«It’s not a big deal if you’re laughed at, much worse if mourned over.» - Ничего страшного, если над тобой смеются, гараздо хуже - если плачут
 Saturday [ʹsætədı] , 14 December [dıʹsembə] 2019

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Остров сокровищ

Рейтинг:  3 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Chapter XXXIV (глава 34)


And Last (и последняя)

THE next morning we fell early to work (на следующее утро мы рано принялись за работу; to fall to браться, приниматься за), for the transportation of this great mass of gold near a mile by land to the beach (потому что перетаскивать эту огромную кучу золота около мили по суше до берега; transportation перевозка, транспортировка, перемещение), and thence three miles by boat to the Hispaniola (а оттуда три мили на шлюпке до Испаньолы), was a considerable task for so small a number of workmen (было тяжелой работой для такого небольшого числа работников; considerable значительный, изрядный; task задание, урок, задача). The three fellows still abroad upon the island did not greatly trouble us (трое парней = разбойников, все еще бродивших по острову, не сильно тревожили нас; abroad широко, повсюду; /уст./ вне дома, вне своего жилища); a single sentry on the shoulder of the hill was sufficient to insure us against any sudden onslaught (одного часового, /поставленного/ на склоне холма, было достаточно, чтобы уберечь нас от любого неожиданного нападения; to insure страховать, беречь, гарантировать; onslaught бешеная атака, натиск, нападение), and we thought, besides, they had had more than enough of fighting (и мы думали, кроме
того, что у них пропала охота сражаться: «у них было более, чем достаточно, сражения»).  Therefore the work was pushed on briskly (поэтому работа продвигалась быстро; briskly энергично, оживленно; to push толкать). Gray and Ben Gunn came and went with the boat (Грей и Бен Ганн приплывали и отплывали на лодке  /доставляя золото на шхуну/), while the rest during their absences, piled treasure on the beach (пока остальные во время их отсутствия складывали сокровища на берегу; to pile складывать, сваливать в кучу). Two of the bars, slung in a rope's-end, made a good load for a grown man (два слитка, связанных веревкой и перекинутых через плечо, делали хороший груз для взрослого человека = взрослый мог едва поднять; to sling подвешивать, вешать через плечо; rope's-end конец троса) — one that he was glad to walk slowly with (с ней он был рад идти медленно). For my part, as I was not much use at carrying (что касается меня, поскольку от меня было мало пользы в переноске), I was kept busy all day in the cave (меня заняли: «держали занятым» на весь день в пещере), packing the minted money into bread-bags (упаковывать новенькие монеты в мешки из-под сухарей; to mint чеканить /монету/).


THE next morning we fell early to work, for the transportation of this great mass of gold near a mile by land to the beach, and thence three miles by boat to the Hispaniola, was a considerable task for so small a number of workmen. The three fellows still abroad upon the island did not greatly trouble us; a single sentry on the shoulder of the hill was sufficient to insure us against any sudden onslaught, and we thought, besides, they had had more than enough of fighting.  Therefore the work was pushed on briskly. Gray and Ben Gunn came and went with the boat, while the rest during their absences, piled treasure on the beach. Two of the bars, slung in a rope's-end, made a good load for a grown man one that he was glad to walk slowly with. For my part, as I was not much use at carrying, I was kept busy all day in the cave, packing the minted money into bread-bags.


