«Army Recruiting Office doctor the only one who thinks your health is fine.» - Единственный врач, который считает, что у вас все в порядке, работает в военкомате
 Saturday [ʹsætədı] , 14 December [dıʹsembə] 2019

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Остров сокровищ

Рейтинг:  3 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Chapter XXVII (глава 27)

'Pieces of Eight' (пиастры; piece of eight песо / испанская монета в восемь реалов/)



OWING to the cant of the vessel (из-за накренения судна; owing to по причине, вследствие; to owe быть должным /кому-л./; быть в долгу /перед кем-л./; быть обязанным), the masts hung far out over the water (мачты нависли прямо над водой; far out далеко наружу), and from my perch on the cross- trees I had nothing below me but the surface of the bay (и под моим насестом на салинге не было ничего, кроме поверхности  /воды/ бухты; perch жердь, насест). Hands, who was not so far up (Хендс, который был не так высоко = взобрался ниже меня), was, in consequence, nearer to the ship (был в результате /этого/ ближе к кораблю), and fell between me and the bulwarks (и упал /в воду/ между мной и фальшбортом). He rose once to the surface in a lather of foam and blood (он поднялся один раз на поверхность = всплыл в кровавой пене; latherпена  /от мыла, моющего средства и т. п./; foam пена), and then sank again for good (и затем погрузился снова навеки; to sink). As the water settled, I could see him lying huddled together on the clean, bright sand in the shadow of the vessel's sides (когда вода успокоилась, я видел, как он лежал, съежившись, на чистом светлом песке в тени бортов судна; to settle установиться, улечься, устраиваться; to huddle съеживаться, свёртываться калачиком). A fish or two whipped past his body (рыбка или две проплыли быстро над его телом; to whip хлестать; юркнуть, выскочить). Sometimes, by the quivering of the water (иногда, при колебании воды), he appeared to move a little, as if he were trying to rise (казалось, что он немного шевелится, как если бы пытался встать). But he was dead enough, for all that (но он был мертв достаточно = вполне, тем не менее), being both shot and drowned (будучи и застреленным, и утопленным), and was food for fish in the very place where he had designed my slaughter (и был пищей для рыб на том самом месте, где задумал убить меня; slaughter кровопролитие, резня, забой).


OWING to the cant of the vessel, the masts hung far out over the water, and from my perch on the cross-trees I had nothing below me but the surface of the bay. Hands, who was not so far up, was, in consequence, nearer to the ship, and fell between me and the bulwarks. He rose once to the surface in a lather of foam and blood, and then sank again for good. As the water settled, I could see him lying huddled together on the clean, bright sand in the shadow of the vessel's sides. A fish or two whipped past his body. Sometimes, by the quivering of the water, he appeared to move a little, as if he were trying to rise. But he was dead enough, for all that, being both shot and drowned, and was food for fish in the very place where he had designed my slaughter.



1. I was no sooner certain of this than I began to feel sick, faint, and terrified (как только я убедился в этом, я начал испытывать тошноту, слабость и ужас; be certain of быть уверенным в чем-то). The hot blood was running over my back and chest (горячая кровь бежала /струйками/ по моей спине и груди). The dirk, where it had pinned my shoulder to the mast (кинжал, там = в том месте, где он пригвоздил мое плечо к мачте), seemed to burn like a hot iron (казалось, жег, словно раскаленное железо); yet it was not so much these real sufferings that distressed me (но все-таки не эти реальные страдания тревожили меня; to distress причинять страдание, горе; мучить, терзать), for these, it seemed to me, I could bear without a murmur (их, казалось мне, я могу выносить безропотно; murmur шепот; ворчание; ропот); it was the horror I had upon my mind of falling from the cross-trees into that still green water (это был ужас, бывший у меня на уме = меня ужасала мысль падения с салинга в эту неподвижную зеленую воду), beside the body of the coxswain (около тела рулевого)
2. I clung with both hands till my nails ached (я вцепился  /в салинг/ обеими руками, пока мои ногти не заболели), and I shut my eyes as if to cover up the peril (и закрыл глаза, как будто чтобы скрыть = не видеть опасность). Gradually my mind came back again (постепенно голова моя прояснилась снова; mind разум; память), my pulses quieted down to a more natural time (скорость биения  /сердца/ снизилась до более нормального темпа; pulse пульс, биение, ритм, удар; to quiet down утихать, успокаиваться), and I was once more in possession of myself (и я снова владел собой: «был во владении себя»)


1. I was no sooner certain of this than I began to feel sick, faint, and terrified. The hot blood was running over my back and chest. The dirk, where it had pinned my shoulder to the mast, seemed to burn like a hot iron; yet it was not so much these real sufferings that distressed me, for these, it seemed to me, I could bear without a murmur; it was the horror I had upon my mind of falling from the cross-trees into that still green water, beside the body of the coxswain. 



