«If you arguing with a fool, so, he’s doing the same. (If an ass (donkey) bray at you, don’t bray at him.)» - Если вы спорите с дураком, значит, он делает то же самое
 Sunday [ʹsʌndı] , 23 September [sepʹtembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Герберт Уэллс. "Машина Времени"

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

CHAPTER XI


'I have already told you of the sickness and confusion that comes with time travelling (я уже рассказывал вам о тошноте и замешательстве которые вызывает путешествие по времени; sickness — недомогание тошнота). And this time I was not seated properly in the saddle (но на этот раз я/к тому же не сидел должным образом = плохосидел в седле), but sideways and in an unstable fashion (боком и неустойчиво; stable — стойкий устойчивый). For an indefinite time I clung to the machine as it swayed and vibrated (неопределенное время я провисел/таким образом пока моя Машина раскачивалась и вибрировала), quite unheeding how I went (не обращая внимания как я двигался; to heed — обращать внимание), and when I brought myself to look at the dials again (а когда я пришел в себя и посмотрел на циферблаты снова; to bring oneself — приходитьвсебя оправиться), I was amazed to find where I had arrived (то был поражен обнаружив куда я приехал; to amaze — изумлять поражать удивлять).


sideways [`saɪdweɪz], unstable [`ʌn`steɪbl], vibrate [vaɪ`breɪt]

'I have already told you of the sickness and confusion that comes with time travelling. And this time I was not seated properly in the saddle, but sideways and in an unstable fashion. For an indefinite time I clung to the machine as it swayed and vibrated, quite unheeding how I went, and when I brought myself to look at the dials again I was amazed to find where I had arrived.


'One dial records days (один циферблат отмечал дни; to record — записывать регистрировать отмечать), and another thousands of days (другой тысячи дней), another millions of days (другой = третий миллионы), and another thousands of millions (а другой = четвертый тысячи миллионов). Now, instead of reversing the levers (оказалось что вместо того чтобы повернуть рычаги назад; to reverse — перевертывать переворачивать;дать задний или обратный ход), I had pulled them over so as to go forward with them (я повернул их так что/Машина помчалась вперед; forward — с этого момента отныне вперед дальше), and when I came to look at these indicators (и взглянув на указатели), I found that the thousands hand was sweeping round as fast as the seconds hand of a watch (я обнаружил что стрелка/отмечающая тысячи/дней вертелась с быстротой секундной стрелки часов)—into futurity (в будущее).


record [rɪ`kɔ:d], thousand [`θauzənd], round [raund], watch [wɔʧ]

'One dial records days, and another thousands of days, another millions of days, and another thousands of millions. Now, instead of reversing the levers, I had pulled them over so as to go forward with them, and when I came to look at these indicators I found that the thousands hand was sweeping round as fast as the seconds hand of a watch—into futurity.


'As I drove on, a peculiar change crept over the appearance of things (по мере моего движения необыкновенная перемена овладела внешним видом/окружающих предметов; to creep over — охватывать/кого-либо овладевать/кем-либо чем-либо/). The palpitating greyness grew darker (дрожащая сумрачность стала темнее; to palpitate — сильно биться пульсировать трепетать дрожать; greyness — серость сумрачность пасмурность); then—though I was still travelling with prodigious velocity (затем хотя я все еще двигался с невероятной скоростью; prodigious — чрезмерный непомерный, невероятнобольшой)—the blinking succession of day and night (мерцающая смена дня и ночи; succession — последовательность череда смена), which was usually indicative of a slower pace, returned (обычно указывавшая на более медленную скорость вернулась; indicative — указывающий показывающий; pace —шаг скорость темп), and grew more and more marked (и становилась все заметнее; marked — отмеченный помеченный явный заметный). This puzzled me very much at first (cначала это меня очень озадачило). The alternations of night and day grew slower and slower (cмена ночи и дня становилась все медленнее и медленнее; alteration —изменение перемена), and so did the passage of the sun across the sky (так же как и прохождение солнца по небу; passage — прохождение переход), until they seemed to stretch through centuries (пока не стало казаться что/сутки тянутся/целое столетие).


palpitate [`pælpɪteɪt], prodigious [prə`dɪdʒəs], passage [`pæsɪdʒ]

'As I drove on, a peculiar change crept over the appearance of things. The palpitating greyness grew darker; then—though I was still travelling with prodigious velocity—the blinking succession of day and night, which was usually indicative of a slower pace, returned, and grew more and more marked. This puzzled me very much at first. The alternations of night and day grew slower and slower, and so did the passage of the sun across the sky, until they seemed to stretch through centuries.