It was a strange collection, like Billy Bones hoard for the diversity of coinage (это была странная коллекция, как и в сундуке Билли Бонса  /здесь/ было разнообразие чеканок; hoard скрытые запасы, клад, припрятанное; coinage чеканка, монетное производство; coin монета), but so much larger and so much more varied that I think I never had more pleasure than in sorting them (но настолько больше и настолько разнообразнее, что, думаю, никогда у меня не было большей радости, чем сортировать их; large большой, крупный; многочисленный; to vary разниться; отличаться, различаться, расходиться; варьировать). English, French, Spanish, Portugese (английские, французские, испанские, португальские /монеты/), Georges, and Louises (гинеи и луидоры), doubloons and double guineas (дублоны и двойные гинеи) and moindores and sequins (муидоры /португальская золотая монета около шести с половиной долларов/ и цехины /итальянская золотая монета около двух с половиной долларов/), the pictures of all the kings of Europe for the last hundred years (/монеты с/ изображением всех европейских королей за последние сто лет), strange Oriental pieces stamped with what looked like wisps of string or bits of spider's web (странные восточные монеты, на которых были отчеканены /вещи/, похожие на пучки веревки или на клочки паутины; pieceкусок, часть, штука, монета), round pieces and square pieces (круглые монеты и квадратные), and pieces bored through the middle (и монеты, просверленные посередине), as if to wear them round your neck (словно чтобы носить их вокруг шеи) — nearly every variety of money in the world must, I think, have found a place in that collection (чуть ли не каждый вид монеты в мире, должно быть, думаю, нашел место в той коллекции; variety разнообразие, сорт, вид); and for number, I am sure they were like autumn leaves (что касается количества, я уверен, они были подобны осенним листьям), so that my back ached with stooping and my fingers with sorting them out (что даже моя спина заболела от наклонов, а мои пальцы от рассортировывания их)


It was a strange collection, like Billy Bones hoard for the diversity of coinage, but so much larger and so much more varied that I think I never had more pleasure than in sorting them. English, French, Spanish, Portugese, Georges, and Louises, doubloons and double guineas and moindores and sequins, the pictures of all the kings of Europe for the last hundred years, strange Oriental pieces stamped with what looked like wisps of string or bits of spider's web, round pieces and square pieces, and pieces bored through the middle, as if to wear them round your neck nearly every variety of money in the world must, I think, have found a place in that collection; and for number, I am sure they were like autumn leaves, so that my back ached with stooping and my fingers with sorting them out. 



1. Day after day this work went on (день за днем эта работа продолжалась: «шла вперед, дальше»); by every evening a fortune had been stowed aboard (каждый вечер богатство = куча сокровищ складывалась на борту), but there was another fortune waiting for the morrow (но была другая куча, ожидавшая
утра); and all this time we heard nothing of the three surviving mutineers (и все это время мы ничего не слышали о трех выживших бунтовщиках; to surviveвыжить, остаться в живых; уцелеть). 
2. At last — I think it was on the third night (наконец думаю, это было на третий вечер) — the doctor and I were strolling on the shoulder of the hill (мы с доктором бродили по склону холма) where it overlooks the lowlands of the isle (где он возвышается над низиной острова; to overlook обозревать; смотреть сверху или поверх чего-л. /на что-л./; возвышаться /над городом, местностью и т. п./), when, from out the thick darkness below (когда из непроглядной темноты снизу), the wind brought us a noise between shrieking and singing (ветер принес к нам шум, /что-то среднее/ между криком и песней). It was only a snatch that reached our ears (лишь обрывок достиг наших ушей), followed by the former silence (за которым последовала прежняя тишина)
3. 'Heaven forgive them (прости их, Господи; heaven Господь, Небеса),' said the doctor (сказал доктор); ''tis the mutineers (это мятежники; 'tis = it is)!'


1. Day after day this work went on; by every evening a fortune had been stowed aboard, but there was another fortune waiting for the morrow; and all this time we heard nothing of the three surviving mutineers. 



2. At last I think it was on the third night the doctor and I were strolling on the shoulder of the hill where it overlooks the lowlands of the isle, when, from out the thick darkness below, the wind brought us a noise between shrieking and singing. It was only a snatch that reached our ears, followed by the former silence. 



3. 'Heaven forgive them,' said the doctor; ''tis the mutineers!' 