2. I clung with both hands till my nails ached, and I shut my eyes as if to cover up the peril. Gradually my mind came back again, my pulses quieted down to a more natural time, and I was once more in possession of myself.



1. It was my first thought to pluck forth the dirk (моей первой мыслью было выдернуть кинжал); but either it stuck too hard or my nerve failed me (но либо он вонзился слишком сильно, либо мужество покинуло меня; nerve нерв, присутствие духа, сила воли; to fail терпеть неудачу; подвести); and I desisted with a violent shudder (и я отказался  /от этой затеи/ с сильным содроганием; violent неистовый; интенсивный, сильный  /например, о
боли/). Oddly enough, that very shudder did the business (как ни странно, это самое содрогание выполнило работу = помогло мне). The knife, in fact, had come the nearest in the world to missing me altogether (нож, на самом деле, прошел ближе всего в мире к /точке/, чтобы не попасть в меня совсем = нож меня только чуть-чуть задел меня); it held me by a mere pinch of skin (он держал меня лишь за кусочек кожи; pinch щипок, щепотка), and this the shudder tore away (и этот  /кусочек/ вздрагивание оторвало; to tear away отрывать, освобождать). The blood ran down the faster, to be sure (кровь, конечно, побежала быстрее = сильнее); but I was my own master again (но /зато/ я освободился: «был своим собственным хозяином снова»), and only tacked to the mast by my coat and shirt (и  /был/ только пригвожден к мачте камзолом и рубахой; to tack присоединять гвоздями или кнопками, прибивать, прихватывать). 
2. These last I broke through with a sudden jerk (эти последние  /державшие меня вещи/ я оторвал резким рывком), and then regained the deck by the starboard shrouds (и затем вернулся на палубу по вантам правого борта). For nothing in the world would I have again ventured (ни за что на свете я бы не отважился вновь), shaken as I was (несмотря на потрясение: «потрясенный, каким я был»), upon the overhanging port shrouds (/ступить/ на выступающие ванты; overhanging консольный, нависающий, выступающий), from which Israel had so lately fallen (с которых Израэль так недавно упал)
3. I went below, and did what I could for my wound (я спустился: «сошел вниз» и сделал, что мог для своей раны = попытался перевязать рану); it pained me a good deal, and still bled freely (она болела сильно, и обильно кровоточила); but it was neither deep nor dangerous (но она не была ни глубокой, ни опасной), nor did it greatly gall me when I used my arm (и не беспокоила сильно, когда я использовал руку). Then I looked around me, and as the ship was now, in a sense, my own (затем я огляделся и, так как теперь корабль был, в определенном смысле, моим), I began to think of clearing it from its last passenger — the dead man, O'Brien (я стал думать об освобождении его от последнего пассажира мертвого О`Брайена)


1. It was my first thought to pluck forth the dirk; but either it stuck too hard or my nerve failed me; and I desisted with a violent shudder. Oddly enough, that very shudder did the business. The knife, in fact, had come the nearest in the world to missing me altogether; it held me by a mere pinch of skin, and this the shudder tore away. The blood ran down the faster, to be sure; but I was my own master again, and only tacked to the mast by my coat and shirt. 



2. These last I broke through with a sudden jerk, and then regained the deck by the starboard shrouds. For nothing in the world would I have again ventured, shaken as I was, upon the overhanging port shrouds, from which Israel had so lately fallen. 



3. I went below, and did what I could for my wound; it pained me a good deal, and still bled freely; but it was neither deep nor dangerous, nor did it greatly gall me when I used my arm. Then I looked around me, and as the ship was now, in a sense, my own, I began to think of clearing it from its last passenger the dead man, O'Brien. 


