«Take the bitter with the sweet, but not everyone get it.» - В жизни всё бывает, но не всем достаётся
 Monday [ʹmʌndı] , 10 December [dıʹsembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Роберт Говард. Замок ужаса.

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Замок ужаса (THE CASTLE OF TERROR)

1. Burning Eyes (Горящие глаза)

Beyond the trackless deserts of Stygia lay the vast grasslands of Kush (за непроходимыми пустынями Стигии лежали огромные луга Куша; to lie — лежать). For over a hundred leagues, there was naught but endless stretches of thick grass (на протяжении более сотни лиг /не/ было ничего, кроме бесконечных просторов густой травы). Here and there a solitary tree rose to break the gently rolling monotony of the veldt (тут и там одинокое дерево поднималось, чтобы разрушить мерно волнующуюся монотонность степи): spiny acacias, sword-leaved dragon trees (колючие акации, драконники с мечевидными листьями), emerald-spired lobelias, and thick-fingered, poisonous spurges (изумрудные заостренные лобелии и густо-пальчатый ядовитый молочай; poison — яд). Now and then a rare stream cut a shallow dell across the prairie (время от времени редкий ручей прорезал мелкую лощину через прерию), giving rise to a narrow gallery forest along its banks (давая начало узкому припойменному леску вдоль его берегов; to give rise — давать начало, вызывать). Herds of zebra, antelope, buffalo, and other denizens of the savanna drifted athwart the veldt, grazing as they went (стада зебр, антилоп, буйволов и других обитателей саванны проносились через степь, пасясь по мере того, как они проходили = по ходу).

desert [dezət], vast [vɑ:st], hundred [hʌndrəd]

Beyond the trackless deserts of Stygia lay the vast grasslands of Kush. For over a hundred leagues, there was naught but endless stretches of thick grass. Here and there a solitary tree rose to break the gently rolling monotony of the veldt: spiny acacias, sword-leaved dragon trees, emerald-spired lobelias, and thick-fingered, poisonous spurges. Now and then a rare stream cut a shallow dell across the prairie, giving rise to a narrow gallery forest along its banks. Herds of zebra, antelope, buffalo, and other denizens of the savanna drifted athwart the veldt, grazing as they went.

The grasses whispered and nodded in the wandering winds beneath skies of deep cobalt (травы шелестели и качались на бродячих ветрах под небесами /из/ темно-кобальтовой сини) in which a fierce tropical sun blazed blindingly (в которой неистовое тропическое солнце пылало слепяще). Now and then clouds boiled up (иногда облака закипали); a brief thunderstorm roared and blazed with catastrophic fury (короткая гроза разражалась и сверкала от гибельного гнева), only to die and clear as quickly as it had arisen (только /для того чтобы/ умереть и рассеяться так /же/ быстро, как она вспыхнула; to arise — возникать, появляться, происходить).

fierce [fɪəs], clouds [klaudz], brief [bri:f]

The grasses whispered and nodded in the wandering winds beneath skies of deep cobalt in which a fierce tropical sun blazed blindingly. Now and then clouds boiled up; a brief thunderstorm roared and blazed with catastrophic fury, only to die and clear as quickly as it had arisen.

Across this limitless waste, as the day died, a lone, silent figure trudged (через эти безграничные просторы, когда умер день = на исходе дня одинокая безмолвная фигура устало тащилась; to trudge — устало тащиться, идти с трудом). It was a young giant, strongly built (это был молодой гигант/великан, крепко сложенный), with gliding thews that swelled under a sun-bronzed hide scored with the white traces of old wounds перекатывающимися мускулами, которые раздувались под бронзовой от солнца кожей, изборожденной белыми следами от старых ран; to score — делать зарубки, метить, оставлять глубокие следы). Deep of chest and broad of shoulder and long of limb was he; his scanty costume of loinclout and sandals revealed his magnificent physique (/с/ мощной грудью и широкими плечами и длинными конечностями был он, его скудное одеяние из набедренной повязки и сандалий раскрывало = не скрывало его великолепного телосложения). His chest, shoulders, and back were burnt nearly as black as the natives of this land (его грудь, плечи и спина были загоревшими почти так же дочерна, как у аборигенов этой земли).

thews [θju:z], broad [brɔ:d], scanty ['skæntɪ]

Across this limitless waste, as the day died, a lone, silent figure trudged. It was a young giant, strongly built, with gliding thews that swelled under a sun- bronzed hide scored with the white traces of old wounds. Deep of chest and broad of shoulder and long of limb was he; his scanty costume of loinclout and sandals revealed his magnificent physique. His chest, shoulders, and back were burnt nearly as black as the natives of this land.

The tangled locks of an unkempt mane of coarse black hair framed a grim, impassive face (спутанные пряди всклокоченной гривы грубых волос обрамляли мрачное, бесстрастное лицо). Beneath scowling black brows, fierce eyes of burning blue roamed restlessly from side to side (под нахмуренными черными бровями живые глаза, горящие синим, рыскали неустанно из стороны в сторону) as he marched with a limber, tireless stride across the level lands (когда он шагал быстрым неутомимым шагом через плоские земли = равнины). His wary gaze pierced the thick, shadowy grasses on either side, reddened by the angry crimson of sunset (его настороженный взгляд пронизывал густые тенистые травы, покрасневшие от грозного малинового цвета заката). Soon night would come swiftly across Kush (скоро ночь наступит быстро над Кушем); under the gloom of its world-shadowing wings, danger and death would prowl the waste (под сумраком ее затеняющих мир крыльев опасность и смерть будут рыскать /по/ просторам/пустоши).

coarse [kɔ:s], hair [hɛə], level [levl]

The tangled locks of an unkempt mane of coarse black hair framed a grim, impassive face. Beneath scowling black brows, fierce eyes of burning blue roamed restlessly from side to side as he marched with a limber, tireless stride across the level lands. His wary gaze pierced the thick, shadowy grasses on either side, reddened by the angry crimson of sunset. Soon night would come swiftly across Kush; under the gloom of its world-shadowing wings, danger and death would prowl the waste.

Yet the lone traveler, Conan of Cunmeria, was not afraid (но одинокий путник, Конан из Киммерии, не боялся; to be afraid — бояться, быть боящимся). A barbarian of barbarians, bred on the bleak hills of distant Cunmeria, the iron endurance and fierce vitality of the wild were his (варвар из варваров, воспитанный на холодных холмах далекой Киммерии, железная выносливость и неистовая живучесть дикаря был /присущи/ ему; wild — дебри, дикая местность, свободное / естественное состояние (человека)), granting him survival where civilized men, though more learned, more courteous, and more sophisticated than he, would miserably have perished (даруя ему выживание /там/, где цивилизованные люди, хотя более ученые, более учтивые и более искушенные, чем он, презренно погибли бы). Although the wanderer had gone afoot for eight days, with no food save the game he had slain with the great Bamula hunting bow slung across his back (хотя странник шел пешком /уже/ восемь дней без /никакой/ пищи за исключением дичи, /которую/ он убил с = из большого бамульского охотничьего лука, переброшенного через плечо за /его/ спину), the mighty barbarian had nowhere nearly approached the limits of his strength (мощный варвар нисколько не приблизился /к/ пределам его силы; to sling — вешать через плечо).

eight [eɪt], nearly ['nɪəlɪ], mighty ['maɪtɪ]

Yet the lone traveler, Conan of Cunmeria, was not afraid. A barbarian of barbarians, bred on the bleak hills of distant Cunmeria, the iron endurance and fierce vitality of the wild were his, granting him survival where civilized men, though more learned, more courteous, and more sophisticated than he, would miserably have perished. Although the wanderer had gone afoot for eight days, with no food save the game he had slain with the great Bamula hunting bow slung across his back, the mighty barbarian had nowhere nearly approached the limits of his strength.

Long had Conan been accustomed to the Spartan life of the wilderness (давно Конан привык к спартанской жизни /в/ дикой местности; to be accustomed to — привыкнуть к). Although he had tasted the languid luxuries of civilized life in half the walled, glittering cities of the world, he missed them not (хотя он попробовал безжизненных наслаждений цивилизованной жизни в половине обнесенных стенами блистающих городах мира, он не скучал по ним: «скучал их не»). He plodded on toward the distant horizon, now obscured by a murky purple haze (он брел дальше к далекому горизонту, теперь затемненному мрачным багровым туманом).

tasted ['teɪstɪd], languid ['læŋgwɪd], horizon [hə'raɪzn]

Long had Conan been accustomed to the Spartan life of the wilderness. Although he had tasted the languid luxuries of civilized life in half the walled, glittering cities of the world, he missed them not. He plodded on toward the distant horizon, now obscured by a murky purple haze.

Behind him lay the dense jungles of the black lands beyond Kush (за ним лежали густые джунгли черных земель за Кушем), where fantastic orchids blazed amid foliage of somber dark green (где фантастические орхидеи пламенели среди листвы мрачного темно-зеленого /цвета/), where fierce black tribes hacked a precarious living out of the smothering bush (где свирепые черные племена довольствовались опасной жизнью /среди/ удушливых кустарников), and where the silence of the dank, shadowed jungle pathways was broken only by the coughing snarl of the hunting leopard (и где тишина влажных тенистых тропинок в джунглях нарушалась лишь кашляющим рычанием охотящегося леопарда), the grunt of the wild pig, the brassy trumpeting of the elephant (хрюканьем дикой свиньи, грубым / металлическим ревом слона), or the sudden scream of an angered ape (или неожиданным воплем разгневанной /человекообразной/ обезьяны; to hack — рубить, сносить, принимать, одобрять, тесать, подрезать). For over a year, Conan had dwelt there as the war chief of the powerful Bamula tribe (/для/ более года Конан прожил там, как военный вождь могущественного бамульского племени). At length the crafty black priests, jealous of his rise to power (наконец, хитроумные черные жрецы ревнивые от = к его возвышению к власти) and resentful of his undisguised contempt for their bloodthirsty gods and their cruel, sanguinary rites (и негодующие на его неприкрытое презрение к их кровожадным божкам и их жестоким кровавым ритуалам), had poisoned the minds of the Bamula warriors against their white-skinned leader (отравили умы бамульских воинов /и настроили их/ против их белокожего предводителя).

length [leŋθ], crafty [krɑ:ftɪ], jealous ['dʒeləs]

Behind him lay the dense jungles of the black lands beyond Kush, where fantastic orchids blazed amid foliage of somber dark green, where fierce black tribes hacked a precarious living out of the smothering bush, and where the silence of the dank, shadowed jungle pathways was broken only by the coughing snarl of the hunting leopard, the grunt of the wild pig, the brassy trumpeting of the elephant, or the sudden scream of an angered ape. For over a year, Conan had dwelt there as the war chief of the powerful Bamula tribe. At length the crafty black priests, jealous of his rise to power and resentful of his undisguised contempt for their bloodthirsty gods and their cruel, sanguinary rites, had poisoned the minds of the Bamula warriors against their white-skinned leader.

It had come about in this wise (это произошло таким образом; to come about — происходить, случаться). A time of long, unbroken drought had come upon the tribes of the jungle (время долгой непрерывной засухи навалилось на племена джунглей; to come upon — напасть на, навалиться на). With the shrinking of the rivers and the drying up of the water holes had come red, roaring war (с пересыханием рек и высыханием водяных скважин пришла кровавая, яростная война), as the ebon tribes locked in desperate battle to secure the few remaining sources of the precious fluid (когда черные: «эбеновые» племена сцепились в отчаянной битве, чтобы защитить немногие оставшиеся запасы драгоценной жидкости). Villages went up in flame; whole clans had been slaughtered and left to rot (поселки сгорали в пламени, целые кланы были убиты и оставлены на вымирание; to rot — гнить, разлагаться; деградировать). Then, in the wake of drought, famine, and war, had come plague to sweep the land (затем после засухи, голода и войны пришла чума, чтобы вымести землю = пронестись / пройтись метлой по земле; to sweep — сметать, смывать, "смахивать", сбрасывать интенсивным движением, нестись, мчаться, проноситься; in the wake of — на поводу у, в кильватере, впоследствии).

drought [draut], war [wɔ:], famine ['fæmɪn]

It had come about in this wise. A time of long, unbroken drought had come upon the tribes of the jungle. With the shrinking of the rivers and the drying up of the water holes had come red, roaring war, as the ebon tribes locked in desperate battle to secure the few remaining sources of the precious fluid. Villages went up in flame; whole clans had been slaughtered and left to rot. Then, in the wake of drought, famine, and war, had come plague to sweep the land.

The malicious tongues of the cunning priests laid these terrors to Conan (злые языки хитроумных жрецов свалили эти ужасы на Конана / приписали эти ужасы Конану). It was he, they swore, who had brought these disasters upon Bamula (это был он = именно он, клялись они, /кто/ принес эти бедствия /на/ Бамуле1; to swear). The gods were angry that a pale-skinned outlander had usurped the ornate stool of a long line of Bamula chieftains (боги были сердиты, что бледнолицый2иноземец узурпировал богато украшенное кресло длинной череды бамульских вождей). Conan, they persisted, must be flayed and slain with a thousand ingenious torments upon the black altars of the devil-gods of the jungle (с Конана, настаивали они, нужно содрать кожу и убить тысячей изобретательных пыток на черных алтарях дьявольских божков джунглей; to flay — свежевать, сдирать кожу), or all the people would perish (или все люди погибнут).

malicious [mə'ɪʃəls], stool [stu:l], disaster [dɪ'zɑ:stə]

The malicious tongues of the cunning priests laid these terrors to Conan. It was he, they swore, who had brought these disasters upon Bamula. The gods were angry that a pale-skinned outlander had usurped the ornate stool of a long line of Bamula chieftains. Conan, they persisted, must be flayed and slain with a thousand ingenious torments upon the black altars of the devil-gods of the jungle, or all the people would perish.