1. 'All drunk, sir (все пьяны, сэр),' struck in the voice of Silver from behind us (вмешался = раздался голос Сильвера позади нас). Silver, I should say, was allowed his entire liberty (Сильверу, следует сказать, предоставлялась полная свобода), and, in spite of daily rebuffs (и, несмотря на ежедневный отпор = нашу холодность), seemed to regard himself once more as quite a privileged and friendly dependant (казалось, он снова считал себя вполне
привилегированным и дружелюбным слугой; dependant вассал, нахлебник; to depend зависеть от, находиться на иждивении). Indeed, it was remarkable how well he bore these slights (действительно, удивительно, как он переносил = не замечал эти проявления презрения; slight пренебрежение, проявление пренебрежительного равнодушия), and with what unwearying politeness he kept on trying to ingratiate himself with all (и с какой неутомимой вежливостью он продолжал стараться снискать себе всеобщее расположение). Yet, I think, none treated him better than a dog (тем не менее, думаю, никто не обращался с ним лучше, чем с собакой); unless it was Ben Gunn, who was still terribly afraid of his old quartermaster (за исключением Бена
Ганна, который по-прежнему ужасно боялся своего старого
квартирмейстера), or myself, who had really something to thank him for (и меня, у которого действительно было за что благодарить его); although for that matter, I suppose (хотя в этом отношении, полагаю), I had reason to think even worse of him than anybody else (у меня была причина думать о нем даже хуже, чем у кого бы то ни было еще), for I had seen him meditating a fresh treachery upon the plateau (потому что я видел, как он замышлял свежее = очередное предательство на плоскогорье; to meditate обдумывать, взвешивать; размышлять; планировать, затевать; созерцать; медитировать). Accordingly, it was pretty gruffly that the doctor answered him (поэтому доктор ответил ему весьма резко; gruffly грубо, резко, угрюмо). 
2. 'Drunk or raving (пьяны или бредят),' said he. 


1. 'All drunk, sir,' struck in the voice of Silver from behind us. Silver, I should say, was allowed his entire liberty, and, in spite of daily rebuffs, seemed to regard himself once more as quite a privileged and friendly dependant. Indeed, it was remarkable how well he bore these slights, and with what unwearying politeness he kept on trying to ingratiate himself with all. Yet, I think, none treated him better than a dog; unless it was Ben Gunn, who was still terribly afraid of his old quartermaster, or myself, who had really something to thank him for; although for that matter, I suppose, I had reason to think even worse of him than anybody else, for I had seen him meditating a fresh treachery upon the plateau. Accordingly, it was pretty gruffly that the doctor answered him. 



2. 'Drunk or raving,' said he.



1. 'Right you were, sir (правильно, сэр),' replied Silver (ответил Сильвер); 'and precious little odds which, to you and me (и весьма мало разницы, что с ними, для нас с вами).' 
2. 'I suppose you would hardly ask me to call you a humane man (полагаю, вы едва ли попросили бы меня назвать вас гуманным = не претендуете на звание сердечного человека),' returned the doctor, with a sneer (ответил доктор с насмешкой), 'and so my feelings may surprise you, Master Silver (так что мои чувства могут удивить вас, капитан Сильвер). But if I were sure they were raving (но если бы я был уверен, что они бредят) — as I am morally certain one, at least, of them is down with fever (а я, в сущности, уверен, что один из них, по крайней мере, лежит в лихорадке) — I should leave this camp, and, at whatever risk to my own carcase (я бы покинул этот лагерь и, каким бы ни был риск моему собственному каркасу  /телу/ = даже рискуя жизнью), take them the assistance of my skill (оказал бы им врачебную помощь; skill искусство, умение, ловкость, навык).' 
3. 'Ask your pardon, sir, you would be very wrong (прошу прощения, сэр, вы были бы очень неправы),' quoth Silver (промолвил Сильвер; quoth сказал, промолвил /уст./). 'You would lose your precious life, and you may lay to that (вы бы  /только/ потеряли свою драгоценную жизнь, уж это точно). I'm on your side now, hand and glove (я теперь на вашей стороне, всей душой: «рука и перчатка»;  hand and glove очень близко, в тесной связи); and I shouldn't wish for to see the party weakened, let alone yourself (и я не хотел бы видеть, как отряд ослабеет, не говоря уж о вас = а особенно было бы жалко вас; let alone не говоря, не считая), seeing as I know what I owes you (особенно же учитывая, чем я обязан вам). But these men down there, they couldn't keep their word (но эти люди внизу, они не смогли бы сдержать свое слово) — no, not supposing they wished to (нет, даже если предположить, чтобы они хотели этого; to suppose предполагать, допускать, думать); and what's more, they couldn't believe as you could (и, более того, они не смогли бы поверить, что вы смогли бы /держать слово/).' 