He had pitched, as I have said, against the bulwarks (он скатился, как я сказал, к фальшборту), where he lay like some horrible, ungainly sort of puppet (где лежал, словно какая-то страшная, неуклюжая кукла); life-sized, indeed, but how different from life's colour or life's comeliness (в натуральную величину = ростом с человека, но как отличалась /она/ по цвету от живого человека и как
была безжизненна; different from отличный, непохожий на; life жизнь; comeliness миловидность, привлекательность)! In that position, I could easily have my way with him (при таком положении  /трупа/ я мог легко справиться с ним); and as the habit of tragical adventures had worn off almost all my terror for the dead (и так как привычка = частота /пережитых/ трагических приключений почти полностью стерла мой страх перед мертвецами), I took him by the waist as if he had been a sack of bran (я взял его за талию, как /если бы он был/ мешок с отрубями), and, with one good heave, tumbled him overboard (и, одним хорошим броском, швырнул его за борт). He went in with a sounding plunge (он нырнул с громким всплеском; to go in входить, заходить; plunge ныряние, погружение); the red cap came off, and remained floating on the surface (красный колпак слетел и остался плавать на поверхности); and as soon as the splash subsided (как только брызги улеглись), I could see him and Israel lying side by side (я увидел, что он и Израэль лежат бок о бок), both wavering with the tremulous movement of the water (оба колыхаясь с дрожащим движением воды). O'Brien, though still quite a young man, was very bald (О`Брайен, хотя еще довольно молодой, был очень плешивым). There he lay, with that bald head across the knees of the man who had killed him (он лежал, /положив/ плешивую голову на колени человека, который убил его), and the quick fishes steering to and fro over both (и быстрые рыбки сновали туда-сюда над обоими; to steer следовать, идти /по курсу/, направлять). 


He had pitched, as I have said, against the bulwarks, where he lay like some horrible, ungainly sort of puppet; life-sized, indeed, but how different from life's colour or life's comeliness! In that position, I could easily have my way with him; and as the habit of tragical adventures had worn off almost all my terror for the dead, I took him by the waist as if he had been a sack of bran, and, with one good heave, tumbled him overboard. He went in with a sounding plunge; the red cap came off, and remained floating on the surface; and as soon as the splash subsided, I could see him and Israel lying side by side, both wavering with the tremulous movement of the water. O'Brien, though still quite a young man, was very bald. There he lay, with that bald head across the knees of the man who had killed him, and the quick fishes steering to and fro over both. 



1. I was now alone upon the ship (теперь я был один на корабле); the tide had just turned (отлив только что начался). The sun was within so few degrees of setting (солнце стояло так низко: «было в нескольких градусах захода»; within внутри, в пределах, в течение; degree степень, уровень, градус) that already the shadow of the pines upon the western shore began to reach right across the anchorage (что уже тень сосен  /растущих/ на западном берегу начала доходить прямо до стоянки), and fall in patterns on the deck (и падать узорами на палубу; to fall in впадать, обрушиваться). The evening breeze had sprung up (вечерний бриз возник/начался), and though it was well warded off by the hill with the two peaks upon the east (и хотя  /стоянка/ была хорошо защищена холмом с двумя вершинами с востоке; to ward off отражать /опасность/, отвращать), the cordage had begun to sing a little softly to itself and the idle sails to rattle to and fro (снасти начали тихо гудеть, а свободные паруса хлопать /и раскачиваться/ взад и вперед)
2. I began to see a danger to the ship (я начал видеть, что судну грозит опасность). The jibs I speedily doused and brought tumbling to the deck (кливера я быстро спустил и швырнул на палубу; to douse окунуть, погасить, быстро спустить); but the mainsail was a harder matter (но  /спустить/ грот было более трудной задачей). Of course, when the schooner canted over, the boom had swung out-board (конечно, когда шхуна опрокинулась = накренилась, гик перекинулся за борт), and the cap of it and a foot or two of sail hung even under water (и наконечник его и фут-два паруса опустились даже под воду). I thought this made it still more dangerous (я подумал, что это сделало /положение/ еще опаснее); yet the strain was so heavy that I half feared to meddle (напряжение было таким сильным, что я почти испугался вмешиваться). At last, I got my knife and cut the halyards (наконец, я достал нож и перерезал фалы /фал трос для подъема парусов/). The peak dropped instantly (вершина  /мачты/ упала тотчас), a great belly of loose canvas floated broad upon the water (большое пузо ненатянутого паруса поплыло свободно по  /поверхности/ воды); and since, pull as I liked, I could not budge the downhaul (и с этого момента, как бы я ни тянул, я не мог сдвинуть с места нирал  /веревка для опускания или удержания паруса/); that was the extent of what I could accomplish (это было выше моих сил: «это было пределом того, что я мог совершить»). For the rest, the Hispaniola must trust to luck, like myself (что до остального, Испаньола должна положиться на удачу, как я сам)


1. I was now alone upon the ship; the tide had just turned. The sun was within so few degrees of setting that already the shadow of the pines upon the western shore began to reach right across the anchorage, and fall in patterns on the deck. The evening breeze had sprung up, and though it was well warded off by the hill with the two peaks upon the east, the cordage had begun to sing a little softly to itself and the idle sails to rattle to and fro. 