Not relishing so grim a fate, Conan had made a swift, devastating reply (не одобряя такой ужасной участи, Конан дал быстрый разрушительный ответ). A thrust through the body with his great northern broadsword had finished the high priest (удар насквозь /тела/ его огромным северным палашом прикончил верховного жреца). Then he had toppled the bloodstained wooden idol of the Bamula deity upon the other shamans and fled into the darkness of the surrounding jungle (потом он опрокинул окровавленного деревянного идола бамульского божества на других шаманов и убежал во тьму окружающих джунглей; to flee — убегать, исчезать). He had groped his way for many weary leagues northward (он искал /свой/ путь много утомительных лиг к северу), until he reached the region where the crowding forest thinned out and gave way to the open grasslands (пока /не/ не достиг района, где теснящий = густой лес поредел и уступил открытым лугам; to give way — уступать, поддаваться, отступать). Now he meant to cross the savanna on foot to reach the kingdom of Kush (теперь он намеревался пересечь саванну пешком, чтобы достичь королевства Куш), where his barbaric strength and the weight of his sword might find him employment in the service of the dusky monarchs of that ancient land (где его варварская сила и вес его меча могли найти ему работу на службе /у/ смуглых монархов той древней земли; to mean — иметь в виду, подразумевать, намереваться).

reply [rɪ'plaɪ], priest [pri:st], ancient ['eɪnʃənt]

Not relishing so grim a fate, Conan had made a swift, devastating reply. A thrust through the body with his great northern broadsword had finished the high priest. Then he had toppled the bloodstained wooden idol of the Bamula deity upon the other shamans and fled into the darkness of the surrounding jungle. He had groped his way for many weary leagues northward, until he reached the region where the crowding forest thinned out and gave way to the open grasslands. Now he meant to cross the savanna on foot to reach the kingdom of Kush, where his barbaric strength and the weight of his sword might find him em- ployment in the service of the dusky monarchs of that ancient land.

Suddenly his thoughts were snatched away from contemplation of the past by a thrill of danger (вдруг его мысли были оторваны от размышлений о прошлом дрожью опасности; to snatch — срывать, вырывать). Some primal instinct of survival alerted him to the presence of peril (некий изначальный инстинкт выживания предупредил его о присутствии опасности). He halted and stared about him through the long shadows cast by the setting sun (он остановился и пристально посмотрел вокруг себя сквозь длинные тени, отбрасываемые заходящим солнцем; to stare — пристально смотреть, уставиться, вглядываться). As the hairs of his nape bristled with the touch of unseen menace, the giant barbarian searched the air with sensitive nostrils and probed the gloom with smoldering eyes (когда волоски /на/ /его/ затылке встали дыбом с = от касания невидимой угрозы, гигантский варвар исследовал воздух чувствительными ноздрями и прощупал мрак горящими глазами). Although he could neither see nor smell anything, the mysterious sense of danger of the wilderness-bred told him that peril was near (хотя он /не/ мог ни увидеть, ни учуять чего-либо / ничего, таинственное чувство опасности дико-взращенного = выросшего среди дикой природы поведало ему, что опасность /была/ близко). He felt the feathery touch of invisible eyes and he whirled to glimpse a pair of large orbs, glowing in the gloom (он ощутил легкое касание невидимых глаз, и он повернулся, чтобы увидеть пару больших глаз, пылающих во мраке; to feel — чувствовать (себя), ощущать).

primal ['praɪməl], cast [kɑ:st], bristle [brɪsl]



Suddenly his thoughts were snatched away from contemplation of the past by a thrill of danger. Some primal instinct of survival alerted him to the presence of peril. He halted and stared about him through the long shadows cast by the setting sun. As the hairs of his nape bristled with the touch of unseen menace, the giant barbarian searched the air with sensitive nostrils and probed the gloom with smoldering eyes. Although he could neither see nor smell anything, the mysterious sense of danger of the wilderness-bred told him that peril was near. He felt the feathery touch of invisible eyes and he whirled to glimpse a pair of large orbs, glowing in the gloom.

Almost in the same instant, the blazing eyes vanished (почти в то же самое мгновение пылающие глаза исчезли). So short had been his glimpse and so utter the disappearance that he was tempted to shrug off the sight as a product of his imagination (таким кратким был его взгляд, и таким совершенным исчезновение, что он был склонен отбросить видение, как порождение его фантазии). He turned and went forward again, but now he was on the alert (он повернулся и пошел вперед снова, но теперь он был начеку; on the alert — начеку). As he continued his journey, flaming eyes opened again amid the thick shadows of dense grasses, to follow his silent progress (когда он продолжил свой путь, пылающие глаза раскрылись снова среди густых теней густой травы, чтобы проследить /за/ его безмолвным продвижением). Tawny, sinuous forms glided after him on soundless feet (темно-желтые волнистые формы скользнули за ним на бесшумных лапах; tawny — рыжевато- коричневый; темно-желтый). The lions of Kush were on his track, lusting for hot blood and fresh flesh (львы Куша были на его следе = шли по его следу, сильно желая горячей крови и свежего мяса; to be on the track of — преследовать, идти по следу, напасть на след кого-л., to lust for — страстно желать).

almost ['ɔ:lmoust], product ['prɔdəkt], again [ə'ge(ɪ)n]

Almost in the same instant, the blazing eyes vanished. So short had been his glimpse and so utter the disappearance that he was tempted to shrug off the sight as a product of his imagination. He turned and went forward again, but now he was on the alert. As he continued his journey, flaming eyes opened again amid the thick shadows of dense grasses, to follow his silent progress. Tawny, sinuous forms glided after him on soundless feet. The lions of Kush were on his track, lusting for hot blood and fresh flesh.

2. The Circle of Death (Круг смерти)

An hour later, night had fallen over the savanna (часом позже ночь опустилась над саванной; to fall — падать), save for a narrow band of sunset glow along the western horizon (кроме узкой полосы закатного зарева вдоль западного горизонта), against which an occasional small, gnarled tree of the veldt stood up in black silhouette (на фоне которого случайное маленькое искривленное деревце степи поднималось черным силуэтом). And Conan had almost reached the limits of his endurance (а Конан почти достиг пределов своей выносливости). Thrice lionesses had rushed upon him out of the shadows to right or to left (трижды львицы набрасывались на него из теней справа или слева). Thrice he had driven them off with the flying death of his arrows (трижды он заставлял их отступить летящей смертью его стрел; to drive off — заставить отступить, сдерживать). Although it was hard to shoot straight in the gathering dark (хотя /это/ было трудно стрелять метко в собирающейся темноте), an explosive snarl from the charging cats had thrice told him of hits (несдержанный рык /от/ нападающих кошек трижды сообщал ему об ударах/выпадах), although he had no way of knowing whether he had slain or only wounded the deadly predators (хотя он имел никакого способа = хотя у него не было способа узнать убил ли он или только ранил смертоносных хищников).

hour ['auə], thrice [θraɪs], straight [streɪt]

An hour later, night had fallen over the savanna, save for a narrow band of sunset glow along the western horizon, against which an occasional small, gnarled tree of the veldt stood up in black silhouette. And Conan had almost reached the limits of his endurance. Thrice lionesses had rushed upon him out of the shadows to right or to left. Thrice he had driven them off with the flying death of his arrows. Although it was hard to shoot straight in the gathering dark, an explosive snarl from the charging cats had thrice told him of hits, although he had no way of knowing whether he had slain or only wounded the deadly predators.

But now his quiver was empty, and he knew it was only a matter of time before the silent marauders pulled him down (но теперь его колчан был пуст, и он знал, что это было лишь делом времени, прежде чем молчаливые мародеры завалят его; to know — знать; to pull down — сталкивать, сбрасывать; сбивать с ног). There were eight or ten lions on his track now, and even the grim barbarian felt a pang of despair (/там/ было восемь или десять львов на его следе = шли по его следу теперь, и даже мрачный варвар почувствовал боль отчаяния). Even if his mighty sword accounted for one or two of the attackers, the rest would tear him to gory pieces before he could slash or thrust again (даже если /бы/ его могучий меч убил одного или двух /из/ нападающих, остальные разорвали бы его на кровавые куски, прежде чем он мог бы рубануть или ударить снова = нанести рубящий или колющий удар; to account for — убить, уничтожить; to thrust — колоть, пронзать, наносить колющий удар). Conan had encountered lions before and knew their enormous strength, which enabled them to pick up and drag a whole zebra as easily as a cat does a mouse (Конан сталкивался /со/ львами прежде и знал их огромную силу, которая позволяла им поднять и потащить целую зебру так же легко, как кошка делает = несет мышку; does здесь заменяет смысловой глагол, чтобы исключить повтор). Although Conan was one of the strongest men of his time, once a lion got its claws and teeth into him that strength would be no more effective than drat of a small child (хотя Конан был одним из сильнейших людей своего времени, однажды = когда лев вонзит свои когти и зубы в него, эта сила будет не более действенной, чем ругательство: «провались; чтоб тебя» малого ребенка; drat — провались ты!, пропади ты пропадом!).

quiver ['kwɪvə], despair [dɪs'pɛə], mouse [maus]

But now his quiver was empty, and he knew it was only a matter of time before the silent marauders pulled him down. There were eight or ten lions on his track now, and even the grim barbarian felt a pang of despair. Even if his mighty sword accounted for one or two of the attackers, the rest would tear him to gory pieces before he could slash or thrust again. Conan had encountered lions before and knew their enormous strength, which enabled them to pick up and drag a whole zebra as easily as a cat does a mouse. Although Conan was one of the strongest men of his time, once a lion got its claws and teeth into him that strength would be no more effective than drat of a small child.

Conan ran on (Конан побежал дальше / продолжал бежать). He had been running now for the better part of an hour, with a long, loping stride that ate up the leagues (он бежал теперь /уже/ большую часть часа длинным размашистым шагом, который пожирал лиги). At first he had run effortlessly (сначала он бежал без усилий; effort — усилие), but now the grueling exertions of his flight through the black jungles and his eight-day trek across the plain began to take their toll (но теперь изнуряющие усилия его пробега через черные джунгли и его восьмидневный переход по равнине начал иметь /их/ последствия = начали сказываться: «начали брать свою пошлину / дань»). His eyes blurred; the muscles of his legs ached (его глаза затуманились, мускулы его ног болели). Every beat of his bursting heart seemed to drain away the strength remaining in his giant form (каждый удар его разрывающегося сердца, казалось, высасывает/истощает силу, оставшуюся в его гигантской фигуре).

part [pɑ:t], began [bɪ'gæn], drain [dreɪn]

Conan ran on. He had been running now for the better part of an hour, with a long, loping stride that ate up the leagues. At first he had run effortlessly, but now the grueling exertions of his flight through the black jungles and his eight-day trek across the plain began to take their toll. His eyes blurred; the muscles of his legs ached. Every beat of his bursting heart seemed to drain away the strength remaining in his giant form.

He prayed to his savage gods for the moon to emerge from the dense, stormy clouds that veiled most of the sky (он молился своим дикарским богам, чтобы луна вышла: «для луны выйти» из плотных грозовых туч, которые скрыли большую часть неба; veil — покрывало, вуаль). He prayed for a hillock or a tree to break the gently rolling flatness of the plain, or even a boulder against which he could set his back to make a last stand against the pride (он молился, чтобы холмик или дерево нарушили ровно тянущуюся плоскость равнины, или даже глыба, к которой он мог прислонить свою спину, /чтобы/ оказать последнее сопротивление /против/ прайду1).

savage ['sævɪdʒ], emerge [ɪ'mə: dʒ], stormy ['stɔ:mɪ]

He prayed to his savage gods for the moon to emerge from the dense, stormy clouds that veiled most of the sky. He prayed for a hillock or a tree to break the gently rolling flatness of the plain, or even a boulder against which he could set his back to make a last stand against the pride.

But the gods heard not (но боги не услышали). The only trees in this region were dwarfish, thorny growths (единственными деревьями в этом районе были карликовые колючие деревца: «поросли»; dwarf — карлик; thorn — колючка, шип), which rose to a height of six or eight feet and then spread their branches out horizontally in a mushroom shape (которые поднимались на высоту шести или восьми футов = шести-восьми футов, а потом простирали свои ветви горизонтально в форме гриба). If he managed to climb such a tree despite the thorns (если бы он смог забраться на такое дерево, несмотря на колючки), it would be easy for the first lion to reach the base to spring upon him from below and bear him to the ground in one leap (/это/ было бы легко для первого льва — достичь основания, /чтобы/ прыгнуть на него снизу и стащить его на землю одним прыжком; to manage — смочь, умудриться). The only hillocks were termite nests (единственными холмиками были термитные гнезда = термитники), some rising several feet in height but too small for purposes of defense (некоторые поднимались /на/ несколько футов в высоту, но /были/ слишком малы для целей обороны). There was nothing to do but run on (/там/ было ничего делать = делать было нечего1, кроме как бежать дальше / продолжать бежать).

termite ['tə:maɪt], purpose ['pə:pəs], defense [dɪ'fens]

But the gods heard not. The only trees in this region were dwarfish, thorny growths, which rose to a height of six or eight feet and then spread their branches out horizontally in a mushroom shape. If he managed to climb such a tree despite the thorns, it would be easy for the first lion to reach the base to spring upon him from below and bear him to the ground in one leap. The only hillocks were termite nests, some rising several feet in height but too small for purposes of defense. There was nothing to do but run on.