1. 'Right you were, sir,' replied Silver; 'and precious little odds which, to you and me.' 



2. 'I suppose you would hardly ask me to call you a humane man,' returned the doctor, with a sneer, 'and so my feelings may surprise you, Master Silver. But if I were sure they were raving as I am morally certain one, at least, of them is down with fever I should leave this camp, and, at whatever risk to my own carcase, take them the assistance of my skill.' 



3. 'Ask your pardon, sir, you would be very wrong,' quoth Silver. 'You would lose your precious life, and you may lay to that. I'm on your side now, hand and glove; and I shouldn't wish for to see the party weakened, let alone yourself, seeing as I know what I owes you. But these men down there, they couldn't keep their word no, not supposing they wished to; and what's more, they couldn't believe as you could.' 



1. 'No,' said the doctor (сказал доктор). 'You're the man to keep your word, we know that (/зато/ вы человек /чтобы держать/ слова, мы это знаем).' 
2. Well, that was about the last news we had of the three pirates (это, пожалуй, последние новости, которые мы имели о трех пиратах = больше мы ничего о них не знаем). Only once we heard a gunshot a great way off (только однажды мы услышали ружейный выстрел вдалеке), and supposed them to be hunting решили, что они охотятся). A council was held, and it was decided that we must desert them on the island (было проведено совещание, и было решено, что мы должны оставить их на острове) — to the huge glee, I must say, of Ben Gunn (должен сказать, к огромной радости Бена Ганна; glee веселье, ликование), and with the strong approval of Gray (и с сильным одобрением Грея). We left a good stock of powder and shot (мы оставили /им/ большой запас пороха и пуль; stock запасы, ассортимент, сырье), the bulk of the salt goat, a few medicines (груду соленой козлятины, немного лекарств; bulk груда, масса, большое количество), and some other necessaries, tools, clothing, a spare sail некоторые другие необходимые вещи, инструменты, одежду, запасной
парус), a fathom or two of rope, and, by the particular desire of the doctor, a handsome present of tobacco (пару саженей веревки и, по особому желанию доктора, значительную порцию табака; present подарок). 
3. That was about our last doing on the island (это были, пожалуй, наши последние действия на острове). Before that, we had got the treasure stowed (перед этим мы погрузили сокровища), and had shipped enough water and the remainder of the goat meat, in case of any distress (и погрузили достаточно воды и остатков козлятины на всякий случай; to ship грузить  /на судно/, перевозить; distress нужда, горе, бедственное положение); and at last, one fine morning, we weighed anchor (наконец, в одно прекрасное утро, мы подняли якорь), which was about all that we could manage (что было, пожалуй, всем, что мы могли сделать; to manage управлять, владеть; суметь, справиться), and stood out of North Inlet (и вышли из Северной бухты; to stand out удаляться от берега, отходить), the same colours flying that the captain had flown and fought under at the palisade (/над нами/ развевался тот же самый флаг, под которым капитан /и все мы/ сражались /защищая/ крепость)


1. 'No,' said the doctor. 'You're the man to keep your word, we know that.' 



2. Well, that was about the last news we had of the three pirates. Only once we heard a gunshot a great way off, and supposed them to be hunting. A council was held, and it was decided that we must desert them on the island to the huge glee, I must say, of Ben Gunn, and with the strong approval of Gray. We left a good stock of powder and shot, the bulk of the salt goat, a few medicines, and some other necessaries, tools, clothing, a spare sail, a fathom or two of rope, and, by the particular desire of the doctor, a handsome present of tobacco. 