2. I began to see a danger to the ship. The jibs I speedily doused and brought tumbling to the deck; but the mainsail was a harder matter. Of course, when the schooner canted over, the boom had swung out-board, and the cap of it and a foot or two of sail hung even under water. I thought this made it still more dangerous; yet the strain was so heavy that I half feared to meddle. At last, I got my knife and cut the halyards. The peak dropped instantly, a great belly of loose canvas floated broad upon the water; and since, pull as I liked, I could not budge the downhaul; that was the extent of what I could accomplish. For the rest, the Hispaniola must trust to luck, like myself. 



1. By this time the whole anchorage had fallen into shadow (к тому времени всю стоянку окутали сумерки; to fall into впадать, погружаться) — the last rays, I remember, falling through a glade of the wood (последние лучи, помню, падали = пробивались через лесную прогалину), and shining bright as jewels, on the flowery mantle of the wreck (и сияли, как драгоценные камни, на покрытой цветами обшивке разбитого судна; mantle плащ, накидка; обшивка). It began to be chill (стало холодать); the tide was rapidly fleeting seaward (отлив быстро уходил; to fleet плыть по поверхности, быстро протекать, исчезать; seaward в направлении моря, к морю), the schooner settling more and more on her beam-ends (шхуна ложилась все больше и больше на борт)
2. I scrambled forward and looked over (я пробрался вперед = на нос и осмотрелся; to scramble карабкаться; протискиваться, продираться). It seemed shallow enough (казалось довольно мелко /под носом/), and holding the cut hawser in both hands for a last security (и, ухватившись за обрезанный трос обеими руками для особой безопасности; last последний, крайний, чрезвычайный; hawser перлинь; /стальной/ трос), I let myself drop softly overboard (я мягко перелез через борт; to drop капать; падать). The water scarcely reached my waist (вода едва доходила мне до пояса; waist талия, пояс; to reach достигать); the sand was firm and covered with ripple marks (песок был плотным и покрытым следами ряби), and I waded ashore in great spirits (и я пошел вброд к берегу в большом воодушевлении), leaving the Hispaniola on her side (оставляя Испаньолу /лежать/ на боку), with her mainsail trailing wide upon the surface of the bay (и ее парус стелился во всю ширину на поверхности бухты; to trail тащиться, волочить, стелиться). About the same time the sun went fairly down (примерно в это же время солнце совсем село), and the breeze whistled low in the dusk among the tossing pines (и бриз гудел низко в сумерках посреди качающихся сосен)
3. At least, and at last, I was off the sea (по крайней мере и наконец-то я оставил море), nor had I returned thence empty-handed (но не возвращался оттуда с пустыми руками). There lay the schooner, clear at last from buccaneers (там /у берега/ лежала шхуна, освобожденная, наконец, от пиратов) and ready for our own men to board and get to sea again (и готовая, чтобы наши люди = команда села на нее и вышла в море снова). I had nothing nearer my fancy than to get home to the stockade and boast of my achievements (не было ничего ближе моему желанию, чем попасть домой, за частокол, и похвастаться своими достижениями). Possibly I might be blamed a bit for my truantry (возможно, меня осудят немного за бегство; truantry прогул, манкирование службой), but the recapture of the Hispaniola was a clenching answer (но обратный захват Испаньолы разительный ответ; to clench зажимать, закреплять, укреплять, фиксировать; сделать вывод, подвести итог, окончательно решить), and I hoped that even Captain Smollett would confess I had not lost my time (и я надеялся, что даже капитан Смоллетт признает, что я не потерял /даром/ время)


1. By this time the whole anchorage had fallen into shadow the last rays, I remember, falling through a glade of the wood, and shining bright as jewels, on the flowery mantle of the wreck. It began to be chill; the tide was rapidly fleeting seaward, the schooner settling more and more on her beam-ends. 



2. I scrambled forward and looked over. It seemed shallow enough, and holding the cut hawser in both hands for a last security, I let myself drop softly overboard. The water scarcely reached my waist; the sand was firm and covered with ripple marks, and I waded ashore in great spirits, leaving the Hispaniola on her side, with her mainsail trailing wide upon the surface of the bay. About the same time the sun went fairly down, and the breeze whistled low in the dusk among the tossing pines. 



