«We are led by the one who vexes us.» - Нами управляет тот, кто нас злит
 Tuesday [ʹtju:zdı] , 16 October [ɒkʹtəʋbə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Редьярд Киплинг. "Истории просто так"

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

THE ELEPHANT’S CHILD

Слоненок


IN the High and Far-Off Times (в Высокие и Отдаленные Времена) the Elephant, O Best Beloved, had no trunk (у Слона о Самые Наилюбименькие не было хобота). He had only a blackish, bulgy nose (у него был лишь черноватый выпуклый нос), as big as a boot (большой как башмак), that he could wriggle about from side to side (который он мог изгибать из стороны в сторону); but he couldn’t pick up things with it (но он не мог подбирать им предметы). But there was one Elephant (но жил один Слон) — a new Elephant (новый Слон) — an Elephant’s Child (Слоненок) — who was full of ‘satiable curtiosity (который был полон ненасытного вежливого любопытства; insatiable — ненасытный), and that means he asked ever so many questions (а это значит он задавал чрезвычайно много вопросов). And he lived in Africa (и он жил в Африке), and he filled all Africa with his ‘satiable curtiosities (и он наполнял всю Африку своим ненасытным вежливым любопытством ). He asked his tall aunt, the Ostrich (он спрашивал свою высокую тетушку Страусиху), why her tail-feathers grew just so (почему ее хвостовые перья росли именно так), and his tall aunt the Ostrich spanked him with her hard, hard claw (и его высокая тетушка Страусиха хлопала его своей твердой-твердой лапой).


elephant ['elɪfənt], aunt [ɑ:nt], ostrich ['ɔstrɪʧ]

IN the High and Far-Off Times the Elephant, O Best Beloved, had no trunk. He had only a blackish, bulgy nose, as big as a boot, that he could wriggle about from side to side; but he couldn’t pick up things with it. But there was one Elephant — a new Elephant — an Elephant’s Child — who was full of ‘satiable curtiosity, and that means he asked ever so many questions. And he lived in Africa, and he filled all Africa with his ‘satiable curtiosities. He asked his tall aunt, the Ostrich, why her tail-feathers grew just so, and his tall aunt the Ostrich spanked him with her hard, hard claw.


He asked his tall uncle, the Giraffe (он спрашивал своего высокого дядюшку Жирафа), what made his skin spotty (что сделало его шкуру пятнистой = отчего у него пятнистая шкура), and his tall uncle, the Giraffe, spanked him with his hard, hard hoof (и его высокий дядюшка Жираф ударял его своим твердым-твердым копытом). And still he was full of ‘satiable curtiosity (и тем не менее = все равно он был полон ненасытного вежливого любопытства)! He asked his broad aunt, the Hippopotamus (он спрашивал свою обширную тетушку Бегемотиху), why her eyes were red (почему у нее красные глаза), and his broad aunt, the Hippopotamus, spanked him with her broad, broad hoof (и его обширная тетушка Бегемотиха лягала его своим широким-широким копытом); and he asked his hairy uncle, the Baboon (и он спрашивал своего волосатого дядюшку Бабуина), why melons tasted just so (почему дыни на вкус именно такие), and his hairy uncle, the Baboon, spanked him with his hairy, hairy paw (и его волосатый дядюшка Бабуин шлепал его своей волосатой-волосатой лапой). And still he was full of ‘satiable curtiosity (и все равно он был полон ненасытного вежливого любопытства)! He asked questions about everything that he saw (он задавал вопросы обо всем что он видел), or heard, or felt, or smelt, or touched (или слышал или чувствовал или обонял или касался; to hear; to feel; to smell), and all his uncles and his aunts spanked him (и все его дядюшки и его тетушки шлепали его). And still he was full of ‘satiable curtiosity (и все равно он был полон ненасытного вежливого любопытства)!


uncle [ʌŋkl], broad [brɔ:d], hoof [hu:f]

He asked his tall uncle, the Giraffe, what made his skin spotty, and his tall uncle, the Giraffe, spanked him with his hard, hard hoof. And still he was full of ‘satiable curtiosity! He asked his broad aunt, the Hippopotamus, why her eyes were red, and his broad aunt, the Hippopotamus, spanked him with her broad, broad hoof; and he asked his hairy uncle, the Baboon, why melons tasted just so, and his hairy uncle, the Baboon, spanked him with his hairy, hairy paw. And still he was full of ‘satiable curtiosity! He asked questions about everything that he saw, or heard, or felt, or smelt, or touched, and all his uncles and his aunts spanked him. And still he was full of ‘satiable curtiosity!


One fine morning in the middle of the Precession of the Equinoxes (одним прекрасным утром посреди Предварения Прецессии Равноденствий) this ‘satiable Elephant’s Child asked a new fine question (этот ненасытный Слоненок задал новый превосходный вопрос) that he had never asked before (который он не задавал никогда прежде). He asked, ‘What does the Crocodile have for dinner (он спросил что Крокодил ест на обед)?’ Then everybody said, ‘Hush!’ in a loud and dretful tone (тогда все сказали ш-ш громким и раздрастрашным тоном), and they spanked him immediately and directly (и они стали немедленно и тотчас шлепать его), without stopping, for a long time (/и шлепали его долгое время без перерыва).

By and by, when that was finished (вскоре когда это закончилось), he came upon Kolokolo Bird sitting in the middle of a wait-a-bit thorn-bush (он случайно встретил Птичку Колоколо сидевшую в середине сассапарили круглолистной ), and he said (и он сказал), ‘My father has spanked me (мой отец шлепал меня), and my mother has spanked me (и моя мать шлепала меня); all my aunts and uncles have spanked me for my ‘satiable curtiosity (все мои тетушки и дядюшки шлепали меня за мою ненасытное вежливое любопытство); and still I want to know what the Crocodile has for dinner (а я все равно хочу знать что ест Крокодил на обед)!’


equinox ['i:kwɪnɔks], crocodile ['krɔkədaɪl], immediately [ɪ'mi:dɪətlɪ]

One fine morning in the middle of the Precession of the Equinoxes this ‘satiable Elephant’s Child asked a new fine question that he had never asked before. He asked, ‘What does the Crocodile have for dinner?’ Then everybody said, ‘Hush!’ in a loud and dretful tone, and they spanked him immediately and directly, without stopping, for a long time.

By and by, when that was finished, he came upon Kolokolo Bird sitting in the middle of a wait-a-bit thorn-bush, and he said, ‘My father has spanked me, and my mother has spanked me; all my aunts and uncles have spanked me for my ‘satiable curtiosity; and still I want to know what the Crocodile has for dinner!’