3. That was about our last doing on the island. Before that, we had got the treasure stowed, and had shipped enough water and the remainder of the goat meat, in case of any distress; and at last, one fine morning, we weighed anchor, which was about all that we could manage, and stood out of North Inlet, the same colours flying that the captain had flown and fought under at the palisade. 



1. The three fellows must have been watching us closer than we thought for (трое парней = разбойников, должно быть, следили за нами гораздо внимательнее, чем мы думали), as we soon had proved (как мы вскоре убедились; to prove доказывать, удостоверять, подтверждать). For, coming through the narrows, we had to lie very near the southern point (потому что, проходя через узкий пролив, нам пришлось держаться очень близко к южной оконечности /острова/), and there we saw all three of them kneeling together on a spit of sand (и там мы увидели всех троих, стоявших вместе на коленях на песчаной косе), with their arms raised in supplication (с поднятыми в мольбе руками). It went to all our hearts, I think, to leave them in that wretched state (всем нам было тяжело: «это вошло в наши сердца», думаю, оставлять их в этом жалком положении; wretched несчастный, жалкий, обездоленный; state состояние, положение); but we could not risk another mutiny (но мы не могли рисковать  /поднятием/ нового мятежа); and to take them home for the gibbet would have been a cruel sort of kindness (и доставить их домой для виселицы было бы жестоким видом доброты). The doctor hailed them and told them of the stores we had left (доктор окликнул их и рассказал о припасах, которые мы оставили), and where they were to find them (и где они могут их найти). But they continued to call us by name (но они продолжали называть нас по именам), and appeal to us, for God's sake, to be merciful (и взывали к нам,
/умоляли/ ради Бога, быть милосердными), and not leave them to die in such a place (и не оставлять их умирать в таком месте)
2. At last, seeing the ship still bore on her course (наконец, видя, что корабль по- прежнему идет своим курсом; to bear on двигаться в заданном направлении), and was now swiftly drawing out of earshot (и теперь стремительно уносится от них; to draw out вытаскивать; уходить вперед /от соперника/; earshot предел слышимости, близкое расстояние), one of them — I know not which it was (один из них не знаю, который) — leapt to his feet with a hoarse cry (вскочил на ноги с хриплым криком), whipped his musket to his shoulder (резко поднял к плечу мушкет; to whip хлестать, действовать быстро), and sent a shot whistling over Silver's head and through the mainsail (и выпустил пулю, просвистевшую над головой Сильвера и /пролетевшую/ через = продырявившую грот)


1. The three fellows must have been watching us closer than we thought for, as we soon had proved. For, coming through the narrows, we had to lie very near the southern point, and there we saw all three of them kneeling together on a spit of sand, with their arms raised in supplication. It went to all our hearts, I think, to leave them in that wretched state; but we could not risk another mutiny; and to take them home for the gibbet would have been a cruel sort of kindness. The doctor hailed them and told them of the stores we had left, and where they were to find them. But they continued to call us by name, and appeal to us, for God's sake, to be merciful, and not leave them to die in such a place. 



2. At last, seeing the ship still bore on her course, and was now swiftly drawing out of earshot, one of them I know not which it was leapt to his feet with a hoarse cry, whipped his musket to his shoulder, and sent a shot whistling over Silver's head and through the mainsail. 