3. At least, and at last, I was off the sea, nor had I returned thence empty- handed. There lay the schooner, clear at last from buccaneers and ready for our own men to board and get to sea again. I had nothing nearer my fancy than to get home to the stockade and boast of my achievements. Possibly I might be blamed a bit for my truantry, but the recapture of the Hispaniola was a clenching answer, and I hoped that even Captain Smollett would confess I had not lost my time. 



1. So thinking, and in famous spirits (размышляя так и в отличном /состоянии/ духа), I began to set my face homeward for the block-house and my companions (я начал поворачиваться лицом по направлению к дому, чтобы  /выйти/ к блокгаузу и моим друзьям). I remembered that the most easterly of the rivers which drain into Captain Kidd's anchorage (я вспомнил, что самая восточная из рек, которая впадает в бухту капитана Кидда) ran from the two-peaked hill upon my left (бежит от = берет начало у двуглавого холма слева от меня); and I bent my course in that direction (и я свернул в том направлении; to bend сгибать(ся); гнуть(ся), изгибать(ся); поворачивать, отклоняться; course курс, направление) that I might pass the stream while it was small (где я мог перейти поток, пока он был маленьким = чтобы перейти реку в самом узком
месте). The wood was pretty open (лес был довольно открытый = редкий), and keeping along the lower spurs (и, держа  /путь/ вдоль более низких уступов/отрогов горы; spur шпора; отрог или уступ горы), I had soon turned the corner of that hill (я вскоре повернул за угол того холма), and not long after waded to the mid-calf across the water-course (и немного спустя перешел вброд, /погружая ноги/ до половины икры, через поток)
2. This brought me near to where I had encountered Ben Gunn, the maroon (эта /дорога/ привела меня к тому  /месту/, где я встретил Бена Ганна, высаженного на необитаемый остров человека); and I walked more circumspectly, keeping an eye on every side (я пошел более осмотрительно, смотря по сторонам: «держа глаз на каждую сторону»). The dusk had come nigh hand completely (сумерки подошли  /на расстояние вытянутой/ руки = стало совсем темно; nigh близкий), and, as I opened out the cleft between the two peaks (и когда я прошел через расщелину между двумя вершинами; to open out раскрыть, расширить), I became aware of a wavering glow against the sky (я увидел колыхавшийся отблеск /пламени/ напротив = на фоне неба; to be aware of осознавать, отдавать себе отчет; замечать) where, as I judged, the man of the island was cooking his supper before a roaring fire (где, как я решил: «судил», островитянин готовил свой ужин на пылающем костре; roaring шумный, ревущий, оживленный; to roar реветь; рычать). And yet I wondered, in my heart, that he should show himself so careless (и все-таки я удивлялся в душе, что он проявляет себя так неосторожно). For if I could see this radiance (потому что, если я мог видеть это сияние), might it not reach the eyes of Silver himself (разве не могло оно достигнуть и глаз самого Сильвера = его может увидеть и Сильвер) where he camped upon the shore among the marshes (/из того места/, где он устроил лагерь на берегу среди болот)


1. So thinking, and in famous spirits, I began to set my face homeward for the block-house and my companions. I remembered that the most easterly of the rivers which drain into Captain Kidd's anchorage ran from the two-peaked hill upon my left; and I bent my course in that direction that I might pass the stream while it was small. The wood was pretty open, and keeping along the lower spurs, I had soon turned the corner of that hill, and not long after waded to the mid-calf across the water-course. 



2. This brought me near to where I had encountered Ben Gunn, the maroon; and I walked more circumspectly, keeping an eye on every side. The dusk had come nigh hand completely, and, as I opened out the cleft between the two peaks, I became aware of a wavering glow against the sky where, as I judged, the man of the island was cooking his supper before a roaring fire. And yet I wondered, in my heart, that he should show himself so careless. For if I could see this radiance, might it not reach the eyes of Silver himself where he camped upon the shore among the marshes? 