To lighten himself, he had cast aside the great hunting bow when he had spent his last shaft, although it wrenched his heart to throw away the splendid weapon (/чтобы/ облегчиться1, он отбросил /в сторону/ большой охотничий луг, когда потратил свою последнюю стрелу, хотя это причинило мучение его сердцу — выбросить отличное оружие; to wrench — вывертывать, вырывать; мучить, причинять страдание, боль). Quiver and straps soon followed (колчан и ремешки вскоре последовали /за луком/). He was now stripped to a mere loin- clout of leopard skin (он был теперь раздет до одной набедренной повязки из леопардовой шкуры; loins — поясница), the high-laced sandals that clad his feet (сандалий с высокой шнуровкой, которые укрывали его ступни), his goatskin water bag (его бурдюка для воды), and the heavy broadsword, which he now carried scabbarded in one fist (и тяжелого палаша, который он сейчас нес в ножнах в одном кулаке; scabbard — ножны). To part with these would mean surrendering his last hope (расстаться с этими = этим означало бы отказаться от последней надежды; to surrender — сдаться, капитулировать, отказаться от).

bow [bəu], last [lɑ:st], fist [fɪst]

To lighten himself, he had cast aside the great hunting bow when he had spent his last shaft, although it wrenched his heart to throw away the splendid weapon. Quiver and straps soon followed. He was now stripped to a mere loin-clout of leopard skin, the high-laced sandals that clad his feet, his goatskin water bag, and the heavy broadsword, which he now carried scabbarded in one fist. To part with these would mean surrendering his last hope.

The lions were now almost at his heels (львы были = шли теперь почти по пятам; to be at one’s heels — следовать по пятам). He could smell the strong reek of their lithe bodies and hear their panting breath (он мог чуять сильный /неприятный/ запах их гибких тел и слышать их тяжелое/пыхтящее дыхание; to pant — часто и тяжело дышать, задыхаться). Any moment, now, they would close in upon him, and he would be making his last furious fight for life before they pulled him down (/в/ любой момент теперь они приблизятся к нему, и он будет вести свой последний яростный бой за жизнь, прежде чем они доберутся до него; to close in upon — приблизиться с целью нападения).

heels [hi:lz], reek [ri:k], breath [breθ]

The lions were now almost at his heels. He could smell the strong reek of their lithe bodies and hear their panting breath. Any moment, now, they would close in upon him, and he would be making his last furious fight for life before they pulled him down.

He expected his pursuers to follow their age-old tactics (он ожидал, /что/ его преследователи последовать = последуют их вековой тактике). The oldest male — the chief of the pride — would follow directly behind him, with the younger males on either flank (самый старший самец — глава прайда1 — последует прямо за ним с более молодыми самцами на каждом фланге = на обоих флангах). The swifter lionesses would range ahead on either side in a crescent formation until they were far enough ahead of him to close the circle and trap him (более быстрые львицы выстроятся /в ряд/ впереди по обеим сторонам строем в виде полумесяца, пока они /не/ будут достаточно далеко впереди него, чтобы замкнуть круг и поймать его; ahead of — впереди). Then they would all rush in upon him at once, making any effective defense impossible (затем они все набросятся на него сразу, делая любую эффективную оборону невозможной).

chief [tʃi:f], flank [flæŋk], range [reɪndʒ]

He expected his pursuers to follow their age-old tactics. The oldest male — the chief of the pride — would follow directly behind him, with the younger males on either flank. The swifter lionesses would range ahead on either side in a crescent formation until they were far enough ahead of him to close the circle and trap him. Then they would all rush in upon him at once, making any effective defense impossible.

Suddenly, the land was flooded with light (вдруг земля была = оказалась залита светом). The round silver eye of the rising moon glared down upon the broad plains (круглый серебряный глаз восходящей луны ярко осветил широкие равнины), bathing the racing figure of the giant barbarian with her gaze (омывая несущуюся фигуру гигантского варвара ее взглядом) and drawing lines of pale silver fire along the rippling sinews of the lions (и рисуя линии из бледного серебристого огня по струящимся мышцам львов) as they loped at his heels, washing their short, silken fur with her ghostly radiance (когда они бежали вприпрыжку по его пятам, омывая их короткую шелковистую шерсть ее призрачным сиянием; fur — мех1; ghost — привидение, призрак; дух).

flooded ['flʌdɪd], round [raund], silver ['sɪlvə]

Suddenly, the land was flooded with light. The round silver eye of the rising moon glared down upon the broad plains, bathing the racing figure of the giant barbarian with her gaze and drawing lines of pale silver fire along the rippling sinews of the lions as they loped at his heels, washing their short, silken fur with her ghostly radiance.

Conan's wary eye caught the moonfire on rippling fur ahead to his left (настороженный глаз Конана поймал лунный свет на колеблющемся мехе впереди слева от него: «к его левому»), and he knew that the encirclement was nearly complete (и он узнал = понял, что окружение было почти завершено: «полным»). As he braced himself to meet the charge (когда он взял себя в руки, чтобы встретить атаку; to brace — охватывать, окружать, опоясывать; подпоясывать(ся); собирать себя в кулак; напрягать), however, he was astounded to see the same lioness veer off and halt (однако он был изумлен, увидеть = увидев, как та же самая львица свернула и остановилась). In two strides he was past her (в два шага он был мимо нее = он обогнал ее). As he went, he saw that the young lioness on his right had also stopped short (когда он проходил, он увидел, что молодая львица справа от него тоже резко остановилась: «остановилась коротко»). She squatted motionless on the grass with tail twitching and lashing (она припала неподвижно к траве с хвостом подрагивающим и стегающим = подрагивая и стегая хвостом). A curious sound, half roar and half wail, came from her fanged jaws (странный звук, наполовину рычание и наполовину вой, вырвался из ее клыкастых челюстей;fang — клык).

went [went], young [jʌŋ], right [raɪt]

Conan's wary eye caught the moonfire on rippling fur ahead to his left, and he knew that the encirclement was nearly complete. As he braced himself to meet the charge, however, he was astounded to see the same lioness veer off and halt. In two strides he was past her. As he went, he saw that the young lioness on his right had also stopped short. She squatted motionless on the grass with tail twitching and lashing. A curious sound, half roar and half wail, came from her fanged jaws.

Conan dared to slow his run and glance back (Конан осмелился замедлить свой бег и оглянуться назад). To his utter astonishment, he saw that the entire pride had halted as if at some invisible barrier (к его крайнему изумлению он увидел, что весь прайд остановился, как будто у некоего невидимого барьера). They stood in a snarling line with fangs gleaming like silver in the moonlight (они стояли рычащей линией с клыками, блестящими, как серебро в лунном свете). Earth-shaking roars of baffled rage came from their throats (содрогающий землю рык недоуменной ярости раздался из их глоток; to baffle — ставить в тупик; сбивать с толку).

glance [glɑ:ns], entire [ɪn'taɪə], line [laɪn]

Conan dared to slow his run and glance back. To his utter astonishment, he saw that the entire pride had halted as if at some invisible barrier, They stood in a snarling line with fangs gleaming like silver in the moonlight. Earth-shaking roars of baffled rage came from their throats.

Conan's eyes narrowed thoughtfully, and his scowling brows knotted in puzzlement (глаза Конана сузились задумчиво, а его нахмуренные брови сошлись в замешательстве). What had halted the pride at the very moment when they had made sure of their prey? (что остановило прайд в тот самый момент, когда они убедились в их добыче = что их добыча не ускользнет?) What unseen force had annulled the fury of the chase? (какая невидимая сила погасила ярость погони?) He stood for a moment facing them, sword in hand (он стоял мгновение лицом к ним, /держа/ меч в руке), wondering if they would resume their charge (спрашивая себя, /не/ возобновят ли они атаку). But the lions stayed where they were (но львы оставались /там/, где они были = на том же месте), growling and roaring from foam-dripping jaws (ворча и рыча = издавая ворчание и рык из челюстей, с которых стекала пена: «пеной- капающих челюстей»).

puzzlement ['pʌzlmənt], sure [ʃuə], resume [rɪ'zju:m]

Conan's eyes narrowed thoughtfully, and his scowling brows knotted in puzzlement. What had halted the pride at the very moment when they had made sure of their prey? What unseen force had annulled the fury of the chase? He stood for a moment facing them, sword in hand, wondering if they would resume their charge. But the lions stayed where they were, growling and roaring from foam-dripping jaws.

Then Conan observed a curious thing (затем Конан заметил любопытную вещь). The place where the lions had halted seemed to mark a line of demarcation across the plain (место, где львы остановились, казалось, отмечает демаркационную линию через / по равнине). On the further side grew thick, long, lush grasses (на дальней стороне росли густые, длинные, сочные травы). At the invisible boundary, however, the grass became thin, stubbly, and ill-nourished (у невидимой границы, однако, трава стала редкой, колючей и плохо вскормленной = чахлой; to become — становиться), with broad patches of bare earth (с широкими участками голой земли). Although Conan could not clearly distinguish colors by moonlight alone, it seemed to him that the grasses on the hither side of the line lacked the normal green color of growing things (хотя Конан не мог четко различать цвета при одном лунном свете, /это/ казалось ему, что травам на этой / ближней стороне линии = по эту сторону линии недостает нормального зеленого цвета растений: «растущих вещей»; to lack — не хватать, недоставать). Instead, the grasses around his feet seemed dry and gray, as if leached of all vitality (вместо этого травы вокруг его ног казались сухими и серыми, как будто лишенные всей жизнеспособности = всех жизненных сил; to leach — выщелачивать).

across [ʌ'krɔs], clearly ['klɪəlɪ], vitality [vaɪ'tælɪtɪ]

Then Conan observed a curious thing. The place where the lions had halted seemed to mark a line of demarcation across the plain. On the further side grew thick, long, lush grasses. At the invisible boundary, however, the grass became thin, stubbly, and ill-nourished, with broad patches of bare earth. Although Conan could not clearly distinguish colors by moonlight alone, it seemed to him that the grasses on the hither side of the line lacked the normal green color of growing things. Instead, the grasses around his feet seemed dry and gray, as if leached of all vitality.

To either side (по обе стороны: «к каждой стороне (из двух)»), in the bright moonlight (в ярком свете луны), he could see the region of dead grasses curve away into the distance (он мог видеть, /как/ район мертвых трав изгибается вдаль), as if he stood alone in a vast circle of death (как будто/словно он стоял один в огромном: «обширном» круге смерти).

see [si:], dead [ded], circle [sə:kl]

To either side, in the bright moonlight, he could see the region of dead grasses curve away into the distance, as if he stood alone in a vast circle of death.

3.The Black Citadel (Черная цитадель)

Although he still ached with weariness, the brief pause had given Conan the strength to continue his progress (хотя он еще болел = испытывал боль с = от усталости, короткая пауза дала Конану силу продолжить /его/ движение). Since he did not know the nature of the invisible line that had halted the lions (так как он не знал природы невидимой линии, которая остановила львов), he could not tell how long this mysterious influence would continue to hold them at bay (он не мог сказать, насколько долго это таинственное влияние будет продолжаться, чтобы удержать их перед загнанной /в угол, в тупик/ добычей; at bay — в безвыходном положении, в положении загнанной жертвы; bay — бухта, залив; положение загнанного в угол, безвыходное положение). Therefore he preferred to put as much distance between the pride and himself as possible (поэтому он предпочел оставить как можно большее расстояние между прайдом и собой; to put — класть, положить; as much as possible — как можно больше).

pause [pɔ:z], how [hau], much [mʌtʃ]

Although he still ached with weariness, the brief pause had given Conan the strength to continue his progress. Since he did not know the nature of the invisible line that had halted the lions, he could not tell how long this mysterious influence would continue to hold them at bay. Therefore he preferred to put as much distance between the pride and himself as possible.

Soon he saw a dark mass take form out of the dimness ahead of him (вскоре он увидел темную массу, /которая/ принимала форму из мутности = мутной дымки перед ним). He went forward even more warily than before, sword in hand and eyes searching the hazy immensities of this domain (он шел вперед даже более устало, чем прежде, /с/ мечом в руке и глазами, обыскивающими неясные пространства этой территории; immensity — безмерность, необъятность). The moonlight was still brilliant (лунный свет был еще сверкающим), but its radiance became obscure with distance as if veiled by some thickening haze (но его сияние стало тусклым на расстоянии, словно покрытое какой-то сгущающейся дымкой). So, at first, Conan could make nothing of the black, featureless mass that lifted out of the plain before him (поэтому сначала Конан /не/ мог разобрать ничего из черной невыразительной массы, которая поднималась из долины перед ним; feature — особенность, характерная черта; деталь, признак, свойство), save for its size and its stillness (кроме ее размера и ее неподвижности). Like some colossal Idol of primitive devil worship (как некий колоссальный идол первобытного нечистого поклонения; devil — дьявол), hewn from a mountain of black stone by some unknown being in time's dawn (высеченный из горы черного камня каким-то неизвестным существом на заре времен; to hew — высекать, вытесывать), the dark mass squatted motionless amid the dead gray grass (темная масса сидела неподвижно среди мертвой серой травы; to squat — сидеть на корточках; садиться на корточки; припадать к земле).

primitive ['prɪmɪtɪv], worship [wə:ʃɪp], hewn [hju:n]

Soon he saw a dark mass take form out of the dimness ahead of him. He went forward even more warily than before, sword in hand and eyes searching the hazy immensities of this domain. The moonlight was still brilliant, but its radiance became obscure with distance as if veiled by some thickening haze. So, at first, Conan could make nothing of the black, featureless mass that lifted out of the plain before him, save for its size and its stillness. Like some colossal Idol of primitive devil worship, hewn from a mountain of black stone by some unknown being in time's dawn, the dark mass squatted motionless amid the dead gray grass.