1. After that, we kept under cover of the bulwarks (после этого мы спрятались за фальшбортом), and when next I looked out they had disappeared from the spit когда я потом выглянул, они исчезли с косы), and the spit itself had almost melted out of sight in the growing distance (и сама коса почти исчезла из поля зрения на возрастающем расстоянии; to melt таять, плавиться; исчезать). That was, at least, the end of that (это было, наконец, концом /всего/ этого); and before noon, to my inexpressible joy (а до полудня, к моей невыразимой радости; to express выражать), the highest rock of Treasure Island had sunk into the blue round of sea (самая высокая гора Острова Сокровищ исчезла за голубым горизонтом моря; to sink опускаться, падать, тонуть, погружаться; round круг, очертание, сфера). 
2. We were so short of men, that everyone on board had to bear a hand (у нас было так мало людей, что каждому на борту приходилось работать; to bear a hand участвовать, помогать) — only the captain lying on a mattress in the stern and giving his orders (только капитан лежал на матраце на корме и отдавал приказания); for, though greatly recovered he was still in want of quiet (потому что, хотя он и значительно поправился, но все еще нуждался в покое; to be in want of нуждаться, испытывать потребность). We laid her head for the nearest port in Spanish America (мы держали курс: «положили ее нос» на ближайший порт в Испанской Америке), for we could not risk the voyage home without fresh hands (так как не могли отважиться на плавание домой без новых: «свежих» матросов); and as it was, what with baffling winds and a couple of fresh gales (и действительно, из-за переменных ветров и двух сильных штормов; fresh gale сильный ветер /8 баллов/), we were all worn out before we reached it (мы все /сильно/ утомились, прежде чем мы добрались до него; worn out уставший, измученный, утомленный; to wear out изнашивать(ся); изнурять, изматывать, переутомлять).


1. After that, we kept under cover of the bulwarks, and when next I looked out they had disappeared from the spit, and the spit itself had almost melted out of sight in the growing distance. That was, at least, the end of that; and before noon, to my inexpressible joy, the highest rock of Treasure Island had sunk into the blue round of sea. 



2. We were so short of men, that everyone on board had to bear a hand only the captain lying on a mattress in the stern and giving his orders; for, though greatly recovered he was still in want of quiet. We laid her head for the nearest port in Spanish America, for we could not risk the voyage home without fresh hands; and as it was, what with baffling winds and a couple of fresh gales, we were all worn out before we reached it. 


It was just at sundown when we cast anchor in a most beautiful land-locked gulf (был уже закат, когда мы бросили якорь в прекраснейшем окруженном со всех сторон сушей заливе; to lock запирать; окружать), and were immediately surrounded by shore boats full of Negroes (и нас немедленно окружили береговые шлюпки, полные негров), and Mexican Indians, and half- bloods (и мексиканских индейцев, и метисов: «полукровок»), selling fruits and vegetables, and offering to dive for bits of money (продававших фрукты и овощи и предлагавших нырнуть за  /брошенными в воду/ монетами; to offer предлагать, выражать готовность). The sight of so many good-humoured faces (especially the blacks) (вид столь многочисленных добродушных лиц /особенно черных/), the taste of the tropical fruits (вкус тропических фруктов), and above all, the lights that began to shine in the town (и, прежде всего, огни, которые начали светиться в городе), made a most charming contrast to our dark and bloody sojourn on the island (представляли самый обворожительный контраст нашему мрачному и кровавому пребыванию на острове); and the doctor and the squire, taking me along with them (доктор и сквайр, взяв меня с собой), went ashore to pass the early part of the night (сошли на берег, чтобы провести вечер: «раннюю часть ночи»). Here they met the captain of an English man-of-war (тут они встретились с капитаном английского военного корабля), fell in talk with him, went on board his ship (разговорились с ним, поднялись на борт его судна), and, in short, had so agreeable a time (и, одним словом, так приятно провели время), that day was breaking when we came alongside the Hispaniola (что день начинался, когда мы пришвартовались к Испаньоле). 


It was just at sundown when we cast anchor in a most beautiful land-locked gulf, and were immediately surrounded by shore boats full of negroes, and Mexican Indians, and half-bloods, selling fruits and vegetables, and offering to dive for bits of money. The sight of so many good-humoured faces (especially the blacks), the taste of the tropical fruits, and above all, the lights that began to shine in the town, made a most charming contrast to our dark and bloody sojourn on the island; and the doctor and the squire, taking me along with them, went ashore to pass the early part of the night. Here they met the captain of an English man-of-war, fell in talk with him, went on board his ship, and, in short, had so agreeable a time, that day was breaking when we came alongside the Hispaniola