1. Gradually the night fell blacker (постепенно ночь становилась темнее); it was all I could do to guide myself even roughly towards my destination (я делал все, что мог, чтобы вести себя = идти хотя бы приблизительно: «грубо» по направлению к месту назначения); the double hill behind me and the Spy-glass on my right hand loomed faint and fainter (двуглавый холм позади меня и Подзорная Труба по правую руку вырисовывались все слабее и слабее); the stars were few and pale (звезды были немногочисленны и тусклы); and in the low ground where I wandered I kept tripping among bushes and rolling into sandy pits (и в низине, через которую я пробирался, я постоянно натыкался на кусты и скатывался в песчаные ямы; to wander бродить, блуждать; to
keep держать, сохранять, продолжать делать что-то; to trip бежать вприпрыжку; спотыкаться, падать). 
2. Suddenly a kind of brightness fell about me (внезапно нечто вроде блеска возникло вокруг меня). I looked up (я глянул вверх); a pale glimmer of moonbeams had alighted on the summit of the Spy-glass (тусклое мерцание лунного света озарило вершину Подзорной Трубы; moonbeam полоса лунного света, лунный луч; to alight сходить, приземляться, опускаться), and soon after I saw something broad and silvery moving low down behind the trees, and knew the moon had risen (и вскоре после того, как я увидел что-то широкое и серебристое, двигавшееся низко позади = сквозь деревья, я понял, что луна взошла)
3. With this to help me (с такой помощью = благодаря луне), I passed rapidly over what remained to me of my journey (я стремительно проделал оставшийся путь: «прошел быстро через то, что оставалось мне от моего пути»; to pass over проходить, переправляться; to remain оставаться, сохраняться; journey путешествие, путь); and, sometimes walking, sometimes running, impatiently drew near to the stockade (и то шагая, то пробегая, с нетерпением приближался к частоколу; patient терпеливый). Yet, as I began to thread the grove that lies before it (однако, когда я стал проходить через рощу, что лежит перед ним), I was not so thoughtless but that I slacked my pace and went a trifle warily (я не был таким беспечным, чтобы не замедлить шаг и не пойти немного осмотрительнее; pace шаг; скорость, темп; thought мысль; thoughtless бездумный). It would have been a poor end of my adventures (это было бы печальным концом моих приключений) to get shot down by my own party in mistake (быть застреленным по ошибке моей же собственной командой /моими же соратниками/)


1. Gradually the night fell blacker; it was all I could do to guide myself even roughly towards my destination; the double hill behind me and the Spy-glass on my right hand loomed faint and fainter; the stars were few and pale; and in the low ground where I wandered I kept tripping among bushes and rolling into sandy pits. 



2. Suddenly a kind of brightness fell about me. I looked up; a pale glimmer of moonbeams had alighted on the summit of the Spy-glass, and soon after I saw something broad and silvery moving low down behind the trees, and knew the moon had risen. 



3. With this to help me, I passed rapidly over what remained to me of my journey; and, sometimes walking, sometimes running, impatiently drew near to the stockade. Yet, as I began to thread the grove that lies before it, I was not so thoughtless but that I slacked my pace and went a trifle warily. It would have been a poor end of my adventures to get shot down by my own party in mistake. 



1. The moon was climbing higher and higher (луна поднималась все выше и выше; to climb карабкаться; подниматься); its light began to fall here and there in masses through the more open districts of the wood (ее свет начинал падать местами: «здесь и там» на более открытые участки леса = осветил лесные полянки); and right in front of me a glow of a different colour appeared among the trees (и прямо передо мной сияние иного цвета появилось среди деревьев). It was red and hot, and now and again it was a little darkened (оно было красным и горячим, и время от времени оно становилось немного темнее) — as it were the embers of a bonfire smouldering (словно это были
последние тлеющие угли потухающего костра; bonfire костер, огнище; to smoulder тлеть, теплиться). 
2. For the life of me, I could not think what it might be (хоть убейте: «за свою жизнь», я не мог понять, что бы это могло быть)
3. At last I came right down upon the borders of the clearing (наконец, я дошел прямо до опушки; border граница, край; опушка; clearing расчищенный участок леса, поляна; to clear расчищать). The western end was already steeped in moonshine (западный край /частокола/ был уже погружен в лунный свет); the rest, and the block-house itself (остальная /часть/ и сам блокгауз), still lay in a black shadow, chequered with long, silvery streaks of light (все еще лежали во мраке, прорезанном местами длинными серебристыми полосками света; to chequer графить в клетку, размещать в шахматном порядке). On the other side of the house (на другой стороне дома) an immense fire had burned itself into clear embers (громадный костер догорал: «сжег себя», /оставляя/ яркие угольки) and shed a steady, red reverberation (и давая равномерные красные отсветы; to shed ронять, терять, излучать; reverberation отражение, отзвук), contrasted strongly with the mellow paleness of the moon (отличавшиеся резко от мягкой бледности луны; mellow спелый, зрелый, мягкий). There was not a soul stirring, nor a sound beside the noises of the breeze (не было ни души двигавшейся, ни звука, помимо шума бриза)


1. The moon was climbing higher and higher; its light began to fall here and there in masses through the more open districts of the wood; and right in front of me a glow of a different colour appeared among the trees. It was red and hot, and now and again it was a little darkened as it were the embers of a bonfire smouldering. 