Then Kolokolo Bird said, with a mournful cry (тогда Птичка Колоколо сказала с печальным криком), ‘Go to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (иди на берега великой серо-зеленой жирной реки Лимпопо), all set about with fever-trees, and find out (полностью усаженной = заросшей /по берегам хинными деревьями и узнаешь).’

That very next morning (прямо на следующее утро), when there was nothing left of the Equinoxes (когда от равноденствий ничего не осталось), because the Precession had preceded according to precedent (потому что Прецессия случилась предварительно в соответствии с прецедентом), this ‘satiable Elephant’s Child took a hundred pounds of bananas (этот ненасытный Слоненок взял сотню фунтов бананов ) (the little short red kind (маленького коротенького красненького сорта)), and a hundred pounds of sugar-cane (и сотню фунтов сахарного тростника) (the long purple kind (длинного пурпурного сорта)), and seventeen melons (и семнадцать дынь) (the greeny-crackly kind (зеленовато-хрустящего сорта)), and said to all his dear families (и сказал всем своим дорогим семействам), ‘Goodbye (до свидания). I am going to the great grey-green, greasy Limpopo River (я ухожу к великой серо-зеленой жирной реке Лимпопо), all set about with fever-trees (полностью заросшей/по берегам хинными деревьями), to find out what the Crocodile has for dinner (чтобы узнать что ест на обед Крокодил).’ And they all spanked him once more for luck (и они все отшлепали его еще раз на счастье), though he asked them most politely to stop (хотя он просил их очень вежливо перестать).


greasy ['gri:sɪ], fever ['fi:və], politely [pə'laɪtlɪ]

Then Kolokolo Bird said, with a mournful cry, ‘Go to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees, and find out.’

That very next morning, when there was nothing left of the Equinoxes, because the Precession had preceded according to precedent, this ‘satiable Elephant’s Child took a hundred pounds of bananas (the little short red kind), and a hundred pounds of sugar-cane (the long purple kind), and seventeen melons (the greeny-crackly kind), and said to all his dear families, ‘Goodbye. I am going to the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees, to find out what the Crocodile has for dinner.’ And they all spanked him once more for luck, though he asked them most politely to stop.


Then he went away (тогда он ушел), a little warm (немного разгоряченный), but not at all astonished (но совсем не удивленный), eating melons (/он ел дыни), and throwing the rind about (и разбрасывал кожуру), because he could not pick it up (потому что он не мог ее подбирать).

He went from Graham’s Town to Kimberley (он пошел от Города Грэма в Кимберли), and from Kimberley to Khama’s Country (а из Кимберли в Страну Хамы), and from Khama’s Country he went east by north (а из Страны Хамы он пошел на восток к северу), eating melons all the time (и все время ел дыни), till at last he came to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (пока наконец он/не пришел к берегам великой серо-зеленой жирной реки Лимпопо), all set about with fever-trees (полностью заросшей/по берегам хинными деревьями), precisely as Kolokolo Bird had said (в точности такой как говорила Птичка Колоколо).


warm [wɔ:m], throw [θrəu], north [nɔ:θ]

Then he went away, a little warm, but not at all astonished, eating melons, and throwing the rind about, because he could not pick it up.

He went from Graham’s Town to Kimberley, and from Kimberley to Khama’s Country, and from Khama’s Country he went east by north, eating melons all the time, till at last he came to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees, precisely as Kolokolo Bird had said.


Now you must know and understand (а сейчас вам надобно узнать и понять), O Best Beloved (О Самые Любименькие), that till that very week, and day, and hour, and minute (что до той самой недели и дня и часа и минуты), this ‘satiable Elephant’s Child had never seen a Crocodile (этот ненасытный Слоненок никогда не видел Крокодила), and did not know what one was like (и не знал какой он из себя). It was all his ‘satiable curtiosity (это было все его ненасытное любопытство).

The first thing that he found (первым кого он нашел) was a Bi-Coloured-Python-Rock-Snake curled round a rock (был Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей свернувшийся кольцами вокруг скалы).

‘‘Scuse me (извините/меня/),’ said the Elephant’s Child most politely (сказал очень вежливо Слоненок), ‘but have you seen such a thing as a Crocodile in these promiscuous parts (но/не видели ли вы в этих неоднородных сомнительных краях такое существо как Крокодил; promiscuous — разнородный разношерстный неодинаковый разный смешанный беспорядочный неразборчивый)?’


python ['paɪθən], curl [kə:l], promiscuous [prə'mɪskjuəs]

Now you must know and understand, O Best Beloved, that till that very week, and day, and hour, and minute, this ‘satiable Elephant’s Child had never seen a Crocodile, and did not know what one was like. It was all his ‘satiable curtiosity.

The first thing that he found was a Bi-Coloured-Python-Rock-Snake curled round a rock.

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child most politely, ‘but have you seen such a thing as a Crocodile in these promiscuous parts?’


‘Have I seen a Crocodile (/не видел ли я Крокодила)?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (спросил Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей), in a voice of dretful scorn (голосом/пронизанным ужасно-раздражительной насмешкой). ‘What will you ask me next (о чем еще ты у меня спросишь)?’

‘‘Scuse me (извините/меня/),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок), ‘but could you kindly tell me what he has for dinner (но не будете ли вы так любезны сказать мне что он ест на обед)?’

Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake uncoiled himself very quickly from the rock (тогда Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей очень быстро размотался со скалы), and spanked the Elephant’s Child with his scalesome, flailsome tail (и отшлепал Слоненка своим чешуйчатым молотильчатым хвостом; flail — цеп молотить).


scorn [skɔ:n], kindly ['kaɪndlɪ], flail [fleɪl]

‘Have I seen a Crocodile?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake, in a voice of dretful scorn. ‘What will you ask me next?’

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child, ‘but could you kindly tell me what he has for dinner?’

Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake uncoiled himself very quickly from the rock, and spanked the Elephant’s Child with his scalesome, flailsome tail.


That is odd (это странно),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок), ‘because my father and my mother (потому что мой отец и моя мать), and my uncle and my aunt (и мой дядя и моя тетя), not to mention my other aunt (не упоминая моей другой тетушки), the Hippopotamus (Бегемотихи), and my other uncle, the Baboon (и моего другого дядюшки Бабуина), have all spanked me for my ‘satiable curtiosity (все шлепали меня за мое ненасытное вежливое любопытство) — and I suppose this is the same thing (и я полагаю что это = здесь то же самое).’