1. Ben Gunn was on deck alone (Бен Ганн был на палубе один), and, as soon as we came on board (и, как только мы взошли на борт), he began, with wonderful contortions, to make us a confession (он принялся, поразительно извиваясь, исповедываться нам = каяться; contortion искажение, вывих, извивание). Silver was gone (Сильвер пропал). The maroon had connived at his escape in a shore boat some hours ago (отшельник помог его бегству на береговой шлюпке несколько часов назад; to connive at потворствовать, смотреть сквозь пальцы; shore boat шлюпка, поддерживающая сообщение с берегом, береговая шлюпка), and he now assured us he had only done so to preserve our lives (и теперь он уверял нас, что это сделал лишь, чтобы спасти наши жизни), which would certainly have been forfeit if 'that man with the one leg had stayed aboard (которые непременно были бы потеряны, если бы «этот человек с одной ногой остался на борту»).' But this was not all (но это было не все). The sea-cook had not gone empty handed (кок не ушел с пустыми руками). He had cut through a bulkhead unobserved (он проломил переборку незаметно), and had removed one of the sacks of coin, worth, perhaps, three or four hundred guineas (и вытащил один из мешочков с монетами, стоимостью, наверно, три или четыре сотни гиней), to help him on his further wanderings (которые помогут: «чтобы помочь ему» ему в его дальнейших странствиях)
2. I think we were all pleased to be so cheaply quit of him (думаю, мы все были рады отделаться от него столь дешево). Well, to make a long story short (итак, короче говоря: «чтобы сделать длинную историю короткой»), we got a few hands on board (мы взяли несколько матросов на борт), made a good cruise home (благополучно добрались домой), and the Hispaniola reached Bristol just as Mr. Blandly was beginning to think of fitting out her consort Испаньола достигла Бристоля как раз к тому времени, когда мистер Блендли начал думать, не снарядить ли корабль сопровождения /нам на помощь/). Five men only of those who had sailed returned with her (лишь пятеро из тех, кто ушел в
плавание, вернулись с ней /на Испаньоле/). 'Drink and the devil had done for the rest (пей, а дьявол позаботился обо всем остальном),' with a vengeance полном смысле слова = это были пророческие слова; vengeance месть, мщение); although, to be sure, we were not quite in so bad a case as that other ship they sang about (хотя, конечно, мы не были в таком плохом положении, как другой корабль, о котором они пели)


1. Ben Gunn was on deck alone, and, as soon as we came on board, he began, with wonderful contortions, to make us a confession. Silver was gone. The maroon had connived at his escape in a shore boat some hours ago, and he now assured us he had only done so to preserve our lives, which would certainly have been forfeit if 'that man with the one leg had stayed aboard.' But this was not all. The sea-cook had not gone empty handed. He had cut through a bulkhead unobserved, and had removed one of the sacks of coin, worth, perhaps, three or four hundred guineas, to help him on his further wanderings. 



2. I think we were all pleased to be so cheaply quit of him. Well, to make a long story short, we got a few hands on board, made a good cruise home, and the Hispaniola reached Bristol just as Mr. Blandly was beginning to think of fitting out her consort. Five men only of those who had sailed returned with her. 'Drink and the devil had done for the rest,' with a vengeance; although, to be sure, we were not quite in so bad a case as that other ship they sang about: 