2. For the life of me, I could not think what it might be. 



3. At last I came right down upon the borders of the clearing. The western end was already steeped in moonshine; the rest, and the block-house itself, still lay in a black shadow, chequered with long, silvery streaks of light. On the other side of the house an immense fire had burned itself into clear embers and shed a steady, red reverberation, contrasted strongly with the mellow paleness of the moon. There was not a soul stirring, nor a sound beside the noises of the breeze. 



1. I stopped, with much wonder in my heart (я остановился, очень удивленный: «со значительным удивлением в сердце»), and perhaps a little terror also (и, быть может, к тому же немного напуганный). It had not been our way to build great fires (это не было нашей привычкой разводить большие костры); we were, indeed, by the captain's orders, somewhat niggardly of firewood (мы были, благодаря приказаниям капитана, несколько скупы на дрова); and I began to fear that something had gone wrong while I was absent (и я начал опасаться, не случилось ли чего-нибудь плохого, пока я отсутствовал; to go wrong испортиться, выйти из строя, сбиться с правильного пути). 
2. I stole round by the eastern end (я прокрался к восточному краю), keeping close in shadow (прячась в тени: «держась скрытно в тени»), and at a convenient place, where the darkness was thickest, crossed the palisade (и в удобном месте, там, где темнота была самой густой, перелез через частокол)
3. To make assurance surer (для большей вероятности: «чтобы сделать уверенность надежнее»), I got upon my hands and knees, and crawled, without a sound (я опустился на четвереньки и пополз беззвучно), towards the corner of the house (к углу дома). As I drew nearer, my heart was suddenly and greatly lightened (когда я приблизился, мое сердце внезапно и сильно облегчилось = я вздохнул свободно). It is not a pleasant noise in itself (это неприятный звук сам по себе), and I have often complained of it at other times (и я часто жаловался на него в иные времена); but just then it was like music to hear my friends snoring together so loud and peaceful in their sleep (но именно тогда было музыкой для моих ушей слышать, как мои друзья храпят дружно так громко и мирно в своем сне; to snore храпеть). The sea cry of the watch, that beautiful 'All's well (/даже/ морской крик караульного, это прекрасное «Все в порядке»),' never fell more reassuringly on my ear (никогда не звучало более успокоительно для моего уха; to reassure заверять, уверять; успокаивать; утешать). 


1. I stopped, with much wonder in my heart, and perhaps a little terror also. It had not been our way to build great fires; we were, indeed, by the captain's orders, somewhat niggardly of firewood; and I began to fear that something had gone wrong while I was absent. 



2. I stole round by the eastern end, keeping close in shadow, and at a convenient place, where the darkness was thickest, crossed the palisade. 



3. To make assurance surer, I got upon my hands and knees, and crawled, without a sound, towards the corner of the house. As I drew nearer, my heart was suddenly and greatly lightened. It is not a pleasant noise in itself, and I have often complained of it at other times; but just then it was like music to hear my friends snoring together so loud and peaceful in their sleep. The sea cry of the watch, that beautiful 'All's well,' never fell more reassuringly on my ear. 



1. In the meantime, there was no doubt of one thing (тем временем, не было сомнения в одном); they kept an infamous bad watch (они поставили очень плохих часовых; infamous имеющий дурную репутацию, скверный, позорный). If it had been Silver and his lads that were now creeping in on them (если бы сейчас Сильвер и его ребята подкрадывались к ним), not a soul would have seen daybreak (ни душа = ни один из них не увидел бы рассвета). That was what it was, thought I, to have the captain wounded (вот что значит, подумал я, «иметь капитана раненным» = когда капитан ранен); and again I blamed myself sharply for leaving them in that danger with so few to mount guard (и опять я упрекнул себя резко за то, что покинул их в такой опасности, когда некого поставить в караул; to mount guard вступать в караул, стоять на посту; to mount guard подниматься; залезать, взбираться  /на что-л./; занимать /какое-л. место/). 
2. By this time I had got to the door and stood up (к этому времени я добрался до двери и встал /там/). All was dark within, so that I could distinguish nothing by the eye (все было темно внутри, так что я ничего не мог различить). As for sounds, there was the steady drone of the snorers (что касается звуков, слышалось равномерное гудение храпящих), and a small occasional noise, a flickering or pecking (и тихий нерегулярный звук, колыхание крыльев или постукивание; to peck клевать, долбить клювом) that I could in no way account for (который я никоим образом не мог объяснить)
3. With my arms before me I walked steadily in (/держа/ руки перед собой, я вошел размеренно внутрь). I should lie down in my own place (I thought, with a silent chuckle) (я лягу на свое место, подумал я с беззвучным смехом; chuckleдовольный смех, хихиканье, смех про себя) and enjoy their faces when they found me in the morning (и наслажусь = потешусь над их лицами, когда они обнаружат меня утром)