So he said good-bye very politely to the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (и он очень вежливо попрощался с Двухцветным-Питоном-Скалистым-Змеем), and helped to coil him up on the rock again (и помог ему снова намотаться на скалу), and went on (и пошел дальше), a little warm (немного разгоряченный), but not at all astonished (но совсем не удивленный), eating melons, and throwing the rind about (/при этом он ел дыни и разбрасывал кожуру), because he could not pick it up (потому что он не мог ее подбирать), till he trod on (пока/он не наступил на то; to tread — наступать топтать) what he thought was a log of wood (что он посчитал бревном) at the very edge of the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees (у самого берега великой серо-зеленой жирной Реки Лимпопо полностью заросшей хинными деревьями).


father ['fɑ:ðə], mother ['mʌðə], rind [raɪnd]

That is odd,’ said the Elephant’s Child, ‘because my father and my mother, and my uncle and my aunt, not to mention my other aunt, the Hippopotamus, and my other uncle, the Baboon, have all spanked me for my ‘satiable curtiosity — and I suppose this is the same thing.’

So he said good-bye very politely to the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake, and helped to coil him up on the rock again, and went on, a little warm, but not at all astonished, eating melons, and throwing the rind about, because he could not pick it up, till he trod on what he thought was a log of wood at the very edge of the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees.


But it was really the Crocodile (но на самом деле это был Крокодил), O Best Beloved (О Самые Наилюбименькие), and the Crocodile winked one eye — like this (и Крокодил мигнул одним глазом вот так)!

‘‘Scuse me (извините/меня/),’ said the Elephant’s Child most politely (сказал очень вежливо Слоненок), ‘but do you happen to have seen a Crocodile in these promiscuous parts (но/не доводилось ли вам видеть в этих сомнительных краях Крокодила)?’

Then the Crocodile winked the other eye (тогда Крокодил моргнул другим глазом), and lifted half his tail out of the mud (и поднял наполовину свой хвост из ила); and the Elephant’s Child stepped back most politely (а Слоненок очень вежливо отступил назад), because he did not wish to be spanked again (потому что он не хотел чтобы его снова шлепали).

‘Come hither, Little One (подойди сюда Малыш),’ said the Crocodile (сказал Крокодил). ‘Why do you ask such things (почему ты спрашиваешь такие вещи = об этом)?’


happen ['hæp(ə)n], half [hɑ:f], hither ['hɪðə]

But it was really the Crocodile, O Best Beloved, and the Crocodile winked one eye — like this!

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child most politely, ‘but do you happen to have seen a Crocodile in these promiscuous parts?’

Then the Crocodile winked the other eye, and lifted half his tail out of the mud; and the Elephant’s Child stepped back most politely, because he did not wish to be spanked again.

‘Come hither, Little One,’ said the Crocodile. ‘Why do you ask such things?’


‘‘Scuse me (извините),’ said the Elephant’s Child most politely (сказал очень вежливо Слоненок), ‘but my father has spanked me (но мой отец шлепал меня), my mother has spanked me (моя мать шлепала меня), not to mention my tall aunt, the Ostrich (не говоря уже о моей высокой тетушке Страусихе), and my tall uncle, the Giraffe (и моем высоком дядюшке Жирафе), who can kick ever so hard (которые умеют лягаться чрезвычайно сильно), as well as my broad aunt, the Hippopotamus (а также о моей обширной тетушке Бегемотихе), and my hairy uncle, the Baboon (и моем волосатом дядюшке Бабуине), and including the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (и включая Двухцветного-Питона-Скалистого-Змея), with the scalesome, flailsome tail (с чешуйчатым молотильчатым хвостом; scale — чешуйка; flail — цеп), just up the bank (как раз выше на берегу), who spanks harder than any of them (который шлепает сильнее любого из них); and so, if it’s quite all the same to you (и поэтому если вам все равно), I don’t want to be spanked any more (то я больше не хочу чтобы меня шлепали).’


including [ɪn'klu:dɪŋ], want [wɔnt], more [mɔ:]

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child most politely, ‘but my father has spanked me, my mother has spanked me, not to mention my tall aunt, the Ostrich, and my tall uncle, the Giraffe, who can kick ever so hard, as well as my broad aunt, the Hippopotamus, and my hairy uncle, the Baboon, and including the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake, with the scalesome, flailsome tail, just up the bank, who spanks harder than any of them; and so, if it’s quite all the same to you, I don’t want to be spanked any more.’


‘Come hither, Little One (иди сюда Малыш),’ said the Crocodile (сказал Крокодил), ‘for I am the Crocodile (ибо я/и есть Крокодил),’ and he wept crocodile-tears (и он заплакал крокодильими слезами; to weep — плакать рыдать) to show it was quite true (чтобы показать что это совершеннейшая правда).

Then the Elephant’s Child grew all breathless (тогда Слоненок совершенно затаил дыхание«стал полностью лишенным дыхания»), and panted (и затрепетал; to pant — часто и тяжело дышать задыхаться трепетать сильно биться/о сердце пульсировать), and kneeled down on the bank and said (и стал на колени на берегу и сказал), ‘You are the very person (вы как раз та личность) I have been looking for all these long days (которую я ищу все эти долгие дни). Will you please tell me what you have for dinner (пожалуйста скажите мне что вы едите на обед)?’

‘Come hither, Little One (подойди сюда Малыш),’ said the Crocodile (сказал Крокодил), ‘and I’ll whisper (и я шепну/тебе на ухо/).’


grew [gru:], breathless ['breθlɪs], whisper ['wɪspə]

‘Come hither, Little One,’ said the Crocodile, ‘for I am the Crocodile,’ and he wept crocodile-tears to show it was quite true.

Then the Elephant’s Child grew all breathless, and panted, and kneeled down on the bank and said, ‘You are the very person I have been looking for all these long days. Will you please tell me what you have for dinner?’

‘Come hither, Little One,’ said the Crocodile, ‘and I’ll whisper.’


Then the Elephant’s Child put his head down close to the Crocodile’s musky, tusky mouth (тогда Слоненок опустил свою голову близко к зубастой-клыкастой пасти; musky — мускусный; tusk — клык бивень), and the Crocodile caught him by his little nose (а Крокодил схватил его за/его маленький нос; to catch — ловить поймать схватить), which up to that very week, day, hour, and minute, had been no bigger than a boot (который до этой самой недели дня часа и минуты был не больше башмака), though much more useful (хотя гораздо полезнее).