1. 'With one man of her crew alive (с одним человеком из экипажа живым),  What put to sea with seventy-five (/вернулась шхуна/, которая вышла в море с семьюдесятью пятью).'
2. All of us had an ample share of the treasure (каждый из нас получил обильную долю сокровищ; ample обширный; богатый, изобильный, обильный), and used it wisely or foolishly, according to our natures использовал ее разумно или глупо, в соответствии с натурой). Captain Smollett is now retired from the sea (капитан Смоллетт теперь оставил море = морскую службу; to retire оставлять /должность/, уходить в отставку). Gray not only saved his money (Грей не только сберег деньги), but, being suddenly smit with the desire to rise (но, охваченный внезапным желанием приобрести вес  /в обществе/; to smite ударять, поражать, охватывать), also studied his profession (также изучил свою профессию = мореходное дело); and he is now mate and part owner of a fine full-rigged ship (теперь он помощник капитана и совладелец: «частичный владелец» отличного полностью оснащенного судна); married besides, and the father of a family (/он/ женился, кроме того, и /ныне/ является отцом семейства). As for Ben Gunn, he got a thousand pound — which he spent or lost in three weeks (что касается Бена Ганна, он получил тысячу фунтов, которые потратил или потерял за три недели), or, to be more exact, in nineteen days (или, более точно, за девятнадцать дней), for he was back begging on the twentieth (потому что он вернулся просить милостыню на двадцатый). Then he was given a lodge to keep (затем ему вверили сторожку у ворот = дали место привратника), exactly as he had feared upon the island (точно так, как он опасался на острове); and he still lives, a great favourite (он живет до сих пор, /будучи/ большим любимцем), though something of a butt, with the country boys (хотя иногда и /служит/ мишенью = объектом шуток для деревенских мальчишек), and a notable singer in church on Sundays and saints' days (и /он/ прекрасный певец в
церкви по воскресеньям и праздничным дням; notable заметный, достопримечательный, именитый; saint святой, праведник). 


1. 'With one man of her crew alive,  What put to sea with seventy-five.'



2. All of us had an ample share of the treasure, and used it wisely or foolishly, according to our natures. Captain Smollett is now retired from the sea. Gray not only saved his money, but, being suddenly smit with the desire to rise, also studied his profession; and he is now mate and part owner of a fine full-rigged ship; married besides, and the father of a family. As for Ben Gunn, he got a thousand pound which he spent or lost in three weeks, or, to be more exact, in nineteen days, for he was back begging on the twentieth. Then he was given a lodge to keep, exactly as he had feared upon the island; and he still lives, a great favourite, though something of a butt, with the country boys, and a notable singer in church on Sundays and saints' days. 



1. Of Silver we have heard no more (о Сильвере мы больше не слышали). That formidable seafaring man with one leg has at last gone clean out of my life (этот страшный моряк с одной ногой наконец-то совершенно ушел из моей жизни); but I daresay he met his old negress (но полагаю, он встретил свою старую негритянку), and perhaps still lives in comfort with her and Captain Flint (и, возможно, все еще живет  /где-нибудь/ спокойно с ней и Капитаном Флинтом). It is to be hoped so, I suppose (стоит надеяться на это, полагаю), for his chances of comfort in another world are very small (потому что его шансы на удобство = на хорошую жизнь в потустороннем мире очень малы)
2. The bar silver and the arms still lie, for all that I know (серебро в слитках и оружие все еще лежат, насколько мне известно), where Flint buried them (/там же/, где Флинт зарыл их); and certainly they shall lie there for me (и конечно, пусть там лежат, считаю я). Oxen and wain-ropes would not bring me back again to that accursed island (быки и веревки телеги = упряжь не вернули бы меня = меня ничем не заманить снова на этот проклятый остров); and the worst dreams that ever I have (и самые плохие сны, которые когда-либо у меня были) are when I hear the surf booming about its coasts (это когда я слышу, как прибой грохочет о его берега), or start upright in bed, with the sharp voice of Captain Flint still ringing in my ears (или вскакиваю в кровати от резкого голоса Капитана Флинта, до сих пор звучащего в моих ушах; upright вертикально, прямо): 'Pieces of eight (пиастры)! pieces of eight (пиастры)!'


1. Of Silver we have heard no more. That formidable seafaring man with one leg has at last gone clean out of my life; but I daresay he met his old negress, and perhaps still lives in comfort with her and Captain Flint. It is to be hoped so, I suppose, for his chances of comfort in another world are very small. 



2. The bar silver and the arms still lie, for all that I know, where Flint buried them; and certainly they shall lie there for me. Oxen and wain-ropes would not bring me back again to that accursed island; and the worst dreams that ever I have are when I hear the surf booming about its coasts, or start upright in bed, with the sharp voice of Captain Flint still ringing in my ears: 'Pieces of eight! pieces of eight!'


« Назад Вперёд

Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.