As Conan came nearer, details emerged from the dark, featureless blur (когда Конан подошел ближе, подробности возникли из темных неясных очертаний; blur — клякса, расплывшееся пятно; неясные очертания). He saw that it was a tremendous edifice, which lay partly in ruins on the plains of Kush (он увидел, что это было огромное сооружение, которое лежало частично в руинах на равнинах Куша) — a colossal structure erected by unknown hands for some nameless purpose (колоссальное строение, воздвигнутое неизвестными руками для какой-то неясной цели). It looked like a castle or fortress of some sort, but of an architectural type that Conan had never seen (оно выглядело как / было похоже на замок или крепость некоего вида, но архитектурного типа, который Конан никогда /не/ видел; to look like — походить на, быть похожим на). Made of dense black stone (сделанное из плотного черного камня), it rose in a complex facade of pillars and terraces and battlements (оно поднималось составным фасадом из колонн и террас и стен с бойницами), whose alignment seemed oddly awry (чья выравненность казалась странно деформированной; awry — кривой, искаженный). It baffled the view (это поражало: «поражало, сбивало с толку видение»). The eye followed mind-twisting curves that seemed subtly wrong, weirdly distorted (глаз следовал за головокружительными изгибами, которые казались неуловимо неправильными, странно искаженными; mind — разум; to twist — крутить, сплетать(ся)). The huge structure gave the impression of a chaotic lack of order, as if its builders had not been quite sane (огромное строение давало впечатление хаотического отсутствия порядка, словно его строители были не совсем в своем уме; sane — здоровый психически, в своем уме).

castle [kɑ:sl], fortress ['fɔ:trɪs], awry [ə'raɪ]

As Conan came nearer, details emerged from the dark, featureless blur. He saw that it was a tremendous edifice, which lay partly in ruins on the plains of Kush — a colossal structure erected by unknown hands for some nameless purpose. It looked like a castle or fortress of some sort, but of an architectural type that Conan had never seen. Made of dense black stone, it rose in a complex facade of pillars and terraces and battlements, whose alignment seemed oddly awry. It baffled the view. The eye followed mind-twisting curves that seemed subtly wrong, weirdly distorted. The huge structure gave the impression of я chaotic lack of order, as if its builders had not been quite sane.

Conan wrenched his gaze from the vertiginous curves of this misshapen mass of masonry, merely to look upon which made him dizzy (Конан оторвал /свой/ взгляд от головокружительных изгибов этой уродливой глыбы /искусства/ каменной кладки, лишь смотреть = взгляд на которую вызывал /у/ него головокружение$ mason — каменщик). He thought he could at last perceive why the beasts of the veldt avoided this crumbling pile (он подумал, /что/ /он/ мог наконец понять, почему звери степи избегали этой осыпающейся громады; pile — куча, груда, штабель; огромное здание). It somehow exuded an aura of menace and horror (она как-то испускала ауру угрозы и ужаса). Perhaps, during the millennia that the black citadel had squatted on the plains (возможно, в течение тысячелетий, которые черная цитадель простояла на равнинах), the animals had come to dread it and to avoid its shadowy precincts (животные пришли = стали бояться ее и избегать ее туманных пределов), until such habits of avoidance were now instinctive (пока такие привычки избеганий = избегать ее /не/ были = стали теперь инстинктивными).

aura ['ɔ:rə], menace ['menəs], avoid [ə'vɔɪd]

Conan wrenched his gaze from the vertiginous curves of this misshapen mass of masonry, merely to look upon which made him dizzy. He thought he could at last perceive why the beasts of the veldt avoided this crumbling pile. It somehow exuded an aura of menace and horror. Perhaps, during the millennia that the black citadel had squatted on the plains, the animals had come to dread it and to avoid its shadowy precincts, until such habits of avoidance were now instinctive.

The moon dimmed suddenly as high-piled storm clouds again darkened her ageless face (луна потускнела вдруг, когда многоярусные грозовые тучи снова затемнили ее вечный лик). Distant thunder grumbled (загрохотал далекий гром), and Conan's searching gaze caught the sulphurous flicker of lightning among the boiling masses of cloud (и ищущий взгляд Конана уловил зеленовато-желтое мерцание света среди вскипающих масс туч). One of those quick, tempestuous thunderstorms of the savanna was about to break (одна из тех быстрых, бурных гроз саванны была готова разразиться; to be about — собираться, намереваться, быть готовым; tempest — буря).

sulphurous ['sʌlfərəs], quick [kwɪk], savanna [sə'vænə]

The moon dimmed suddenly as high-piled storm clouds again darkened her ageless face. Distant thunder grumbled, and Conan's searching gaze caught the sulphurous flicker of lightning among the boiling masses of cloud. One of those quick, tempestuous thunderstorms of the savanna was about to break.

Conan hesitated (Конан заколебался). On the one hand, curiosity and a desire for shelter from the coming storm drew him to the crumbled stronghold (с одной стороны любопытство и желание убежища от приближающейся грозы тянуло его к разрушенной твердыне). On the other, his barbarian's mind held a deep- rooted aversion to the supernatural (с другой /стороны/ его варварский ум держал =испытывал глубоко укоренившееся отвращение к сверхъестественному). Toward earthly, mortal dangers he was fearless to the point of rashness (к земным, смертельным опасностям он был бесстрашен до точки = пределов безрассудства; fear — страх), but otherworldly perils could send the tendrils of panic quivering along his nerves (но потусторонние опасности могли послать ощущения / выбросить усики1паники, вызывающей дрожь вдоль/по его нервам). And something about this mysterious structure hinted at the supernatural (а что-то в этом таинственном сооружении наводило мысль на сверхъестественное; to hint at — намекать на, наводить мысль на). He could feel its menace in the deepest layers of his consciousness (он мог ощущать его угрозу в самых глубоких слоях = уголках его сознания; conscious — сознательный, сознающий).

other ['ʌðə], aversion [ə'və:ʃn], panic ['pænɪk]

Conan hesitated. On the one hand, curiosity and a desire for shelter from the coming storm drew him to the crumbled stronghold. On the other, his barbarian's mind held a deep-rooted aversion to the supernatural. Toward earthly, mortal dangers he was fearless to the point of rashness, but otherworldly perils could send the tendrils of panic quivering along his nerves. And something about this mysterious structure hinted at the supernatural. He could feel its menace in the deepest layers of his consciousness.

A louder rumble of thunder decided him (более громкий грохот грома заставил его решиться). Taking an iron grip on his nerves, he strode confidently into the dark portal (взявшись железной хваткой за = обуздав железной хваткой свои нервы, он прошагал уверенно в темный портал; to stride — шагать (большими шагами)), naked steel in hand (с голой сталью = со сталью наголо в руке), and vanished within (и исчез внутри).

thunder ['θʌndə], grip [grɪp], steel [sti:l]

A louder rumble of thunder decided him. Taking an iron grip on his nerves, he strode confidently into the dark portal, naked steel in hand, and vanished within.

4. The Serpent Men (Люди-змеи)

Conan prowled the length of the high-vaulted hall, finding nothing that lived (Конан проверил протяженность зала с высоким сводом, /не/ найдя ничего живого: «что жило»). Dust and dead leaves littered the black pave (пыль и мертвые листья засорили черную плитку). Moldering rubbish was heaped in the corners and around the bases of towering stone columns (тлеющий мусор накопился в углах и вокруг оснований возвышающихся каменных колонн; heap — груда, куча, масса; to heap — бросать в кучу, складывать в кучу, нагромождать). However old this pile of masonry was, evidently no living thing had dwelt therein for centuries (как бы стара ни была эта громада из камня, очевидно, ни одно живое существо /не/ жило там для = на протяжении веков; to dwell — жить, обитать).

hall [hɔ:l], dust [dʌst], centuries ['sentʃərɪz]

Conan prowled the length of the high-vaulted hall, finding nothing that lived. Dust and dead leaves littered the black pave. Moldering rubbish was heaped in the corners and around the bases of towering stone columns. However old this pile of masonry was, evidently no living thing had dwelt therein for centuries.

The hall, revealed by another brief appearance of the moon, was two stories high (зал, показанный еще одним кратким появлением луны, был высотой в два этажа: «два этажа высокий»). A ballustradеd balcony ran around the second floor (балкон с баллюстрадой протянулся вокруг второго этажа; to run — бежать; тянуться). Curious to probe deeper into the mystery of this enigmatic structure (любопытный = горящий любопытством исследовать поглубже тайну этого загадочного строения) which squatted here on the plain many leagues from any other stone building (которое расположилось здесь на равнине /за/ много лиг от любого другого каменного здания), Conan roamed the corridors, which wound as sinuously as a serpent's track (Конан бродил /по/ коридорам, которые вились так извилисто, как змеиный след; to wind — виться, извиваться). He poked into dusty chambers whose original purpose he could not even guess (он совался в пыльные комнаты, первоначальное назначение которых он даже не мог угадать; whose — чье, чей, чья, чьи, которого, которой, которых; dust — пыль).

floor [flɔ:], probe [prəub], guess [ges]

The hall, revealed by another brief appearance of the moon, was two stories high. A ballustradcd balcony ran around the second floor. Curious to probe deeper into the mystery of this enigmatic structure which squatted here on the plain many leagues from any other stone building, Conan roamed the corridors, which wound as sinuously as a serpent's track. He poked into dusty chambers whose original purpose he could not even guess.

The castle was of staggering size (замок был потрясающего размера), even to one who had seen the temple of the spider-god at Yezud in Zamora and the palace of King Yildiz at Aghrapur in Turan (даже для того: «одного», кто видел храм бога-паука в Йезуде, в Заморе, и дворец короля Илдиза в Аграпуре, в Туране). A good part of it — one whole wing, in fact (большая часть его — одно целое крыло фактически) — had fallen into a featureless mass of tumbled black blocks (рухнуло бесформенной глыбой из обрушенных черных блоков), but the part that remained more or less intact was still the largest building that Conan had seen (но часть, которая оставалсь более-менее нетронутой, была еще самым большим зданием, которое Конан видел). Its antiquity was beyond guessing (его древность была за пределами догадок = о его древности было невозможно догадаться). The black onyx of which it was wrought was unlike any stone that Conan had seen in this part of the world (черный оникс, из которого он был изваян, был непохож /на/ любой камень, который Конан видел в этой части света; wrought — архаичная форма прошедшего времени и причастия прошедшего времени от to work — обрабатывать; ваять, высекать; строить). It must have been brought across immense distances — why, Conan could not imagine (его, должно быть, привезли через огромные пространства — зачем, Конан не мог представить/вообразить).

temple [templ], whole [həul], immense [ɪ'mens]

The castle was of staggering size, even to one who had seen the temple of the spider-god at Yezud in Zamora and the palace of King Yildiz at Aghrapur in Turan. A good part of it — one whole wing, in fact — had fallen into a featureless mass of tumbled black blocks, but the part that remained more or less intact was still the largest building that Conan had seen. Its antiquity was beyond guessing. The black onyx of which it was wrought was unlike any stone that Conan had seen in this part of the world. It must have been brought across immense distances — why, Conan could not imagine.

Some features of the bizarre architecture of the structure reminded Conan of ancient tombs in accursed Zamora (некоторые черты причудливой архитектуры строения напоминали Конану древние могилы в проклятой Заморе; to curse — проклинать). Others suggested forbidden temples that he had glimpsed in far Hyrkania during his mercenary service with the Turanians (другие напоминали запретные храмы, которые он видел в далекой Гиркании во время своей службы наемником у туранцев; to forbid — запрещать; to glimpse — бегло взглянуть, увидеть мельком). But whether the black castle had been erected primarily as a tomb, a fortress, a palace, or a temple (но был ли возведен черный замок первоначально как мавзолей, крепость, дворец или храм), or some combination of these, he could not tell (или какая-нибудь комбинация этих = их, он не мог сказать).

bizarre [bɪ'zɑ:], during ['djuərɪŋ], tell [tel]

Some features of the bizarre architecture of the structure reminded Conan of ancient tombs in accursed Zamora. Others suggested forbidden temples that he had glimpsed in far Hyrkania during his mercenary service with the Turanians. But whether the black castle had been erected primarily as a tomb, a fortress, a palace, or a temple, or some combination of these, he could not tell.

Then, too, there was a disturbing alienage about the castle that made him obscurely uneasy (там также /там/ была = ощущалась тревожная чуждость в отношении замка, которая сделала его смутно беспокойным = которая вызвала у него смутное беспокойство). Even as the facades seemed to have been built according to the canons of some alien geometry, so the interior contained baffling features (даже фасады, казалось, были построены согласно канонам какой-то чуждой геометрии, поэтому внутренняя часть содержала загадочные: «сбивающие с толку, поражающие» черты). The steps of the stairways, for example, were much broader and shallower than was required for human feet (ступени лестниц, например, были гораздо шире и чаще, чем требовалось для человеческих ступней; shallow — мелкий, мелководный; неглубокий; плоский). The doorways were too tall and too narrow, so that Conan had to turn sideways to get through them (дверные проемы были слишком высокими и слишком узкими, так что Конан имел = Конану приходилось поворачиваться боком, чтобы пройти через них; had to do — приходилось делать).

example [ɪg'zɑ:mpl], human ['hju:mən], tall [tɔ:l]

Then, too, there was a disturbing alienage about the castle that made him obscurely uneasy. Even as the facades seemed to have been built according to the canons of some alien geometry, so the interior contained baffling features. The steps of the stairways, for example, were much broader and shallower than was required for human feet. The doorways were too tall and too narrow, so that Conan had to turn sideways to get through them.

The walls were sculptured in low relief with coiling, geometrical arabesques of baffling, hypnotic complexity (стены были украшены барельефом: «низеим рельефом» со спиралеобразными, геометрическими арабесками сбивающей с толку, гипнотической сложности; sculpturedукрашенный скульптурами; to coil — свертывать(ся) кольцом). Conan found that he had to wrench his gaze away from the sculptured walls by force of will (Конан обнаружил, что он имел = ему приходилось отрывать свой взгляд от украшенных скульптурами стен волевым усилием; to find — находить, обнаруживать; force — сила; will — воля), lest his mind be entrapped and held by the cryptic symbols formed by the writhing lines (чтобы его ум /не/ был захвачен и прикован непонятными символами, образованными змеевидными линиями; cryptic — загадочный, таинственный; непонятный).

low [ləu], relief [rɪ'li:f], hypnotic [hɪp'nɔtɪk]

The walls were sculptured in low relief with coiling, geometrical arabesques of baffling, hypnotic complexity. Conan found that he had to wrench his gaze away from the sculptured walls by force of will, lest his mind be entrapped and held by the cryptic symbols formed by the writhing lines.