‘I think,’ said the Crocodile (я думаю сказал Крокодил) — and he said it between his teeth (а он сказал это сквозь зубы), like this (вот так) — ‘I think to-day I will begin with Elephant’s Child (я думаю сегодня я начну/обед со Слоненка)!’

At this, O Best Beloved (при этом О Самые Любименькие), the Elephant’s Child was much annoyed (Слоненок был очень раздосадован), and he said (и он сказал), speaking through his nose (говоря в нос), like this (вот так), ‘Led go (одбуздиде; Led go = let go — «дайте/позвольте уйти»)! You are hurtig be (бы делаеде бде больдо ; to hurt — делать больно причинять боль)!’


musky ['mʌskɪ], useful ['ju:sful], caught [kɔ:t]

Then the Elephant’s Child put his head down close to the Crocodile’s musky, tusky mouth, and the Crocodile caught him by his little nose, which up to that very week, day, hour, and minute, had been no bigger than a boot, though much more useful.

‘I think,’ said the Crocodile — and he said it between his teeth, like this — ‘I think to-day I will begin with Elephant’s Child!’

At this, O Best Beloved, the Elephant’s Child was much annoyed, and he said, speaking through his nose, like this, ‘Led go! You are hurtig be!’


Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake scuffled down from the bank and said (тогда Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей спустился с шуршанием с берега и сказал; to scuffle — ходить шаркая ногами волоча ноги), ‘My young friend (мой юный друг), if you do not now, immediately and instantly, pull as hard as ever you can (если ты сейчас немедленно и тотчас не дернешь изо всех сил), it is my opinion (у меня складывается такое мнение) that your acquaintance in the large-pattern leather ulster’ (что твой знакомый в пальто из тисненой кожи; ulster — длинное свободное пальто/обыкн с поясом/) (and by this he meant the Crocodile (под этим он имел в виду Крокодила)) ‘will jerk you into yonder limpid stream (затащит тебя в вон тот прозрачный поток; to jerk — резко толкать дергать) before you can say Jack Robinson (не успеешь ты и ахнуть; before you can say Jack Robinson — в момент в одну секунду не успеете и слова вымолвить).’

This is the way Bi-Coloured-Python-Rock-Snakes always talk (вот в такой манере всегда разговаривают Двухцветные-Питоны-Скалистые-Змеи).


opinion [ə'pɪnjən], acquaintance [ə'kweɪntəns], leather ['leðə]

Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake scuffled down from the bank and said, ‘My young friend, if you do not now, immediately and instantly, pull as hard as ever you can, it is my opinion that your acquaintance in the large-pattern leather ulster’ (and by this he meant the Crocodile) ‘will jerk you into yonder limpid stream before you can say Jack Robinson.’

This is the way Bi-Coloured-Python-Rock-Snakes always talk.


Then the Elephant’s Child sat back on his little haunches (тогда Слоненок сел на свои маленькие ляжки; haunch — ляжка бедро задняя часть/животного круп/лошади и т п./), and pulled, and pulled, and pulled (и потянул и тянул и тянул), and his nose began to stretch (а его нос начал растягиваться). And the Crocodile floundered into the water (а Крокодил стал барахтаться пытаясь найти опору/в воде/; to flounder — барахтаться пытаясь найти опору двигаться с трудом), making it all creamy with great sweeps of his tail (вспенивая воду«делая ее совершенно пенистой большими = сильными взмахами своего хвоста), and he pulled, and pulled, and pulled (и он/тоже тянул и тянул и тянул).

And the Elephant’s Child’s nose kept on stretching (а нос Слоненка продолжал растягиваться; to keep doing smth. — продолжать делать что-либо); and the Elephant’s Child spread all his little four legs and pulled, and pulled, and pulled (и Слоненок расставил все свои маленькие четыре ножки и тянул и тянул и тянул; to spread — развертывать(ся раскидывать(ся простирать(ся расстилать(ся)), and his nose kept on stretching (а его нос продолжал растягиваться); and the Crocodile threshed his tail like an oar (а Крокодил молотил своим хвостом как веслом), and he pulled, and pulled, and pulled (и он тянул и тянул и тянул), and at each pull the Elephant’s Child’s nose grew longer and longer (и при каждом рывке нос Слоненка становился длиннее и длиннее; to grow — расти становиться) — and it hurt him hijjus (и ему было больно Жуть)!


haunch [hɔ:nʧ], spread [spred], oar [ɔ:]

Then the Elephant’s Child sat back on his little haunches, and pulled, and pulled, and pulled, and his nose began to stretch. And the Crocodile floundered into the water, making it all creamy with great sweeps of his tail, and he pulled, and pulled, and pulled.

And the Elephant’s Child’s nose kept on stretching; and the Elephant’s Child spread all his little four legs and pulled, and pulled, and pulled, and his nose kept on stretching; and the Crocodile threshed his tail like an oar, and he pulled, and pulled, and pulled, and at each pull the Elephant’s Child’s nose grew longer and longer — and it hurt him hijjus!


Then the Elephant’s Child felt his legs slipping (тогда Слоненок почувствовал что его ноги скользят), and he said through his nose (и он сказал в/свой нос; through — через), which was now nearly five feet long (который был теперь почти пять футов в длину ), ‘This is too butch for be (для бедя эдо/уж слишгоб)!’

Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake came down from the bank (тогда Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей спустился с берега), and knotted himself in a double-clove-hitch round the Elephant’s Child’s hind legs (и завязался двойным морским узлом вокруг задних ног Слоненка), and said (и сказал), ‘Rash and inexperienced traveller (безрассудный и неопытный путешественник), we will now seriously devote ourselves to a little high tension (сейчас мы серьезно посвятим себя небольшому высокому = сильному напряжению-растяжению; tension — напряжение натягивание натяжение растяжение растягивание удлинение), because if we do not (потому что если мы не сделаем этого), it is my impression that yonder self-propelling man-of-war with the armour-plated upper deck (у меня такое впечатление что вон тот самодвижущийся военный корабль с бронированной верхней палубой)’ (and by this, O Best Beloved, he meant the Crocodile (а под этим О Наилюбименькие он подразумевал Крокодила)), ‘will permanently vitiate your future career (надолго испортит твою будущую карьеру).’


permanently ['pə:mənəntlɪ], vitiate ['vɪʃɪeɪt], future ['fju:ʧə]

Then the Elephant’s Child felt his legs slipping, and he said through his nose, which was now nearly five feet long, ‘This is too butch for be!’

