дженни Керран! В классе она ко мне подошла и сказала, что помнит меня еще по первому классу. Она так выросла, такие у нее были длинные и ноги, и волосы, и все такое прочее, уж я продолжать не буду. И лицо у нее было такое красивое!
The football was not goin exactly to the likin of Coach Fellers. He seemed displeased a lot an was always shoutin at people. He shouted at me too. They tried to figger out some way for me to just stay put an keep other folks from grappin our guy carryin the ball, but that didn’t work cept when they ran the ball right up the middle of the line. Coach was not too happy with my tacklin neither, an let me tell you, I spent a lot of time at that oak tree. But I just couldn’t get to where I would thow mysef at the ball guy like they wanted me to do. Somethin kep me from it. Вот с футболом дела шли не так хорошо. Тренер Феллерс был недоволен и постоянно орал, и на меня тоже. Они никак не могли придумать, как же заставить меня не давать другим парням хватать нашего парня с мячом. Только это не получалось, разве когда они добегали до середины линии. Не нравилось тренеру и как я хватаю их парня с мячом – будьте покойны, мы здорово подружились с этой дубовой колодой. И все-таки я почему-то не мог схватить его так крепко, как они хотели. Не мог вот, и все!
Then one day a event happen that changed all that too. In the cafeteria I had started gettin my food and goin over to set nex to Jenny Curran. I wouldn’t say nothin, but she was jus bout the only person in the school I knew halfways, an it felt good setting there with her. Most of the time she didn’t pay me no attention, an talked with other people. At first I’d been settin with some of the football players, but they acted like I was invisible or somethin. At least Jenny Curran acted like I was there. Но потом произошло такое, отчего все переменилось. В тот день я взял с раздачи еду и хотел пристроиться к Дженни Керран. Просто в этой школе я только ее и знал хоть немного, и сидеть с ней было приятно. Правда, она на меня почти не обращала внимания и разговаривала с другими. Но раньше я садился с футболистами, а они вели себя так, как будто меня тут не было. Дженни хоть внимание на меня обращала.
But after a wile of this, I started to notice this other guy was there a lot too, an he starts makin wisecracks bout me. Sayin shit like “How’s Dumbo?” an all. And this gone on for a week or two, an I was sayin nothin, but finally I says—I can’t hardly believe I said it even now—but I says, “I ain’t no Dumbo,” an the guy jus looked at me an starts laughin. An Jenny Curran, she say to the guy to keep quiet, but he takes a carton of milk an pours it in my lap an I jump up an run out cause it scares me. Но потом тут появился один парень, он тоже все время садился с ней и поддразнивал меня. Говорил всякие гадости типа: «Как сегодня наш придурок?» и так далее. Так дело шло с неделю или две, но однажды я сказал – вот говорю сейчас, и самому не верится – я ему сказал: «Я не придурок». Тот только рассмеялся. Дженни сказала, чтобы он заткнулся, а он взял стакан с молоком и вылил мне на колени. Я вскочил и убежал, потому что испугался.
A day or so later, that guy come up to me in the hall an says he’s gonna “get” me. All day I was afraid terribily, an later that afternoon, when I was leaving to go to the gym, there he is, with a bunch of his friends. I tried to go the other way, but he come up to me an start pushin me on the shoulders. An he’s sayin all kinds of bad things, callin me a “stupo” an all, an then he hit me in the stomach. It didn’t hurt so much, but I was startin to cry and I turned an begun to run, an heard him behind me an the others was runnin after me too. На другой день он подходит ко мне на переменке и говорит, что хочет со мной «разобраться». Я жутко испугался. Чуть позже, когда нужно было идти в спортзал, он ко мне подходит с кучей дружков. Я хотел их обойти, но он встал передо мной и стал толкать меня в плечо, и говорить всякие гадости, обзывать меня «дурак» и так далее, а потом ударил в живот. Мне было не больно, но я заплакал, повернулся и побежал. Слышу, они гонятся за мной.
I jus run as fast as I could toward the gym, across the practice football field an suddenly I seen Coach Fellers, settin up in the bleachers watchin me. The guys who was chasin me stop and go away, an Coach Fellers, he has got this real peculiar look on his face, an tell me to get suited up right away. A wile later, he come in the locker room with these plays drawn on a piece of paper—three of them—an say for me to memorize them best I can. Я помчался по стадиону, и вдруг заметил, что тренер Феллерс за мной следит. Парни, что бежали за мной, тоже его заметили, и остановились, а тренер подошел ко мне, и лицо у него было такое странное. Он сказал мне успокоиться, а потом пришел в раздевалку, и принес с собой три картинки, и сказал, чтобы я получше их запомнил.
That afternoon at the football practice, he line everbody up in two teams an suddenly the quarterback give me the ball an I’m sposed to run outside the right end of the line to the goalpost. When they all start chasin me, I run fast as I can—it was seven or eight of them before they could drag me down. Coach Fellers is mighty happy; jumpin up and down an yellin an slappin everbody on the back. We’d run a lot of races before, to see how fast we could run, but I get a lot faster when I’m bein chased, I guess. What idiot wouldn’t? Когда мы вышли на тренировку, он выстроил нас, разделил на две команды, и вдруг квартербек дает мяч МНЕ, и говорит, что я должен бежать от правого края до голевой линии. А они за мной погнались, всемером или ввосьмером, и я помчался изо всех сил, чтобы удрать от них. Тренер Феллерс был очень рад – он орал, подпрыгивал и хлопал всех по спине. Так мы пробежали несколько раз, чтобы посмотреть, как быстро я бегаю. Но уж когда за мной гонятся, я бегаю очень быстро. Какой же идиот на моем месте поступил бы иначе?
Anyway, I become a lot more popular after that, an the other guys on the team started bein nicer to me. We had our first game an I was scared to death, but they give me the ball an I run over the goal line two or three times an people never been kinder to me after that. That highschool certainly begun to change things in my life. It even got to where I liked to run with the football, cept it was mostly that they made me run aroun the sides cause I still couldn’t get to where I liked to just run over people like you do in the middle. One of the goons comments that I am the largest highschool halfback in the entire world. I do not think he mean it as a compliment. После этого отношение ко мне изменилось. Ребята стали ко мне лучше относиться. Потом была наша первая игра. Я страшно испугался, но они дали мне мяч, и я пробежал через голевую линию два или три раза. Никогда в жизни еще люди так хорошо не относились ко мне, как после этого! Да, решительно, в этой средней школе многое стало меняться в моей жизни. Только я никак не мог привыкнуть, что для того, чтобы добраться с мячом до того места, что мне нужно, нужно опрокидывать людей, как обычно в давке. Один из амбалов Феллерса сказал как-то, что я самый мощный школьный ХАВБЕК в мире. Не знаю, хотя мне кажется, он хотел меня обидеть.
Otherwise, I was learnin to read a lot better with Miss Henderson. She give me Tom Sawyer an two other books I can’t remember, an I took them home an read em all, but then she give me a test where I don’t do so hot. But I sure enjoyed them books.