1. In the meantime, there was no doubt of one thing; they kept an infamous bad watch. If it had been Silver and his lads that were now creeping in on them, not a soul would have seen daybreak. That was what it was, thought I, to have the captain wounded; and again I blamed myself sharply for leaving them in that danger with so few to mount guard. 



2. By this time I had got to the door and stood up. All was dark within, so that I could distinguish nothing by the eye. As for sounds, there was the steady drone of the snorers, and a small occasional noise, a flickering or pecking that I could in no way account for. 



3. With my arms before me I walked steadily in. I should lie down in my own place (I thought, with a silent chuckle) and enjoy their faces when they found me in the morning. 



1. My foot struck something yielding (моя нога запнулась о что-то мягкое; to strike ударять) — it was a sleeper's leg (то была нога спящего); and he turned and groaned, but without awaking (он повернулся /на другой бок/ и простонал, но не проснулся)
2. And then, all of a sudden, a shrill voice broke forth out of the darkness (и затем, неожиданно, пронзительный голос закричал в темноте; to break forth вырваться, разразиться): 
3. 'Pieces of eight (пиастры)! pieces of eight (пиастры)! pieces of eight (пиастры)! pieces of eight! Pieces of eight!' and so forth, without pause or change like the clacking of a tiny mill (и так далее, без остановки или изменения /голоса/, как шум крошечной мельницы; to clack болтать, трещать, щелкать). 
4. Silver's green parrot, Captain Flint (зеленый попугай Сильвера, Капитан Флинт)! It was she whom I had heard pecking at a piece of bark (это его я слышал, когда он долбил клювом кусочек коры); it was she, keeping better watch than any human being (это он нес вахту лучше, чем любой часовой; human being человек, человеческое существо), who thus announced my arrival with her wearisome refrain (изъявил о моем приходе своим утомительным криком; refrain припев, рефрен). 


1. My foot struck something yielding it was a sleeper's leg; and he turned and groaned, but without awaking. 



2. And then, all of a sudden, a shrill voice broke forth out of the darkness: 



3. 'Pieces of eight! pieces of eight! pieces of eight! pieces of eight! Pieces of eight!' and so forth, without pause or change like the clacking of a tiny mill. 



4. Silver's green parrot, Captain Flint! It was she whom I had heard pecking at a piece of bark; it was she, keeping better watch than any human being, who thus announced my arrival with her wearisome refrain. 



1. I had no time left me to recover (у меня не было времени прийти в себя). At the sharp, clipping tone of the parrot (при резком, звонком крике попугая; clipping острый, резкий), the sleepers awoke and sprang up (спящие проснулись и вскочили); and with a mighty oath, the voice of Silver cried (и с сильный ругательством, голос Сильвер закричал): — 
2. 'Who goes (кто идет)?'
3. I turned to run, struck violently against one person (я бросился бежать, врезался сильно в одного) recoiled, and ran full into the arms of a second, who, for his part (отшатнулся и побежал прямо в руки другого, который, со своей стороны), closed upon and held me tight (надвинулся на меня и крепко схватил)
4. 'Bring a torch, Dick (принеси факел, Дик),' said Silver, when my capture was thus assured (сказал Сильвер, когда моя поимка была таким образом обеспечена = когда меня так вот окончательно поймали)
5. And one of the men left the log-house (и один из матросов вышел из сруба), and presently returned with a lighted brand (и вскоре вернулся с горящей головешкой)


1. I had no time left me to recover. At the sharp, clipping tone of the parrot, the sleepers awoke and sprang up; and with a mighty oath, the voice of Silver cried:  



2. 'Who goes?' 



3. I turned to run, struck violently against one person, recoiled, and ran full into the arms of a second, who, for his part, closed upon and held me tight. 



4. 'Bring a torch, Dick,' said Silver, when my capture was thus assured. 



5. And one of the men left the log-house, and presently returned with a lighted brand. 



Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.