Then the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake came down from the bank, and knotted himself in a double-clove-hitch round the Elephant’s Child’s hind legs, and said, ‘Rash and inexperienced traveller, we will now seriously devote ourselves to a little high tension, because if we do not, it is my impression that yonder self-propelling man-of-war with the armour-plated upper deck’ (and by this, O Best Beloved, he meant the Crocodile), ‘will permanently vitiate your future career.’


That is the way all Bi-Coloured-Python-Rock-Snakes always talk (вот так всегда разговаривают все Двухцветные-Питоны-Скалистые-Змеи).

So he pulled (и он потянул), and the Elephant’s Child pulled (и Слоненок потянул), and the Crocodile pulled (и Крокодил потянул); but the Elephant’s Child and the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake pulled hardest (но Слоненок и Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей тянули сильнее); and at last the Crocodile let go of the Elephant’s Child’s nose with a plop (и наконец Крокодил отпустил нос Слоненка с/таким плюхом) that you could hear all up and down the Limpopo (который вы могли услышать = можно было услышать по всей Лимпопо вверх и вниз по течению).


python ['paɪθən], talk [tɔ:k], last [lɑ:st]

That is the way all Bi-Coloured-Python-Rock-Snakes always talk.

So he pulled, and the Elephant’s Child pulled, and the Crocodile pulled; but the Elephant’s Child and the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake pulled hardest; and at last the Crocodile let go of the Elephant’s Child’s nose with a plop that you could hear all up and down the Limpopo.


Then the Elephant’s Child sat down most hard and sudden (тогда Слоненок сел очень решительный и стремительный); but first he was careful to say ‘Thank you’ to the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (но сначала он был внимателен = проявил внимательность и поблагодарил Двухцветного-Питона-Скалистого-Змея); and next he was kind to his poor pulled nose (а потом он был любезен = проявил любезность к своему бедному вытянутому носу), and wrapped it all up in cool banana leaves (и завернул его полностью в прохладные банановые листья), and hung it in the great grey-green, greasy Limpopo to cool (и свесил его в великую серо-зеленую жирную Лимпопо чтобы охладить/его/).

‘What are you doing that for (для чего ты это делаешь)?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (спросил Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей).

‘‘Scuse me (извините/меня/),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок), ‘but my nose is badly out of shape (но мой нос плохо = совершенно не в форме; out of shape — потерявший правильную форму«вне формы»), and I am waiting for it to shrink (и я жду когда он сядет; to shrink — садиться/о материи усохнуть сморщиться уменьшаться).’


sudden ['sʌdn], banana [bə'nɑ:nə], leaves [li:vz]

Then the Elephant’s Child sat down most hard and sudden; but first he was careful to say ‘Thank you’ to the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake; and next he was kind to his poor pulled nose, and wrapped it all up in cool banana leaves, and hung it in the great grey-green, greasy Limpopo to cool.

‘What are you doing that for?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake.

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child, ‘but my nose is badly out of shape, and I am waiting for it to shrink.’


‘Then you will have to wait a long time (тогда тебе придется ждать долго),’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (сказал Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей). ‘Some people do not know what is good for them (некоторые/люди не знают что для них хорошо).’

The Elephant’s Child sat there for three days (Слоненок просидел там три дня) waiting for his nose to shrink (ожидая что его нос усохнет). But it never grew any shorter (но он так и не стал короче; to grow — становиться расти), and, besides, it made him squint (а кроме того это вызвало у него косоглазие«это сделало его косоглазым».). For, O Best Beloved, you will see and understand (ибо О Самые Любименькие вы увидите и поймете) that the Crocodile had pulled it out into a really truly trunk (что Крокодил вытянул его = нос в самый настоящий хобот) same as all Elephants have to-day (точно такой же какой есть у всех Слонов сегодня).


grew [gru:], squint [skwɪnt], truly ['tru:lɪ]

‘Then you will have to wait a long time,’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake. ‘Some people do not know what is good for them.’

The Elephant’s Child sat there for three days waiting for his nose to shrink. But it never grew any shorter, and, besides, it made him squint. For, O Best Beloved, you will see and understand that the Crocodile had pulled it out into a really truly trunk same as all Elephants have to-day.


At the end of the third day a fly came and stung him on the shoulder (в конце третьего дня прилетела муха и ужалила его в плечо; to sting — жалить), and before he knew what he was doing (и прежде чем он понял что он делает) he lifted up his trunk and hit that fly dead with the end of it (он поднял свой хобот и ударил эту муху насмерть = убил эту муху его кончиком; to hit — ударить).

‘‘Vantage number one (преимущество номер один; advantage — преимущество)!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (сказал Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей). ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose (ты не смог бы сделать это/с не более чем пятнышко = крошечным носом; mere — не более чем всего лишь; smear — пятно мазок). Try and eat a little now (теперь попробуй поешь немного).’

Before he thought what he was doing the Elephant’s Child put out his trunk and plucked a large bundle of grass (прежде чем Слоненок подумал = не успел Слоненок подумать, что он делает как/он вытянул свой хобот и сорвал большой пучок травы), dusted it clean against his fore-legs (выбил из него пыль о свои передние ноги; to dust — выбивать пыль смахивать пыль), and stuffed it into his own mouth (и запихнул его в свой собственный рот; to stuff — набивать напихивать пихать запихивать заполнять).


shoulder ['ʃəuldə], dead [ded], smear [smɪə]

At the end of the third day a fly came and stung him on the shoulder, and before he knew what he was doing he lifted up his trunk and hit that fly dead with the end of it.

‘‘Vantage number one!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake. ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose. Try and eat a little now.’

Before he thought what he was doing the Elephant’s Child put out his trunk and plucked a large bundle of grass, dusted it clean against his fore-legs, and stuffed it into his own mouth.


‘‘Vantage number two (преимущество номер два)!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (сказал Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей). ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose (ты не сделал бы этого крошечным носом). Don’t you think the sun is very hot here (не думаешь ли ты = не кажется ли тебе, что солнце очень жаркое здесь)?’