After a wile, I went back to settin nex to Jenny Curran in the cafeteria, an there weren’t no more trouble for a long time, but then one day in the springtime I was walkin home from school and who should appear but the boy that poured that milk in my lap an chased me that day. He got hissef a stick an start callin me things like “moron” and “stupo.”

Кроме того, я сильно продвинулся в чтении с мисс Хендерсон. Она давала мне читать «Тома Сойера» и еще пару книжек, не помню уже каких, и я читал их дома. Только вот когда она задала мне писать контрольную, у меня не слишком хорошо вышло. Но книжки читать мне точно понравилось.

И еще я снова стал садиться с Дженни Керран в столовой, и некоторое время обходилось без разборок, пока как-то по дороге домой вдруг не появился передо мной тот самый парень, что облил меня молоком, и потом гонялся за мной. У него была в руке палка, и он снова стал меня обзывать «козлом» и «дураком».

Some other people was watchin an then along comes Jenny Curran, an I’m bout to take off again—but then, for no reason I know, I jus didn’t do it. That feller take his stick an poke me in the stomach with it, an I says to mysef, the hell with this, an I grapped a holt to his arm an with my other hand I knock him upside the head an that was the end of that, more or less. Другие ребята на нас глазели, и Дженни тоже подошла. Я уже думал удрать – но почему-то, сам не знаю почему – не стал удирать. Тогда этот парень ткнул меня палкой в живот, а я себе говорю – хватит! пора с этим кончать! – и как схвачу его за руку, и как тресну его по башке. Ну, этим дело и кончилось.
That night my mama get a phone call from the boy’s parents, say if I lay a han on their son again they is goin to call the authorities an have me “put away.” I tried to splain it to my mama an she say she understand, but I could tell she was worried. She tell me that since I am so huge now, I got to watch mysef, cause I might hurt somebody. An I nodded an promised her I wouldn’t hurt nobody else. That night when I lyin in bed I heard her cryin to hersef in her room. Вечером родители того парня позвонили моей маме и сказали, что если я еще раз притронусь к нему пальцем, то они обратятся в полицию и меня «уберут». Я попытался объяснить все маме, и она меня поняла, хотя, по моему, очень сильно разволновалась. Она мне сказала, что так как я очень большой, то должен быть осторожнее, ведь так можно кого-нибудь покалечить. Я кивнул и пообещал ей, что больше никому не причиню вреда. Но только когда мы легли спать, я услышал, что она тихо плачет у себя в комнате.
But what that did for me, knockin that boy upside the head, put a definate new light on my football playin. Next day, I axed Coach Fellers to let me run the ball straight on and he say okay, an I run over maybe four or five guys till I’m in the clear an they all had to start chasin me again. Зато этот случай, когда я треснул этого парня по башке, почему-то здорово повлиял на мою игру. На следующий день я спросил тренера Феллерса, а нельзя ли мне бежать с мячом прямо вперед, не огибая игроков? Тот сказал – давай, парень! И я побежал, опрокинув четверых или пятерых парней, вырвался на чистое пространство, а им пришлось подниматься и снова гнаться за мной.
That year I made the All State Football team. I couldn’t hardly believe it. My mama give me two pair of socks an a new shirt on my birthday. An she done saved up an bought me a new suit that I wore to get the All State Football award. First suit I ever had. Mama tied my tie for me an off I went. В тот год я стал играть за американскую юношескую сборную. Самому даже не верилось! Мама подарила мне на день рождения пару носков и новую рубашку. И оказалось, что она скопила прилично денег, чтобы хватило мне на костюм по случаю вручения наград американской юношеской сборной. Это был мой первый в жизни костюм. Мама сама повязала мне галстук и я отправился на торжественный прием.

Назад Вперёд »

Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.