In fact, everything about this strange, baffling enigma in stone reminded Conan of serpents (по сути все в этой странной непостижимой загадке в = из камня напоминало Конану о змеях) — the winding corridors, the writhing decoration (извивающиеся коридоры, витиеватые украшения), and even, he thought, a faint trace of a musky, ophidian odor (и даже, он думал, слабый след мускусного змеиного запаха).

fact [fækt], strange [streɪndʒ], musky ['mʌskɪ]

In fact, everything about this strange, baffling enigma in stone reminded Conan of serpents — the winding corridors, the writhing decoration, and even, he thought, a faint trace of a musky, ophidian odor.

Conan halted, brows knotted (Конан остановился, брови нахмурены). Could this unknown ruin have been raised by the serpent folk of ancient Valusia? (могло /ли/ /быть, чтобы/ эти неизвестные руины были возведены змеиным народом древней Валузии?; could have been raised — возможно, был возведен — вероятность по отношению к действию в прошлом выражается could/may/might + have + причастие прошедшего времени, а если пассив, то после have идет been + причастие прошедшего времени) The day of that pre- human people lay an unthinkable interval in the past (день = дни этой дочеловеческого народа лежали = занимали невообразимый интервал /времени/ в прошлом), before the dawn of man himself, in the dim mists of time when giant reptiles ruled the earth (до истоков самого человека, в неясных туманах времени, когда гигантские рептилии правили землей). Or ever the Seven Empires arose in the days before the Cataclysm (еще раньше, чем Семь Империй возникли в дни до Катаклизма) — even before Atlantis arose from the depths of the Western Ocean — the serpent people had reigned (даже до того, как Атлантида поднялась из глубин Западного Океана — змеиный народ /уже/ царствовал; to arise — возникать, появляться). They had vanished long before the coming of man — but not entirely (они исчезли задолго до прихода человека — но не полностью).

folk [fəuk], people [pi:pl], depth [depθ]

Conan halted, brows knotted. Could this unknown ruin have been raised by the serpent folk of ancient Valusia? The day of that pre-human people lay an unthinkable interval in the past, before the dawn of man himself, in the dim mists of time when giant reptiles ruled the earth. Or ever the Seven Empires arose in the days before the Cataclysm — even before Atlantis arose from the depths of the Western Ocean — the serpent people had reigned. They had vanished long before the coming of man — but not entirely.

Around the campfires in the bleak hills of Cimmeria and again in the marbled courts of the temples of Nemedia, Conan had heard the legend of Kull, the Atlantean king of Valusia (вокруг лагерных костров на стылых холмах Киммерии и снова в мраморных дворах храмов Немедии Конан слышал легенду о Кулле, атлантическом короле Валузии). The snake people had survived here and there by means of their magic (змеиный народ выжил кое-где: «здесь и там» посредством своей магии), which enabled them to appear to others as ordinary human beings (которая позволяла им являться другим как = в облике обычных людей; human beings — человеческие существа, люди). But Kull had stumbled upon their secret and had purged his realm clean of their taint, wiping them out with fire and sword (но Кулл наткнулся на их секрет и очистил свое королевство от их заразы, истребляя их огнем и мечом; to stumble upon — наткнуться на; to wipe out — истреблять, уничтожать).

snake [sneɪk], secret ['si:krɪt], taint [teɪnt]

Around the campfires in the bleak hills of Cimmeria and again in the marbled courts of the temples of Nemedia, Conan had heard the legend of Kull, the Atlantean king of Valusia. The snake people had survived here and there by means of their magic, which enabled them to appear to others as ordinary human beings. But Kull had stumbled upon their secret and had purged his realm clean of their taint, wiping them out with fire and sword.

Still, might not the black castle, with its alien architecture, be a relic of that remote era (однако, не может ли черный замок с его чуждой архитектурой быть реликтом той далекой эры), when men contended for the rule of the planet with these reptilian survivors of lost ages (когда люди спорили за правление планетой с этими выжившими рептилиями затерянных эпох)?

relic ['relɪk], remote [rɪ'məut], era ['ɪərə]

Still, might not the black castle, with its alien architecture, be a relic of that remote era, when men contended for the rule of the planet with these reptilian survivors of lost ages?

5. Whispering Shadows (Шепчущие тени)

The first thunderstorm missed the black castle (первая гроза промахнулась = прошла мимо черного замка). There was a brief patter of raindrops on the crumbling stonework (был = раздался недолгий стук дождевых капель по осыпающейся каменной кладке) and a trickle of water through holes in the roof (и /потекла/ струйка воды через отверстия в крыше). Then the lightning and thunder diminished as the storm passed off to westward (потом молния и гром утихли, когда гроза прошла на запад), leaving the moon to shine unobstructed once more through the gaps in the stone (позволяя луне посветить беспрепятственно еще раз через щели в камне). But other storms followed, muttering and flickering out of the east (но другие грозы последовали /за первой/, грохоча и сверкая с востока).

roof [ru:f], pass [pɑ:s], east [i:st]

The first thunderstorm missed the black castle. There was a brief patter of raindrops on the crumbling stonework and a trickle of water through holes in the roof. Then the lightning and thunder diminished as the storm passed off to westward, leaving the moon to shine unobstructed once more through the gaps in the stone. But other storms followed, muttering and flickering out of the east.

Conan slept uneasily in a corner of the balcony above the great hall, tossing and turning (Конан спал беспокойно в углу балкона над большим залом, мечась и ворочаясь) like some wary animal that dimly senses the approach of danger (как какое-то осторожное животное, которое смутно чувствует приближение опасности). Caution had made him suspicious of sleeping in the hall before the wide-open doors (осторожность сделала его подозрительным ко сну в зале = спать в зале перед широко раскрытыми дверьми показалось ему небезопасным; suspicious of — относящийся с недоверием к). Even though the circle of death seemed to bar the denizens of the plains, he did not trust the unseen force that held the beasts at bay (даже хотя круг смерти, казалось, преграждает путь обитателям равнин, он не доверял невидимой силе, которая удержала зверей от загнанной /в тупик/ жертвы).

slept [slept], open ['əupn], bay [beɪ]

Conan slept uneasily in a corner of the balcony above the great hall, tossing and turning like some wary animal that dimly senses the approach of danger. Caution had made him suspicious of sleeping in the hall before the wide-open doors. Even though the circle of death seemed to bar the denizens of the plains, he did not trust the unseen force that held the beasts at bay.

A dozen times he started awake, clutching at his sword and probing the soft shadows with his eyes, searching for whatever had aroused him (дюжину раз он просыпался, хватаясь за свой меч и исследуя размытые тени /своими/ глазами, ища = в поисках чего бы то ни было, что пробудило его; awake — бодрствующий, проснувшийся). A dozen times he found nothing in the gloomy vastness of the ancient wreck (дюжину раз он ничего /не/ находил в мрачном пространстве древней развалины). Each time he composed himself for slumber again, however, dim shadows clustered around him, and he half-heard whispering voices (каждый раз он успокаивался для сна снова = готовился заснуть, однако, неясные тени собирались вокруг него, и он почти слышал шепчущие голоса; to compose oneself — успокаиваться, half — наполовину, не полностью, недостаточно, почти, уже почти).

dozen [dʌzn], each [i:tʃ], slumber ['slʌmbə]

A dozen times he started awake, clutching at his sword and probing the soft shadows with his eyes, searching for whatever had aroused him. A dozen times he found nothing in the gloomy vastness of the ancient wreck. Each time he composed himself for slumber again, however, dim shadows clustered around him, and he half- heard whispering voices.

Growling a weary curse to his barbaric gods, the Cimmerian damned all shadows and echoes to the eleven scarlet Hells of his mythology and threw himself down again, striving to slumber (прорычав усталое проклятие его варварским богам, киммериец проклял все тени и эхо на одиннадцать алых Адов его мифологии и бросился вниз снова, стремясь ко сну; to throw — бросать). At length he fell into a deep sleep (наконец, он погрузился в глубокий сон). And in that sleep there came upon him a strange dream (и в этом сне снизошло: «там пришло» на него странное сновидение1).

weary ['wɪərɪ], damn [dæm], sleep [sli:p]

Growling a weary curse to his barbaric gods, the Cimmerian damned all shadows and echoes to the eleven scarlet Hells of his mythology and threw himself down again, striving to slumber. At length he fell into a deep sleep. And in that sleep there came upon him a strange dream.

It seemed that, although his body slept, his spirit waked and was watchful (казалось, что, хотя его тело спало, его дух пробудился и был наблюдающим = наблюдал). To the immaterial eyes of his ka, as the Stygians called it, the gloomy balcony was filled with a dim glow of blood-hued light from some unseen source (для нематериальных глаз его ка, как стигийцы называли это, мрачный балкон был наполнен неясным заревом кровавого света от некоего невидимого источника; hue — краска, оттенок, тон, цвет). This was neither the silvery sheen of the moon, which cast slanting beams into the hall through gaps in the stone, nor the pallid flicker of distant lightning (это было ни серебристое сияние луны, которая отбрасывала косые лучи в зал через щели в камне, ни мертвенно-бледное мерцание далекой молнии). By this sanguine radiance, Conan's spirit could see drifting shadows (с помощью этого кроваво- красного сияния дух Конана мог видеть плывущие тени), which flitted like cloudy bats among the black marble columns (которые порхали, как туманные летучие мыши среди черных мраморных колонн) — shadows with glaring eyes filled with mindless hunger (тени с пылающими глазами, заполненные безумным голодом) — shadows that whispered in an all but inaudible cacophony of mocking laughter and bestial cries (тени, которые шептались в почти неслышимой какофонии насмешливого смеха и зверских криков).

watchful ['wɔtʃful], lightning ['laɪtnɪŋ], marble [mɑ:bl]

It seemed that, although his body slept, his spirit waked and was watchful. To the immaterial eyes of his ka, as the Stygians called it, the gloomy balcony was filled with a dim glow of blood-hued light from some unseen source. This was neither the silvery sheen of the moon, which cast slanting beams into the hall through gaps in the stone, nor the pallid flicker of distant lightning. By this sanguine radiance, Conan's spirit could see drifting shadows, which flitted like cloudy bats among the black marble columns — shadows with glaring eyes filled with mindless hunger — shadows that whispered in an all but inaudible cacophony of mocking laughter and bestial cries.

Conan's spirit somehow knew that these whispering shadows were the ghosts of thousands of sentient beings (дух Конана как-то знал, что эти шепчущие тени были привидениями тысяч чувствующих существ), who had died within this ancient structure (которые умерли в этом древнем строении). How he knew this, he could not say, but to his ka it was a plain fact (как он узнал это, он не мог сказать, но для его ка это было очевидным фактом). The unknown people who had raised this enormous ruin — whether the serpent men of Valusian legend or some other forgotten race — had drenched the marble altars of the black castle with the blood of thousands (неизвестный народ, который возвел эту огромную руину — либо люди-змеи из валузийской легенды, либо другая забытая раса — оросила мраморные алтари черного замка кровью тысяч). The ghosts of their victims were chained forever to this castle of terror (духи/привидения их жертв были прикованы навсегда к этому замку ужаса). Perhaps they were held earthbound by some powerful spell of prehuman sorcery (возможно, они были удерживаемы связью с землей с помощью какого-то могущественного заклятия дочеловеческого колдовства = колдовства, существовавшего на земле до появления человека). Perhaps it was the same spell that kept out the beasts of the veldt (возможно, это было то же заклятие, которое удерживало снаружи тварей степи).

these [ði:z], ghost [gəust], serpent ['sə:pənt]

Conan's spirit somehow knew that these whispering shadows were the ghosts of thousands of sentient beings, who had died within this ancient structure. How he knew this, he could not say, but to his ka it was a plain fact. The unknown people who had raised this enormous ruin — whether the serpent men of Valusian legend or some other forgotten race — had drenched the marble altars of the black castle with the blood of thousands. The ghosts of their victims were chained forever to this castle of terror. Perhaps they were held earthbound by some powerful spell of prehuman sorcery. Perhaps it was the same spell that kept out the beasts of the veldt.

But this was not all (но это было не все). The ghosts of the black castle hungered for the blood of the living — for the blood of Conan (привидения черного замка жаждали крови живого человека — крови Конана; to hunger for — жаждать).

But this was not all. The ghosts of the black castle hungered for the blood of the living — for the blood of Conan.

His exhausted body lay chained in ensorcelled slumber (его изможденное тело лежало скованное колдовским сном) while shadowy phantoms flitted about him, tearing at him with impalpable fingers (в то время как призрачные фантомы порхали вокруг него, терзая его неосязаемыми пальцами; to tear at — терзать, раздирать, набрасываться на). But a spirit cannot harm a living being unless it first manifests itself on the physical plane and assumes material form (но дух не может повредить живому существу, если он сначала /не/ проявит себя на физическом плане и /не/ примет материальную форму). These gibbering shadow hordes were weak (эти бормочущие орды теней были слабы). Not for years had a man defied the ancient curse to set foot within the black castle, enabling them to feed (/уже/ годы человек не бросал вызова древнему проклятию, ступить = ступая ногой в пределы черного замка, позволяя им питаться; to enable — позволять, давать возможность, делать возможным). Enfeebled by long starvation, they could no longer easily materialize into a shambling horde of ghoul-things (ослабленные долгим голоданием, они не могли больше легко материализоваться в шаркающую орду вурдалаков1; to shamble — шаркать, волочить ноги, тащиться).

phantom ['fæntəm], finger ['fɪŋgə], weak [wi:k]

His exhausted body lay chained in ensorcelled slumber while shadowy phantoms flitted about him, tearing at him with impalpable fingers. But a spirit cannot harm a living being unless it first manifests itself on the physical plane and assumes material form. These gibbering shadow hordes were weak. Not for years had a man defied the ancient curse to set foot within the black castle, enabling them to feed. Enfeebled by long starvation, they could no longer easily materialize into a shambling horde of ghoul-things.