‘It is,’ said the Elephant’s Child (да = кажется, — сказал Слоненок), and before he thought what he was doing (и не успел он подумать что он делает) he schlooped up a schloop of mud from the banks of the great grey-green, greasy Limpopo (/как он зачерпнул черпок ила с берегов великой серо-зеленой жирной Лимпопо; to schlep — волочить тащить; to scoop — черпать зачерпывать), and slapped it on his head (и нашлепнул его себе на голову; to slap — хлопать шлепать), where it made a cool schloopy-sloshy mud-cap all trickly behind his ears (где он стал прохладной шляпно-нашлепной шапкой из ила которая совсем растекалась за/его ушами; to slosh — хлюпать шлепать; to trickle — течь тонкой струйкой сочиться).


vantage ['vɑ:ntɪdʒ], behind [bɪ'haɪnd], ear [ɪə]

‘‘Vantage number two!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake. ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose. Don’t you think the sun is very hot here?’

‘It is,’ said the Elephant’s Child, and before he thought what he was doing he schlooped up a schloop of mud from the banks of the great grey-green, greasy Limpopo, and slapped it on his head, where it made a cool schloopy-sloshy mud-cap all trickly behind his ears.


‘‘Vantage number three (преимущество номер три)!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (сказал Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей). ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose (ты не мог бы сделать этого крошечным носом). Now how do you feel about being spanked again (а что ты думаешь о том чтобы тебя снова отшлепали; to feel about — иметь мнение о чем-л ком-л.)?’

‘‘Scuse me (извините/меня/),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок), ‘but I should not like it at all (но я бы этого совсем не хотел).’

‘How would you like to spank somebody (/а как насчет того чтобы отшлепать кого-нибудь)?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (спросил Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей).

‘I should like it very much indeed (конечно я очень бы хотел/этого/),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок).


being ['bi:ɪŋ], again [ə'gen], should [ʃud]

‘‘Vantage number three!’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake. ‘You couldn’t have done that with a mere-smear nose. Now how do you feel about being spanked again?’

‘‘Scuse me,’ said the Elephant’s Child, ‘but I should not like it at all.’

‘How would you like to spank somebody?’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake.

‘I should like it very much indeed,’ said the Elephant’s Child.


‘Well,’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake (ну сказал Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей), ‘you will find that new nose of yours very useful to spank people with (ты найдешь твой новый нос очень полезным для шлепанья = ты обнаружишь что твой новый нос очень пригодится чтобы лупить людей = других).’

‘Thank you,’ said the Elephant’s Child (спасибо сказал Слоненок), ‘I’ll remember that (я запомню это); and now I think I’ll go home to all my dear families and try (а сейчас я думаю = собираюсь пойти домой ко всем моим дорогим семействам и испробовать).’


new [nju:], useful ['ju:sful], dear [dɪə]

‘Well,’ said the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake, ‘you will find that new nose of yours very useful to spank people with.’

‘Thank you,’ said the Elephant’s Child, ‘I’ll remember that; and now I think I’ll go home to all my dear families and try.’


So the Elephant’s Child went home across Africa (и Слоненок пошел домой через Африку) frisking and whisking his trunk (взмахивая и помахивая = обмахиваясь и отмахиваясь своим хоботом; to frisk — махать/веером/; to whisk — смахивать отгонять/напр мух хвостом/). When he wanted fruit to eat (когда он хотел поесть фруктов) he pulled fruit down from a tree (он срывал фрукты/плоды с дерева), instead of waiting for it to fall (вместо того чтобы ждать пока они упадут) as he used to do (как он делал это раньше; used to do — бывало раньше делал). When he wanted grass (когда он хотел травы) he plucked grass up from the ground (он срывал траву с земли не нагибаясь; up — стоя в вертикальном положении в верхнем положении), instead of going on his knees (вместо того чтобы становиться на колени) as he used to do (как он делал это раньше). When the flies bit him (когда его кусали мухи; to bite — кусать) he broke off the branch of a tree and used it as a fly-whisk (он отламывал ветку/с дерева и использовал ее как мухобойку; to break off — отламывать); and he made himself a new, cool, slushy-squshy mud-cap (и он делал себе новую прохладную мякотно-слякотную шапочку из ила; slushy — покрытый грязью слякотный; squashy — мягкий мясистый сочный) whenever the sun was hot (всякий раз как было жаркое солнце). When he felt lonely walking through Africa (когда он чувствовал себя одиноко идя через = по Африке) he sang to himself down his trunk (он пел себе через хобот = дудя в хобот), and the noise was louder than several brass bands (и этот звук был громче чем несколько = нескольких духовых оркестров).


fruit [fru:t], used [ju:st], instead [ɪn'sted]

So the Elephant’s Child went home across Africa frisking and whisking his trunk. When he wanted fruit to eat he pulled fruit down from a tree, instead of waiting for it to fall as he used to do. When he wanted grass he plucked grass up from the ground, instead of going on his knees as he used to do. When the flies bit him he broke off the branch of a tree and used it as a fly-whisk; and he made himself a new, cool, slushy-squshy mud-cap whenever the sun was hot. When he felt lonely walking through Africa he sang to himself down his trunk, and the noise was louder than several brass bands.


He went especially out of his way to find a broad Hippopotamus (он специально постарался найти обширную Гиппопотамиху) (she was no relation of his (он не была ему родственницей)), and he spanked her very hard (и он отшлепал ее очень сильно), to make sure (чтобы убедиться; to make sure — убедиться удостовериться) that the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake had spoken the truth about his new trunk (что Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей говорил правду о его новом хоботе; to speak — разговаривать говорить). The rest of the time he picked up the melon rinds (в остальное время он подбирал дынную кожуру) that he had dropped on his way to the Limpopo (которую он набросал на пути к Лимпопо) — for he was a Tidy Pachyderm (ибо он был Чистоплотным Толстокожим Животным; pachyderm — толстокожее животное).


especially [ɪs'peʃ(ə)lɪ], truth [tru:θ], pachyderm ['pækɪdə:m]

He went especially out of his way to find a broad Hippopotamus (she was no relation of his), and he spanked her very hard, to make sure that the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake had spoken the truth about his new trunk. The rest of the time he picked up the melon rinds that he had dropped on his way to the Limpopo — for he was a Tidy Pachyderm.


One dark evening he came back to all his dear families (одним темным вечером он вернулся ко всем своим дорогим семействам), and he coiled up his trunk and said (и он свернул кольцом свой хобот и сказал; to coil up — свертывать(ся кольцом спиралью), ‘How do you do (как вы поживаете)?’ They were very glad to see him (они были очень рады видеть его), and immediately said (и тотчас сказали), ‘Come here and be spanked for your ‘satiable curtiosity (подойди сюда и будь отшлепанным = мы отшлепаем тебя за твое ненасытное вежливое любопытство).’