Somehow, the spirit of the dreaming Conan knew this (каким-то образом дух спящего Конана знал это). While his body slept on, his ka observed movements on the astral plane and watched the vampiric shadows (пока его тело продолжало спать, его ка наблюдало за движениями на астральном плане и следило за упыриными тенями; to sleep on — продолжать спать, спать дальше) as they beat insubstantial wings about his sleeping head and slashed with impalpable claws at his pulsing throat (когда они били иллюзорными крыльями вокруг его спящей головы и щелкали бесплотными когтями у его пульсирующего горла). But for all their voiceless frenzy, they could harm him not (но, несмотря на все их немое неистовство, они не могли повредить ему; for all — хотя, несмотря на). Bound by the spell, he slept on (скованный заклятием, он продолжал спать).

beat [bi:t], bound [baund], spell [spel]

Somehow, the spirit of the dreaming Conan knew this. While his body slept on, his ka observed movements on the astral plane and watched the vampiric shadows as they beat insubstantial wings about his sleeping head and slashed with impalpable claws at his pulsing throat. But for all their voiceless frenzy, they could harm him not. Bound by the spell, he slept on.

After an indefinite time, a change took place in the ruddy luminance of the astral plane (через неопределенное время изменение произошло в красноватой яркости астрального плана/плоскости). The specters were clustering together into a shapeless mass of thickening shadows (призраки собирались вместе в бесформенную массу густеющих теней). Mindless dead things though they were, hunger drove them into an uncanny affiance (хотя они были безмозглыми мертвыми существами, голод сгонял их в сверхъестественный союз; to drive — гнать). Each ghost possessed a small store of that vital energy that went toward bodily materialization (каждое привидение обладало небольшим запасом той жизненной энергии, которая стремилась к телесному воплощению; to go toward — направляться к). Now each phantom mingled its sum supply with that of its shadowy brethren (теперь каждый фантом смешал свой суммарный запас с таковым = запасом его призрачных братьев; brethren — братья, архаичная форма множественного числа).

time [taɪm], plane [pleɪn], store [stɔ:]

After an indefinite time, a change took place in the ruddy luminance of the astral plane. The specters were clustering together into a shapeless mass of thickening shadows. Mindless dead things though theywere, hunger drove them into an uncanny affiance. Each ghost possessed a small store of that vital energy that went toward bodily materialization. Now each phantom mingled its sum supply with that of its shadowy brethren.

Gradually, a terrible shape, fed by the life force of ten thousand ghosts, began to materialize (постепенно ужасная форма, вскормленная жизненной силой десяти тысяч привидений, начала материализовываться). In the dim gloom of the black marble balcony, it slowly formed out of a swirling cloud of shadowy particles (в смутном мраке черного мраморного балкона они медленно сформировалась из кружащегося облака призрачных частичек). And Conan slept on (а Конан продолжал спать).

terrible ['terəbl], shape [ʃeɪp], ten [ten]

Gradually, a terrible shape, fed by the life force of ten thousand ghosts, began to materialize. In the dim gloom of the black marble balcony, it slowly formed out of a swirling cloud of shadowy particles. And Conan slept on.

6. The Hundred Heads (Сто голов)

Thunder crashed deafeningly (загремел оглушающе гром; to crash — грохотать, разбивать, рушиться); lightning blazed with sulphurous fires above the darkened plain, whence the moonlight had fled again (молния засверкала адскими огнями над потемневшей равниной, откуда = над которой снова исчез лунный свет; to flee — убегать; исчезать). The thick-piled storm clouds burst, soaking the grassy swales with a torrential downpour (плотные грозовые тучи взорвались, орошая травяные низины проливным дождем; to burst — лопаться, взрывать(ся)).

crash [kræʃ], whence [wens], torrential [tɔ'renʃl]

Thunder crashed deafeningly; lightning blazed with sulphurous fires above the darkened plain, whence the moonlight had fled again. The thick-piled storm clouds burst, soaking the grassy swales with a torrential downpour.

The Stygian slave raiders had ridden all night, pressing southward toward the forests beyond Kush (стигийские охотники на рабов проскакали всю ночь, прижимаясь южнее к лесам за пределами Куша). Their expedition had thus far been fruitless; not one black of the nomadic hunting and herding tribes of the savanna had fallen into their hands (их экспедиция до сих пор была бесплодна, ни один черный из кочевых охотничьих и пастушеских племен саванны /не/ попал в их руки; thus far — до сих пор1). Whether war or pestilence had swept the land bare of humankind, or whether the tribesmen, warned of the coming of the slavers, had fled beyond reach, they did not know (война ли, мор ли смели с земли начисто род людской: «смели землю голой от человечества», или же члены рода = племена, предупрежденные о приходе работорговцев, убежали за пределы досягаемости, они не знали; whether — ли, beyond reach — вне пределов досягаемости).

forest ['fɔrɪst], fruitless ['fru:tlɪs], whether ['weðə]

The Stygian slave raiders had ridden all night, pressing southward toward the forests beyond Kush. Their expedition had thus far been fruitless; not one black of the nomadic hunting and herding tribes of the savanna had fallen into their hands. Whether war or pestilence had swept the land bare of humankind, or whether the tribesmen, warned of the coming of the slavers, had fled beyond reach, they did not know.

In any case, it seemed that they would do better among the lush jungles of the South (в любом случае /это/ казалось, что они сделают лучше = им повезет больше среди буйных джунглей юга; to do well — хорошо учиться / справляться, преуспевать, иметь успехи). The forest Negroes dwelt in permanent villages (лесные негры жили в постоянных поселках), which the slavers could surround and take by surprise with a quick dawn rush (которые работорговцы могли окружить и захватить неожиданно быстрым броском на рассвете; by surprise — неожиданно; dawn — рассвет, заря), catching the inhabitants like fish in a net (ловя жителей, как рыбу в сеть). Villagers too old, too young, or too sickly to endure the trek back to Stygia they would slay out of hand (селян слишком старых, слишком юных или слишком хилых, чтобы выдержать переход в Стигию, они убьют сразу; out of hand — сразу, экспромтом, без подготовки). Then they would drive the remaining wretches, fettered together to form a human chain, northward (затем они погонять оставшихся несчастных, связанных вместе, /чтобы образовать/ /в/ человеческую цепь, на север).

case [keɪs], better ['betə], net [net]

In any case, it seemed that they would do better among the lush jungles of the South. The forest Negroes dwelt in permanent villages, which the slavers could surround and take by surprise with a quick dawn rush, catching the inhabitants like fish in a net. Villagers too old, too young, or too sickly to endure the trek back to Stygia they would slay out of hand. Then they would drive the remaining wretches, fettered together to form a human chain, northward.

There were forty Stygians, well-mounted warriors in helms and chain-mail hauberks (было сорок стигийцев, на хороших лошадях: «хорошо конных» воинов в шлемах и кольчужных кольчугах = кольчугах). They were tall, swarthy, hawk-faced men, powerfully muscled (они были высокие, смуглые мужчины с ястребиными лицами, мощной мускулаторой). They were hardened marauders — tough, shrewd, fearless, and merciless (они были закаленными мародерами — крутыми, сообразительными, бесстрашными и безжалостными; tough — жесткий, плотный, упругий; несговорчивый (о человеке); буйный), with no more compunction about killing a non-Stygian than most men have about slapping a gnat (/испытывающими/ не больше сожаления по поводу убийства не-стигийца, чем большинство людей имеют = испытывают по поводу прихлопывания = того, чтобы прихлопнуть комара; about — по поводу, в отношении, о(б)).

marauder [mə'rɔ:də], tough [tʌf], shrewd [ʃru:d]

There were forty Stygians, well-mounted warriors in helms and chain-mail hauberks. They were tall, swarthy, hawk-faced men, powerfully muscled. They were hardened marauders — tough, shrewd, fearless, and merciless, with no more compunction about killing a non-Stygian than most men have about slapping a gnat.

Now the first downpour of the storm swept their column (теперь первый ливень грозы разметал их колонну). Winds whipped their woolen cloaks and linen robes and blew their horses' manes into their faces (ветры секли их шерстяные плащи и льняные одежды и били гривами /их/ лошадей в их лица; to blow — дуть). The almost continuous blaze of lightning dazzled them (почти непрерывное сверкание молнии слепил их).

swept [swept], linen ['lɪnɪn], blew [blu:]

Now the first downpour of the storm swept their column. Winds whipped their woolen cloaks and linen robes and blew their horses' manes into their faces. The almost continuous blaze of lightning dazzled them.

Their leader sighted the black castle, looming above the grasslands, for the blazing lightning made it visible in the rain-veiled dark (их предводитель заметил черный замок, вырисовывающийся над лугами, ибо сверкающая молния сделала его видимым в скрытой дождем темноте). He shouted a guttural command and drove his spurs into the ribs of his big black mare (он прокричал гортанную команду и вонзил /свои/ шпоры в ребра своей крупной черной кобылы). The others spurred after him and rode up to the frowning bastions (остальные пришпорили за ним и поскакали к хмурым бастионам; to frown — хмуриться) with a clatter of hoofs, a creaking of leather, and a jingle of mail (со стуком копыт, скрипом кожи и звяканьем кольчуги). In the blur of rain and night, the abnormality of the facade was not visible (в неясных очертаниях дождя и ночи неправильность фасада не была видна), and the Stygians were eager to get under shelter before they were soaked (и стигийцы страстно желали попасть под кров, прежде чем они промокли = промокнут; to be eager — страстно жаждать, рваться, сильно хотеть; shelter — убежище, кров, защита).

mare [mɛə], hoof [hu:f], jingle [dʒɪŋgl]

Their leader sighted the black castle, looming above the grasslands, for the blazing lightning made it visible in the rain-veiled dark. He shouted a guttural command and drove his spurs into the ribs of his big black mare. The others spurred after him and rode up to the frowning bastions with a clatter of hoofs, a creaking of leather, and a jingle of mail. In the blur of rain and night, the abnormality of the facade was not visible, and the Stygians were eager to get under shelter before they were soaked.

They came stamping in, cursing and bellowing and shaking the water from their cloaks (они вошли, топая, внутрь, ругаясь и рыча, и стряхивая воду со своих плащей). In a trice, the gloomy silence of the ruin was broken with a clamor of noise (вмиг мрачная тишина руин была прервана криком шума = шумным криком; to break — ломать, прерывать, нарушать). Brushwood and dead leaves were gathered (хворост и мертвые листья были собраны); flint and steel were struck (кремень и огниво были стукнуты = собрали хворост и сухие листья, ударили кремнем / кресалом по огниву). Soon a smoking, sputtering fire leaped up in the midst of the cracked marble floor, to paint the sculptured walls with rich orange (вскоре дымящийся трескучий костер взметнулся в середине = посреди треснутого мраморного пола, чтобы окрасить украшенные скульптурами стены ярким оранжевым цветом; midst — середина, in the midst of — среди, посреди).

paint [peɪnt], rich [rɪtʃ], orange ['ɔrɪndʒ]

They came stamping in, cursing and bellowing and shaking the water from their cloaks. In a trice, the gloomy silence of the ruin was broken with a clamor of noise. Brushwood and dead leaves were gathered; flint and steel were struck. Soon a smoking, sputtering fire leaped up in the midst of the cracked marble floor, to paint the sculptured walls with rich orange.

The men flung down their saddlebags (мужчины сбросили вниз седельные вьюки; saddle — седло), stripped off wet burnooses, and spread them to dry сняли мокрые бурнусы и расстелили их сохнуть). They struggled out of their coats of mail and set to rubbing the moisture from them with oily rags (они высвободились из /своих/ кольчуг и принялись вытирать влагу из них промасленными тряпками; to set to V-ing1 — взяться за, приниматься за — делать что-л.). They opened their saddlebags and sank strong white teeth into round loaves of hard, stale bread (они открыли /свои/ седельные вьюки и погрузили крепкие белые зубы в круглые буханки твердого, черствого хлеба).

wet [wet], spread [spred], moisture ['mɔɪstʃə]

The men flung down their saddlebags, stripped off wet burnooses, and spread them to dry. They struggled out of their coats of mail and set to rubbing the moisture from them with oily rags. They opened their saddlebags and sank strong white teeth into round loaves of hard, stale bread.

Outside, the storm bellowed and flashed (снаружи гроза бушевала и сверкала). Streams of rainwater, like little waterfalls, poured through gaps in the masonry (потоки дождевой воды, как маленькие водопады, хлынули через щели в каменной кладке). But the Stygians heeded them not (но стигийцы не обращали на них внимания; to heed — обращать внимание, учитывать).

Outside, the storm bellowed and flashed. Streams of rainwater, like little waterfalls, poured through gaps in the masonry. But the Stygians heeded them not.

On the balcony above, Conan stood silently, awake but trembling with shudders that wracked his powerful body (на балконе наверху Конан стоял молча, проснувшийся, но трясущийся с = от содроганий, которые разрушали его мощное тело; to tremble — дрожать, to shudder — содрогаться). With the cloudburst, the spell that held him captive had broken (с = благодаря ливню заклятие, которое держало его пленным = в плену разрушилось). Starting up, he glared about for the shadowy conclave of ghosts that he had seen form in his dream (вскочив, он внимательно осмотрелся в поисках призрачного конклава привидений, который, он видел, образуется в его сне; to glare — пристально смотреть, to glare about — пристально смотреть по сторонам, оглядываться, to glare for — высматривать, искать). When the lightning flashed, he thought he glimpsed a dark, amorphous form at the far end of the balcony (когда вспыхнула молния, он подумал = ему показалось, /что/ /он/ заметил темную аморфную форму в дальнем конце балкона), but he did not care to go closer to investigate (но он не хотел = у него не было желания подойти поближе, чтобы исследовать = выяснить).

seen [si:n], dream [dri:m], end [end]

On the balcony above, Conan stood silently, awake but trembling with shudders that wracked his powerful body. With the cloudburst, the spell that held him captive had broken. Starting up, he glared about for the shadowy conclave of ghosts that he had seen form in his dream. When the lightning flashed, he thought he glimpsed a dark, amorphous form at the far end of the balcony, but he did not care to go closer to investigate.