‘Pooh,’ said the Elephant’s Child (тьфу сказал Слоненок). ‘I don’t think you peoples know anything about spanking (не думаю что вы родственнички знаете что-нибудь о шлепаньи = о том как шлепать); but I do, and I’ll show you (а/вот я знаю и/я покажу вам).’

Then he uncurled his trunk (тогда он раскрутил свой хобот) and knocked two of his dear brothers head over heels (и врезал двум из своих дорогих братцев так что они полетели кубарем«ударил двух из своих дорогих братьев кубарем»; head over heels — вверх тормашками вверх ногами).


evening ['i:vnɪŋ], immediately [ɪ'mi:dɪətlɪ], brother ['brʌðə]

One dark evening he came back to all his dear families, and he coiled up his trunk and said, ‘How do you do?’ They were very glad to see him, and immediately said, ‘Come here and be spanked for your ‘satiable curtiosity.’

‘Pooh,’ said the Elephant’s Child. ‘I don’t think you peoples know anything about spanking; but I do, and I’ll show you.’

Then he uncurled his trunk and knocked two of his dear brothers head over heels.


‘O Bananas!’ said they (ух ты сказали они), ‘Where did you learn that trick (где ты научился этому приемчику; trick — трюк фокус ловкий прием), and what have you done to your nose (и что ты сделал со своим носом)?’

‘I got a new one from the Crocodile (я достал новый у Крокодила = мне достался новый от Крокодила) on the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (на берегах великой серо-зеленой жирной реки Лимпопо),’ said the Elephant’s Child (сказал Слоненок). ‘I asked him what he had for dinner (я спросил у него что он ест на обед), and he gave me this to keep (а он дал мне это/оставить себе/).’

‘It looks very ugly (он выглядит очень уродливо),’ said his hairy uncle, the Baboon (сказал его волосатый дядюшка Бабуин).

‘It does,’ said the Elephant’s Child (да сказал Слоненок). ‘But it’s very useful (но он очень полезный),’ and he picked up his hairy uncle, the Baboon (и он поднял своего волосатого дядюшку Бабуина), by one hairy leg (за одну волосатую ногу), and hove him into a hornets’ nest (и зашвырнул его в осиное гнездо; to heave — швырнуть; hornet — шершень крупная оса).


ugly ['ʌglɪ], useful ['ju:sful], hornet ['hɔ:nɪt]

‘O Bananas!’ said they, ‘Where did you learn that trick, and what have you done to your nose?’

‘I got a new one from the Crocodile on the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River,’ said the Elephant’s Child. ‘I asked him what he had for dinner, and he gave me this to keep.’

‘It looks very ugly,’ said his hairy uncle, the Baboon.

‘It does,’ said the Elephant’s Child. ‘But it’s very useful,’ and he picked up his hairy uncle, the Baboon, by one hairy leg, and hove him into a hornets’ nest.


Then that bad Elephant’s Child spanked all his dear families for a long time (потом этот скверный Слоненок долго шлепал все свои дорогие семейства), till they were very warm and greatly astonished (пока они очень/не разгорячились и сильно/не удивились). He pulled out his tall Ostrich aunt’s tail-feathers (он повыдергивал хвостовые перья своей высокой тетушки Страусихи); and he caught his tall uncle, the Giraffe (и он поймал своего высокого дядюшку Жирафа; to catch — ловить поймать), by the hind-leg, and dragged him through a thorn-bush (за заднюю ногу и протащил его через колючий кустарник; thorn-bush — колючий кустарник боярышник петушья шпора; thorn — колючка шип колючее растение); and he shouted at his broad aunt, the Hippopotamus (и он накричал на свою обширную тетушку Бегемотиху), and blew bubbles into her ear (и вдул ей пузыри в/ее ухо; to blow — дуть) when she was sleeping in the water after meals (когда она спала в воде после еды); but he never let any one touch Kolokolo Bird (но он никогда никому/не позволял трогать Птичку Колоколо).


feather ['feðə], Hippopotamus ["hɪpə'pɔtəməs], touch [tʌʧ]

Then that bad Elephant’s Child spanked all his dear families for a long time, till they were very warm and greatly astonished. He pulled out his tall Ostrich aunt’s tail-feathers; and he caught his tall uncle, the Giraffe, by the hind-leg, and dragged him through a thorn-bush; and he shouted at his broad aunt, the Hippopotamus, and blew bubbles into her ear when she was sleeping in the water after meals; but he never let any one touch Kolokolo Bird.


At last things grew so exciting (наконец события стали такими захватывающими) that his dear families (что его дорогие семейства) went off one by one in a hurry to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (отправились один за другим в спешке к берегам великой серо-зеленой жирной реки Лимпопо), all set about with fever-trees (полностью заросшей хинными деревьями), to borrow new noses from the Crocodile (чтобы позаимствовать новые носы у Крокодила). When they came back (когда они вернулись) nobody spanked anybody any more (никто их больше/не шлепал); and ever since that day, O Best Beloved (и начиная с того дня О Самые Любименькие), all the Elephants you will ever see (все слоны которых вы увидите), besides all those that you won’t (вдобавок ко всем тем которых вы не увидите), have trunks precisely like the trunk of the ‘satiable Elephant’s Child (имеют хоботы в точности как у ненасытного Слоненка).


hurry ['hʌrɪ], borrow ['bɔrəu], precisely [prɪ'saɪslɪ]

At last things grew so exciting that his dear families went off one by one in a hurry to the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River, all set about with fever-trees, to borrow new noses from the Crocodile. When they came back nobody spanked anybody any more; and ever since that day, O Best Beloved, all the Elephants you will ever see, besides all those that you won’t, have trunks precisely like the trunk of the ‘satiable Elephant’s Child.


I KEEP six honest serving-men (я держу шесть честных слуг); (They taught me all I knew (они научили меня всему что я знал; to teach — обучать преподавать)) Their names are What and Why and When (зовут их Что и Почему и Когда) And How and Where and Who (и Как и Где и Кто). I send them over land and sea (я посылаю их по суше и по морю за море), I send them east and west (я посылаю их на восток и на запад); But after they have worked for me (но после того как они поработали для меня), I give them all a rest (я даю им всем отдых).


honest ['ɔnɪst], taught [tɔ:t], east [i:st]

I KEEP six honest serving-men; (They taught me all I knew) Their names are What and Why and When And How and Where and Who. I send them over land and sea, I send them east and west; But after they have worked for me, I give them all a rest.


I let them rest from nine till five (я разрешаю им отдыхать с девяти и до пяти), For I am busy then (ибо я тогда занят), As well as breakfast, lunch, and tea (а также/даю им завтрак обед и ужин), For they are hungry men (ибо они голодные/люди/): But different folk have different views (но у разных людей разные взгляды): I know a person small (я знаю одну маленькую особу) — She keeps ten million serving-men (она держит десять миллионов слуг), Who get no rest at all (которые совсем не отдыхают«не получают никакого отдыха»)!


folk [fəuk], view [vju:], million ['mɪljən]

I let them rest from nine till five, For I am busy then, As well as breakfast, lunch, and tea, For they are hungry men: But different folk have different views: I know a person small — She keeps ten million serving-men, Who get no rest at all!

She sends ‘em abroad on her own affairs (она посылает их повсюду по ее личным делам), From the second she opens her eyes (с той секунды/когда она открывает/ее глаза) — One million Hows, two million Wheres (один миллион Как два миллиона Где), And seven million Whys (и семь миллионов Почему)!


abroad [ə'brɔ:d], own [əun], affair [ə'fɛə]

She sends ‘em abroad on her own affairs, From the second she opens her eyes — One million Hows, two million Wheres, And seven million Whys!


Держу я шесть честнейших слуг

(Все знаю я от них).

Что Почему Где Кто Когда,

И Как звать слуг моих.

Их посылаю всюду я:

На запад на восток,

И отдых я им всем даю,

Коль валятся все с ног.

Я разрешаю отдыхать

Им с девяти,

Но ровно в пять

Я призываю их опять.

Само собой даю им есть

С утра в обед и в ужин в шесть.

Но разные мы все друзья.

Одну малышку знаю я

Слуг у нее число такое!

Но не дает она им всем покоя.

Как только глазки девочка откроет

И разберется что к чему,

Она их сразу шлет и строит

Мильоны Как Что Где и Почему.


THIS is the Elephant’s Child having his nose pulled by the Crocodile (это Слоненок которого тянет за нос Крокодил). He is much surprised and astonished and hurt (он очень удивлен и поражен и ему больно), and he is talking through his nose and saying (и он разговоривает в нос и говорит), ‘Led go (одбуздиде)! You are hurtig be (бы делаеде бде больдо)!’ He is pulling very hard (он тянет очень сильно), and so is the Crocodile (и Крокодил тоже); but the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake is hurrying through the water (но по воде спешит Двухцветный-Питон-Скалистый-Змей) to help the Elephant’s Child (чтобы помочь Слоненку). All that black stuff is the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (вся эта черная всячина это берега великой серо-зеленой жирной реки Лимпопо; stuff — материал вещество штука штуковина) (but I am not allowed to paint these pictures (но мне не разрешают раскрашивать эти картинки)), and the bottly-tree with the twisty roots and the eight leaves is one of the fever trees that grow there (а похожее на бутылку дерево с изогнутыми корнями и восемью листиками это одно из хинных деревьев которые растут там; fever — лихорадка).


astonish [əs'tɔnɪʃ], allow [ə'lau], eight [eɪt]

THIS is the Elephant’s Child having his nose pulled by the Crocodile. He is much surprised and astonished and hurt, and he is talking through his nose and saying, ‘Led go! You are hurtig be!’ He is pulling very hard, and so is the Crocodile; but the Bi-Coloured-Python-Rock-Snake is hurrying through the water to help the Elephant’s Child. All that black stuff is the banks of the great grey-green, greasy Limpopo River (but I am not allowed to paint these pictures), and the bottly-tree with the twisty roots and the eight leaves is one of the fever trees that grow there.


Underneath the truly picture are shadows of African animals walking into an African ark (под основной«правдивой действительной картинкой тени африканских животных идущих в африканский ковчег). There are two lions (/есть два льва), two ostriches, two oxen, two camels (два страуса два буйвола два верблюда), two sheep, and two other things that look like rats (две овцы и две другие твари , которые похожи на крыс), but I think they are rock-rabbits (но мне кажется что это сеноставки; rock-rabbit — пищуха сеноставка /Ochotona/). They don’t mean anything (они ничего не значат). I put them in because I thought they looked pretty (я вставил их потому что я думал что они выглядят симпатично). They would look very fine if I were allowed to paint them (они выглядели бы очень красиво если бы мне разрешили раскрасить их).


shadow ['ʃædəu], lion ['laɪən], pretty ['prɪtɪ]

Underneath the truly picture are shadows of African animals walking into an African ark. There are two lions, two ostriches, two oxen, two camels, two sheep, and two other things that look like rats, but I think they are rock-rabbits. They don’t mean anything. I put them in because I thought they looked pretty. They would look very fine if I were allowed to paint them.

THIS is just a picture of the Elephant’s Child (это просто изображение Слоненка) going to pull bananas off a banana-tree (который собирается сорвать бананы с бананового дерева) after he had got his fine new long trunk (после того как он приобрел свой красивый новый длинный хобот). I don’t think it is a very nice picture (мне кажется что это не очень удачная картинка); but I couldn’t make it any better (но я не мог бы сделать ее/хоть сколько-нибудь лучше), because elephants and bananas are hard to draw (потому что слонов и бананы рисовать трудно). The streaky things behind the Elephant’s Child mean squoggy marshy country somewhere in Africa (полосатые штуковины позади Слоненка означают утопкую болотистую местность где-то в Африке; quaggy — болотистый топкий трясинный). The Elephant’s Child made most of his mud-caps out of the mud that he found there (Слоненок сделал большинство своих нашлепных шляпок из ила который он нашел здесь). I think it would look better (я думаю она = картинка бы выглядела лучше) if you painted the banana-tree green and the Elephant’s Child red (если бы вы раскрасили банановое дерево зеленым/цветом а Слоненка красным/цветом/).


draw [drɔ:], country ['kʌntrɪ], streaky ['stri:kɪ]

THIS is just a picture of the Elephant’s Child going to pull bananas off a banana-tree after he had got his fine new long trunk. I don’t think it is a very nice picture; but I couldn’t make it any better, because elephants and bananas are hard to draw. The streaky things behind the Elephant’s Child mean squoggy marshy country somewhere in Africa. The Elephant’s Child made most of his mud-caps out of the mud that he found there. I think it would look better if you painted the banana-tree green and the Elephant’s Child red.


Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.