While he pondered the problem of how to quit the balcony without coming in reach of the Thing, the Stygians came stamping and roaring in (пока он размышлял /над/ проблемой, как покинуть балкон без попадания = не попав в пределы досягаемости Существа, стигийцы вошли, топая и рыча, вовнутрь). They were hardly an improvement on the ghosts (они были вряд ли улучшением = лучше привидений). Given half a chance, they would be delighted to capture him for their slave gang (будь у них минимальный шанс: «дана половина шанса», они бы были счастливы поймать его для своей работорговческой банды = банды работорговцев). For all his immense strength and skill at arms, Conan knew that no man can fight forty well-armed foes at once (несмотря на всю свою огромную силу и военное искусство Конан знал, что ни один человек не может сразиться с сорока хорошо вооруженными врагами сразу; skill at arms — военное искусство: «искусство во владении оружием»). Unless he instantly cut his way out and escaped, they would bring him down (если /бы/ он мгновенно прорубил свой = себе путь и убежал, они /бы/ завалили; to cut out — вырубить, прорубить, вырезать). He faced either a swift death or a bitter life of groaning drudgery in a Stygian slave pen (он стоял перед лицом либо быстрой смерти, либо мучительной жизни страдая = в страданиях /от/ непосильной работы в стигийском загоне / на стигийской плантации / ферме для рабов; to groan — стонать, страдать). He was not sure which he preferred (он не был уверен, которое он предпочитает = он не знал точно, что бы предпочел).

ponder ['pɔndə], quit [kwɪt], chance [tʃɑ:ns]

While he pondered the problem of how to quit the balcony without coming in- reach of the Thing, the Stygians came stamping and roaring in. They were hardly an improvement on the ghosts. Given half a chance, they would be delighted to capture him for their slave gang. For all his immense strength and skill at arms, Conan knew that no man can fight forty well-armed foes at once. Unless he instantly cut his way out and escaped, they would bring him down. He faced either a swift death or a bitter life of groaning drudgery in a Stygian slave pen. He was not sure which he preferred.

If the Stygians distracted Conan's attention from the phantoms, they likewise distracted the attention of the phantoms from Conan (если стигийцы отвлекли внимание Конана от фантомов, они также отвлекли внимание фантомов от Конана). In their mindless hunger, the shadow-things ignored the Cimmerian in favor of the forty Stygians encamped below (в своем неразбирающем / безумном голоде тени-существа пренебрегли киммерийцем в пользу сорока стигийцев, расположившихся лагерем внизу; in favor of — в пользу, to encamp — расположиться лагерем). Here was living flesh and vital force enough to glut their phantasmal lusts thrice over (здесь было живой плоти и жизненной силы достаточно, /чтобы/ насытить их призрачную жажду более, чем втрое). Like autumn leaves, they drifted over the balustrade and down from the balcony into the hall below (как осенние листья, они понеслись через баллюстраду и вниз с балкона в зал внизу).

attention [ə'tenʃn], hunger ['hʌŋgə], favor ['feɪvə]

If the Stygians distracted Conan's attention from the phantoms, they likewise distracted the attention of the phantoms from Conan. In their mindless hunger, the shadow-things ignored the Cimmerian in favor of the forty Stygians encamped below. Here was living flesh and vital force enough to glut their phantasmal lusts thrice over. Like autumn leaves, they drifted over the balustrade and down from the balcony into the hall below.

The Stygians sprawled around their fire, passing a bottle of wine from hand to hand and talking in their guttural tongue (стигийцы развалились вокруг костра, передавая бутылку вина из рук в руки и разговаривая на их гортанном языке). Although Conan knew only a few words of Stygian, from the intonations and gestures he could follow the course of the argument (хотя Конан знал лишь несколько слов по-стигийски, по интонациям и жестам он мог последовать = понять ход спора). The leader — a clean-shaven giant, as tall as the Cimmerian — swore that he would not venture into the downpour on such a night (предводитель, наголо бритый гигант, такой же высокий, как киммериец, клялся, что он не отважится /выйти/ в ливень в такую ночь; to swear — клясться). They would await the dawn in this crumbling ruin (они дождутся рассвета в этих осыпающихся развалинах). At least, the roof seemed to be still sound in places, and a man could lie here out of the drip (по крайней мере, крыша казалась /быть/ еще крепкой в местах = местами, и человек мог лежать здесь вне капели = не попадая под капли дождя).

tongue [tʌŋ], few [fju:], argument ['ɑ:gjumənt]

The Stygians sprawled around their fire, passing a bottle of wine from hand to hand and talking in their guttural tongue. Although Conan knew only a few words of Stygian, from the intonations and gestures he could follow the course of the argument. The leader — a clean-shaven giant, as tall as the Cimmerian — swore that he would not venture into the downpour on such a night. They would await the dawn in this crumbling ruin. At least, the roof seemed to be still sound in places, and a man could lie here out of the drip.

When several more bottles had been emptied, the Stygians, now warm and dry, composed themselves for sleep (когда еще несколько бутылок было опустошено = выпито, стигийцы, теперь теплые = согревшиеся и сухие, успокоились = приготовились ко сну). The fire burned low, for the brushwood with which they fed it could not long sustain a strong blaze (костер горел невысоким /пламенем/, так как хворост, которым они подкармливали его = который они подбрасывали в него, не мог долго поддерживать сильное пламя). The leader pointed to one of his men and spoke a harsh sentence (предводитель показал на одного из своих людей и изрек суровый приговор). The man protested, but after some argument he heaved himself up with a groan and pulled on his coat of mail (мужчина запротестовал, но после /некоего/ спора он поднялся со стоном и натянул на /себя/ /свою/ кольчугу). He, Conan realized, had been chosen to stand the first watch (он, понял Конан, был выбран, /чтобы/ стоять первую стражу; to choose — выбрать).

sustain [sə'steɪn], harsh [hɑ:ʃ], groan [grəun]

When several more bottles had been emptied, the Stygians, now warm and dry, composed themselves for sleep. The fire burned low, for the brushwood with which they fed it could not long sustain a strong blaze. The leader pointed to one of his men and spoke a harsh sentence. The man protested, but after some argument he heaved himself up with a groan and pulled on his coat of mail. He, Conan realized, had been chosen to stand the first watch.

Presently, with sword in hand and shield on arm, the sentry was standing in the shadows at the margin of the light of the dying fire (сейчас с мечом в руке и щитом на руке часовой стоял в тени у края = на границе света умирающего костра). From time to time he walked slowly up and down the length of the hall (время от времени он прохаживался медленно /по/ длине зала; to walk up and down — прохаживаться, расхаживать, шагать), pausing to peer into the winding corridors or out through the front doors, where the storm was in retreat (останавливаясь, чтобы заглянуть в изгибающиеся коридоры или наружу через входные двери /туда/, где гроза отступала; to be in retreat — отступать).

sentry ['sentrɪ], peer [pɪə], front [frʌnt]

Presently, with sword in hand and shield on arm, the sentry was standing in the shadows at the margin of the light of the dying fire. From time to time he walked slowly up and down the length of the hall, pausing to peer into the winding corridors or out through the front doors, where the storm was in retreat.

While the sentry stood in the main doorway with his back to his comrades, a grim shape formed among the snoring band of slavers (пока караульный стоял в главном дверном проеме /своей/ спиной к его товарищам, зловещая форма образовалась среди храпящей банды работорговцев / охотников за рабами). It grew slowly out of wavering clouds of insubstantial shadows (он выросла медленно из колеблющихся клубов иллюзорных теней). The compound creature that gradually took shape was made up of the vital force of thousands of dead beings (составное создание, которое постепенно приняло форму, было составлено = состояло из жизненной силы тысяч мертвых существ; to make up — составлять, собирать, возмещать). It became a ghastly form — a huge bulk that sprouted countless malformed limbs and appendages (оно стало жуткой фигурой — огромная глыба, которая выбросила бесчисленные уродливые конечности и придатки; to become — становиться). A dozen squat legs supported its monstrous weight (дюжина коротких и толстых ног поддерживала ее огромный вес). From its top, like grisly fruit, sprouted scores of heads (от ее верхней части, как вызывающие ужас плоды, выросло множество голов): some lifelike, with shaggy hair and brows (некоторые как живые — с лохматыми волосами и бровями); others mere lumps in which eyes, ears, mouths, and nostrils were arranged at random (другие — лишь шишки, в которых глаза, уши, рты и ноздри были расположены наобум; scores — множество, at random — наобум, наугад, в случайном порядке).

grew [gru:], weight [weɪt], mouth [mauθ]

While the sentry stood in the main doorway with his back to his comrades, a grim shape formed among the snoring band of slavers. It grew slowly out of wavering clouds of insubstantial shadows. The compound creature that gradually took shape was made up of the vital force of thousands of dead beings. It became a ghastly form — a huge bulk that sprouted countless malformed limbs and appendages. A dozen squat legs supported its monstrous weight. From its top, like grisly fruit, sprouted scores of heads: some lifelike, with shaggy hair and brows; others mere lumps in which eyes, ears, mouths, and nostrils were arranged at random.

The sight of the hundred-headed monster in that dimly firelit hall was enough to freeze the blood of the stoutest with terror (вида стоглавого монстра в этом неясно освещенном костром зале было достаточно, /чтобы/ заморозить = застыла кровь самых отважных — от ужаса). Conan felt his nape hairs rise and his skin crawl with revulsion as he stared down upon the scene (Конан почувствовал, как встали дыбом волосы на затылке, а по его коже побежали от отвращения мурашки: «его затылочные волосы подниматься, а его кожа побежать мурашками с отвращением», когда он уставился вниз на зрелище; to feel — чувствовать; to crawl — кишеть; пробегать (о мурашках)).

monster ['mɔnstə], terror ['terə], crawl [krɔ:l]

The sight of the hundred-headed monster in that dimly firelit hall was enough to freeze the blood of the stoutest with terror. Conan felt his nape hairs rise and his skin crawl with revulsion as he stared down upon the scene.

The thing lurched across the floor (существо пошло, пошатываясь, по полу; to lurch — идти шатаясь, пошатываться). Leaning unsteadily down, it clutched one of the Stygians with half a dozen grasping claws (наклонившись неустойчиво вниз, оно схватило одного из стигийцев полудюжиной цепких когтей). As the man awoke with a scream, the nightmare Thing tore its victim apart, spattering his sleeping comrades with gory, dripping fragments of the man (когда мужчина проснулся с воплем, кошмарное Существо разорвало свою жертву на части, забрызгивая его спящих товарищей окровавленными сочащимися кусками; to tear apart — разрывать на куски / на части).

lurch [lə:tʃ], one [wʌn], scream [skri:m]

The thing lurched across the floor. Leaning unsteadily down, it clutched one of the Stygians with half a dozen grasping claws. As the man awoke with a scream, the nightmare Thing tore its victim apart, spattering his sleeping comrades with gory, dripping fragments of the man.

7. Flight from Nightmare (Бегство от кошмара)

In an instant, the Stygians were on their feet (вмиг стигийцы были на ногах). Hard-bitten ravagers though they were, the sight was frightful enough to wring yells of terror from some (хотя они были стойкими налетчиками, зрелище было достаточно ужасающим, чтобы исторгнуть вопли ужаса из некоторых; to wring — выжимать). Wheeling at the first scream, the sentry rushed back into the hall to hack at the monster with his sword (обернувшись при первом крике, часовой бросился назад в зал, чтобы разрубить чудище своим мечом). Bellowing commands, the leader snatched up the nearest weapon and fell to (выкрикивая команды, предводитель выхватил ближайшее оружие и бросился в бой; to fall to — энергично приниматься за (что-л.), начинать делать (что-л.); набрасываться на (что-л.)). The rest, although unarmored, disheveled, and confused (остальные, хотя и без доспехов: «недоспешные», растрепанные и сбитые с толку / растерявшиеся; armor — кольчуга, латы, шлем, доспехи), seized sword and spear to defend themselves against the shape that shambled and slew among them (схватили меч и копье, /чтобы/ защититься от формы = фигуры, которая шаталась и убивала среди них; to slay — убивать, уничтожать).

feet [fi:t], weapon ['wepən], slew [slu:]

In an instant, the Stygians were on their feet. Hardbitten ravagers though they were, the sight was frightful enough to wring yells of terror from some. Wheeling at the first scream, the sentry rushed back into the hall to hack at the monster with his sword. Bellowing commands, the leader snatched up the nearest weapon and fell to. The rest, although unarmored, disheveled, and confused, seized sword and spear to defend themselves against the shape that shambled and slew among them.

Swords hacked into misshapen thighs; spears plunged into the swollen, swaying belly (мечи врубались в бесформенные бедра, копья погружались в раздутое, колеблющееся брюхо). Clutching hands and arms were hacked away to thud, jerking and grasping, to the floor (хватающие кисти и руки = руки отрубались: «были отрублены», /чтобы/ упасть с глухим стуком, дергаясь и цепляясь, на пол = хватающие руки рубили, и они, дергаясь и цепляясь, падали с глухим стуком на пол). But, seeming to feel no pain, the monster snatched up man after man (однако, казалось, не чувствуя никакой боли, чудовище хватало человека за человеком). Some Stygians had their heads twisted off by strangling hands (некоторые стигийцы имели свои головы открученными давящими руками = у некоторых стигийцев сжимающие руки открутили головы; to have something done — to have + дополнение + причастие прошедшего времени — сделать что-то чужими руками, то есть действие, которое выполняется кем-либо по просьбе подлежащего1). Others were seized by the feet and battered to gory remnants against the pillars (другие были схвачены за ноги и разбиты на кровавые останки о колонны).

thigh [θaɪ], thud [θʌd], pain [peɪn]

Swords hacked into misshapen thighs; spears plunged into the swollen, swaying belly. Clutching hands and arms were hacked away to thud, jerking and grasping, to the floor. But, seeming to feel no pain, the monster snatched up man after man. Some Stygians had their heads twisted off by strangling hands. Others were seized by the feet and battered to gory remnants against the pillars.

As the Cimmerian watched from above, a dozen Stygians were battered or torn to death (пока киммериец наблюдал сверху, дюжина стигийцев была избита или растерзана до смерти). The ghastly wounds inflicted on the monster by the weapons of the Stygians instantly closed up and healed (отвратительные раны, нанесенные монстру оружием стигийцев мгновенно затягивались и заживали). Severed heads and arms were replaced by new members, which sprouted from the bulbous body (отрубленные головы и руки были заменены новыми конечностями, которые вырастали из выпуклого тела).

torn [tɔ:n], wound [wund], heal [hi:l]

As the Cimmerian watched from above, a dozen Stygians were battered or torn to death. The ghastly wounds inflicted on the monster by the weapons of the Stygians instantly closed up and healed. Severed heads and arms were replaced by new members, which sprouted from the bulbous body.

Seeing that the Stygians had no chance against the monster, Conan resolved to take his leave while the Thing was still occupied with the slavers and before it turned its attention to him (видя, что стигийцы /не/ имели = /не/ имеют никаких шансов против монстра, Конан решил уйти, пока Тварь была еще занята с работорговцами, и пока она не обратила своего внимания на него; to take leave — уйти, прощаться). Thinking it unwise to enter the hall, he sought a more direct exit (считая /это/ неразумным входить в зал, он поискал более прямой выход; to seek — искать). He climbed out through a window (он выбрался наружу через окно). This let on to a roof terrace of broken tiles (это = оно выпускало = выходило на террасу крыши из поломанной черепицы), where a false step could drop him through a gap in the pavement to ground level (где ложный шаг мог уронить его через щель в покрытии на первый уровень = этаж).

leave [li:v], enter ['entə], sought [sɔ:t]

Seeing that the Stygians had no chance against the monster, Conan resolved to take his leave while the Thing was still occupied with the slavers and before it turned its attention to him. Thinking it unwise to enter the hall, he sought a more direct exit. He climbed out through a window. This let on to a roof terrace of broken tiles, where a false step could drop him through a gap in the pavement to ground level.

The rain had slackened to a drizzle (дождь уменьшился до измороси). The moon, now nearly overhead, showed intermittent beams again (луна, теперь почти над головой, показывала периодические лучи опять = снова периодически посылала лучи). Looking down from the parapet that bounded the terrace, Conan found a place where the exterior carvings, together with climbing vines, provided means of descent (глядя вниз с парапета, который ограничивал террасу, Конан нашело место, где внешний резной орнамент вместе с вьющимися лозами давал: «предоставлял» возможность /для/ спуска). With the lithe grace of an ape, he lowered himself hand over hand down the weirdly carven facade (с гибкой грацией обезьяны он спустил себя = спустился проворно вниз по причудливо высеченному фасаду; hand over hand — быстро, проворно: «рука поверх руки»).

drizzle [drzl], beam [bi:m], facade [fə'sɑ:d]

The rain had slackened to a drizzle. The moon, now nearly overhead, showed intermittent beams again. Looking down from the parapet that bounded the terrace, Conan found a place where the exterior carvings., together with climbing vines, provided means of descent. With the lithe grace of an ape, he lowered himself hand over hand down the weirdly carven facade.

Now the moon glazed out in full glory (теперь луна блистала во всей славе / красоте), lighting the courtyard below where the Stygians' horses stood tethered (освещая внутренний двор внизу, где лошади стигийцев стояли привязанными; to tether — привязать /пасущееся животное/), moving and whinnying uneasily at the sounds of mortal combat that came from the great hall (двигаясь = переступая и ржа беспокойно = издавая беспокойное ржание при звуках смертельного боя, которые доносились из большого зала). Over the roar of battle sounded screams of agony as man after man was torn limb from limb (над шумом битвы = заглушая шум битвы звучали вопли агонии, когда человеку за человеком отрывали: «был отрываем» конечность за конечностью).

glory ['glɔ:rɪ], below [bɪ'ləu], agony ['ægənɪ]

Now the moon glazed out in full glory, lighting the courtyard below where the Stygians' horses stood tethered, moving and whinnying uneasily at the sounds of mortal combat that came from the great hall. Over the roar of battle sounded screams of agony as man after man was torn limb from limb.

Conan dropped, landing lightly on the earth of the courtyard (Конан прыгнул вниз, легко приземлившись на землю внутреннего двора). He sprinted for the great black mare that had belonged to the leader of the slavers (он бросился к большой черной кобыле, которая принадлежала предводителю работорговцев). He would have liked to linger to loot the bodies, for he needed their armor and other supplies (он бы хотел задержаться, чтобы ограбить тела, так как он нуждался в их доспехах и других припасах). The mail shirt he had worn as Belit's piratical partner had long since succumbed to wear and rust (кольчуга, /которую/ он носил, как пират, партнер Белит, уже давно поддалась износу и рже), and his flight from Bamula had been too hasty to allow him to equip himself more completely (а его побег из Бамулы был слишком поспешен, /чтобы/ позволить ему экипироваться более основательно). But no force on earth could have drawn him into that hall (но никакая сила на земле /не/ могла бы затащить его в тот зал), where a horror of living death still stalked and slew (где ужас живой смерти все еще вышагивал и убивал).

worn [wɔ:n], drawn [drɔ:n], completely [kəm'pli:tlɪ]

Conan dropped, landing lightly on the earth of the courtyard. He sprinted for the great black mare that had belonged to the leader of the slavers. He would have liked to linger to loot the bodies, for he needed their armor and other supplies. The mail shirt he had worn as Belit's piratical partner had long since succumbed to wear and rust, and his flight from Bamula had been too hasty to allow him to equip himself more completely. But no force on earth could have drawn him into that hall, where a horror of living death still stalked and slew.

As the young Cimmerian untethered the horse he had chosen (когда молодой Конан отвязал лошадь, /которую/ он выбрал), a screaming figure burst from the entrance and came pelting across the courtyard toward him (вопящая фигура внезапно появилась от входа и бросилась: «пришла бросаясь» к нему). Conan saw that it was the man who had stood the first sentry-go (Конан увидел, что это был мужчина, который стоял первым в карауле; to stand sentry-go — стоять в карауле, нести караул). The Stygian's helmet and mail shirt had protected him just enough to enable him to survive the massacre of his comrades (шлем и кольчуга стигийца защитили его как раз достаточно, чтобы позволить ему пережить резню его товарищей).

chosen [tʃəuzn], survive [sə'vaɪv], massacre ['mæsəkə]

As the young Cimmerian untethered the horse he had chosen, a screaming figure burst from the entrance and came pelting across the courtyard toward him. Conan saw that it was the man who had stood the first sentry-go. The Stygian's helmet and mail shirt had protected him just enough to enable him to survive the massacre of his comrades.

Conan opened his mouth to speak (Конан открыл /свой/ рот, /чтобы/ заговорить). There was no love lost between him and the Stygian people (между ним и стигийским народом не было любви: «не было потеряно любви между ними»); nevertheless, if this Stygian were the only survivor of his party, Conan would have been willing to form a rogues' alliance with him (тем не менее, если этот стигиец был единственным выжившим из его отряда, Конан охотно образовал бы: «был бы охотным образовать» союз бродяг с ним), however temporary, until they could reach more settled country (хотя и временный, пока они /не/ могли = смогут добраться до более населенной местности; would have been — был бы).

love [lʌv], been [bi:n], temporary ['tempərərɪ]

Conan opened his mouth to speak. There was no love lost between him and the Stygian people; nevertheless, if this Stygian were the only survivor of his party, Conan would have been willing to form a rogues' alliance with him, however temporary, until they could reach more settled country.

But Conan had no chance to make such a proposal, for the experience had driven the burly Stygian mad (но Конан не имел шанса = Конану не представился шанс сделать такое предложение, так как событие свело большого и сильного стигийца с ума; to drive mad — сводить с ума; burly — крепкий, большой и сильный). His eyes blazed wildly in the moonlight, and foam dripped from his lips (его глаза сверкали дико в лунном свете, а пена стекала из его губ). He rushed straight upon Conan, whirling a scimitar so that the moonlight flashed upon it and shrieking, 'Back to your hell, О demon (он бросился прямо на Конана, вращая симитаром1так, что лунный свет сверкал на нем, и вопя: /убирайся/ назад в свой ад, о демон)!'

driven [drɪvn], mad [mæd], foam [fəum]

But Conan had no chance to make such a proposal, for the experience had driven the burly Stygian mad. His eyes blazed wildly in the moonlight, and foam dripped from his lips. He rushed straight upon Conan, whirling a scimitar so that the moonlight flashed upon it and shrieking, 'Back to your hell, О demon!'

The primitive survival instinct of the wilderness-bred Cimmerian flashed into action without conscious thought (первобытный инстинкт выживания выросшего среди дикой природы киммерийца мгновенно вступил в бой без сознательной мысли = неосознанно / автоматически; to flash — пронестись, быстро промелькнуть, резко перейти к другому действию). By the time the man was within striking distance, Conan's own sword had cleared its scabbard (к тому времени, /когда/ мужчина был на расстоянии удара / в пределах досягаемости, собственный меч Конан /уже/ освободился от ножен). Again and again, steel clanged against steel, striking sparks (снова и снова сталь звенела о сталь, высекая искры). As the wild-eyed Stygian swung back for another slash (когда стигиец с дикими глазами замахнулся для еще одного удара; slash — разрез; прорезь; удар мечом), Conan drove his point into the madman's throat (Конан вонзил: «вогнал» /свое/ острие /клинка/ в горло безумца; to drive — гнать). The Stygian gurgled, swayed, and toppled (стигиец забулькал, покачнулся и упал головой вниз; to topple — валиться, падать (головой вниз); опрокидывать(ся)).

action ['ækʃn], slash [slæʃ], throat [θrəut]

The primitive survival instinct of the wilderness-bred Cimmerian flashed into action without conscious thought. By the time the man was within striking distance, Conan's own sword had cleared its scabbard. Again and again, steel clanged against steel, striking sparks. As the wild-eyed Stygian swung back for another slash, Conan drove his point into the madman's throat. The Stygian gurgled, swayed, and toppled.

For an instant, Conan leaned on the mare’s saddle bow, panting (на мгновение Конан оперся на луку седла кобылы, тяжело дыша). The duel had been short but fierce, and the Stygian had been no mean antagonist (дуэль была короткой, но яростной, а стигиец был не жалким / убогим соперником).

duel [dju: əl], short [ʃɔ:t], mean [mi:n]

For an instant, Conan leaned on the mare’s saddle bow, panting. The duel had been short but fierce, and the Stygian had been no mean antagonist.

From within the ancient pile of stone, no more cries of terror rang (изнутри древней громады из камня больше не раздавались крики ужаса; to ring — звучать, раздаваться). There was naught but an ominous silence (/не/ было ничего, кроме зловещей тишины). Then Conan heard slow, heavy, shuffling footsteps (затем Конан услышал медленные, тяжелые, шаркающие шаги). Had the ogreish thing slaughtered them all (великанская тварь убила их всех; ogre — великан-людоед)? Was it dragging its misshapen bulk toward the door, to emerge into the courtyard (она тащила свою бесформенную тушу к дверям, /чтобы/ выйти во внутренний двор)?

rang [ræŋ], naught [nɔ:t], heavy ['hevɪ]

From within the ancient pile of stone, no more cries of terror rang. There was naught but an ominous silence. Then Conan heard slow, heavy, shuffling footsteps. Had the ogreish thing slaughtered them all? Was it dragging its misshapen bulk toward the door, to emerge into the courtyard?

Conan did not wait to find out (Конан не ждал = не стал дожидаться, чтобы выяснить /это/). With trembling fingers he unlaced the dead man's hauberk and pulled the mail shirt off (дрожащими пальцами она развязал кольчугу мертвого мужчины = мертвеца и стянул кольчужную рубаху). He also collected the Stygian's helmet and shield, the latter made from the hide of one of the great, thick-skinned beasts of the veldt (он также собрал = подобрал шлем и щит стигийца, последний /был/ сделан из шкуры одной из огромных толстокожих тварей вельда1). He hastily tied these trophies to the saddle, vaulted upon the steed, wrenched at the reins, and kicked the mare's ribs (он поспешно привязалэти трофеи к седлу, вскочил на лошадь, дернул удила и ударил ногами кобылу под ребра; to kick — бить ногой). He galloped out of the ruined courtyard into the region of withered grass (он вылетел галопом из разрушенного двора в местность с засохшей травой; to gallop — скакать / нестись галопом). With every stride of the flying hoofs, the castle of ancient evil fell behind (с каждым скоком летящих копыт замок древнего зла отставал = отдалялся; to fall behind — отставать).

latter [lætə], steed [sti:d], grass [grɑ:s]

Conan did not wait to find out. With trembling fingers he unlaced the dead man's hauberk and pulled the mail shirt off. He also collected the Stygian's helmet and shield, the latter made from the hide of one of the great, thick-skinned beasts of the veldt. He hastily tied these trophies to the saddle, vaulted upon the steed, wrenched at the reins, and kicked the mare's ribs. He galloped out of the ruined courtyard into the region of withered grass. With every stride of the flying hoofs, the castle of ancient evil fell behind.

Somewhere beyond the circle of dead grass, perhaps the hungry lions still prowled (где-то за кругом мертвой травы, возможно, все еще рыскали голодные львы). But Conan did not care (но Конану было наплевать: «Конан не заботился / тревожился»). After the ghostly horrors of the black citadel, he would gladly take his chances with mere lions (после призрачных ужасов черной цитадели он с радостью померился бы силами с простыми львами; to take one’s chance with — помериться силой с, испробовать свои шансы, попытать удачу; mere — простой, не более чем, всего лишь).

prowl [praul], care [kɛə], mere [mɪə]

Somewhere beyond the circle of dead grass, perhaps the hungry lions still prowled. But Conan did not care. After the ghostly horrors of the black citadel, he would gladly take his chances with mere lions.

Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.