'At last a steady twilight brooded over the earth (в конце концов ровные сумерки нависли над землей; to brood — высиживать яйца;нависать/об облаках тьме/), a twilight only broken now and then when a comet glared across the darkling sky (сумерки которые прорывались/лишь по временам когда комета озаряла ярким светом темнеющее небо; darkling —темнеющий темный). The band of light that had indicated the sun had long since disappeared (полоса света указывающая на солнце, = надгоризонтом давно исчезла; band — тесьма лента повязка полоса); for the sun had ceased to set (солнце перестало закатываться больше не закатывалось)—it simply rose and fell in the west (оно просто поднималось и падало на западе), and grew ever broader and more red (становясь шире = больше и краснее; broad —широкий обширный). All trace of the moon had vanished (луна бесследно исчезла«весь след луны исчез»). The circling of the stars, growing slower and slower (круговое движение звезд становившееся все медленнее и медленнее; circling — движение по кругу), had given place to creeping points of light (уступило место ползущим по небу точкам света светящимся точкам; point — точка пятнышко крапинка).


steady [`stedɪ], comet [`kɔmɪt], cease [si:z]

'At last a steady twilight brooded over the earth, a twilight only broken now and then when a comet glared across the darkling sky. The band of light that had indicated the sun had long since disappeared; for the sun had ceased to set—it simply rose and fell in the west, and grew ever broader and more red. All trace of the moon had vanished. The circling of the stars, growing slower and slower, had given place to creeping points of light.


'At last, some time before I stopped (наконец незадолго до того как я остановился), the sun, red and very large (солнце красное и очень большое), halted motionless upon the horizon (застыло неподвижно над горизонтом; to halt — останавливать/ся делатьпривал), a vast dome glowing with a dull heat (огромный купол который светил/источая слабое тепло; to glow — светиться сверкать; dull —тусклый слабый; heat — жара тепло теплота), and now and then suffering a momentary extinction (и по временам испытывал мгновенное исчезновение на мгновение исчезал; to suffer —страдать испытывать претерпевать). At one time it had for a little while glowed more brilliantly again (один раз оно запылало ярким огнем снова), but it speedily reverted to its sullen red heat (но быстро возвратилось к своему мрачному красному теплу; to revert — возвращать/ся/; sullen — сердитый угрюмый/о человеке печальный мрачный). I perceived by this slowing down of its rising and setting (я заключил из этого замедления восходов и закатов; toperceive— воспринимать понимать осознавать) that the work of the tidal drag was done (что работа периодического тормоза была сделана сработал периодический тормоз; tidal— связанный с приливом и отливом периодический чередующийся; tide — прилив и отлив/на море океане/; drag— нечто тяжелое нечто тормозящее движение).


revert [rɪ`və:t], sullen [`sʌlən], tidal [taɪdl]

'At last, some time before I stopped, the sun, red and very large, halted motionless upon the horizon, a vast dome glowing with a dull heat, and now and then suffering a momentary extinction. At one time it had for a little while glowed more brilliantly again, but it speedily reverted to its sullen red heat. I perceived by this slowing down of its rising and setting that the work of the tidal drag was done.


'The earth had come to rest with one face to the sun (земля пришла к/состоянию покоя = пересталавращаться, /обратившись одной стороной к солнцу), even as in our own time the moon faces the earth (точно так же как в наше время луна обращена к земле; to face — стоять лицом к/чему-либо,быть обращенным/в определенную сторону/). Very cautiously, for I remembered my former headlong fall (очень осторожно помня свое предыдущее стремительное падение; former — бывший давний предшествующий предыдущий; headlong — головой вперед/о падении вниз нырянии стремительный), I began to reverse my motion (я начал разворачивать = замедлять свое движение). Slower and slower went the circling hands (cтрелки стали крутиться все медленнее и медленнее), until the thousands one seemed motionless and the daily one was no longer a mere mist upon its scale (пока та что указывала тысячи/дней не стала неподвижной а та что/указывала дни больше не была простой дымкой по шкале не казалась сплошным кругом; daily — ежедневный суточный; scale — градация шкала). Still slower, until the dim outlines of a desolate beach grew visible (/я стал двигаться еще медленнее пока смутные очертания пустынного берега не стали видимы; outline —очертание контур абрис; desolate —одинокий пустынный необитаемый; beach — пляж берег).


cautiously [`kɔ:ʃəslɪ], scale [skeɪl], outline [`autlaɪn]

'The earth had come to rest with one face to the sun, even as in our own time the moon faces the earth. Very cautiously, for I remembered my former headlong fall, I began to reverse my motion. Slower and slower went the circling hands until the thousands one seemed motionless and the daily one was no longer a mere mist upon its scale. Still slower, until the dim outlines of a desolate beach grew visible.


'I stopped very gently and sat upon the Time Machine, looking round (я остановился очень тихо = осторожно и/продолжал сидеть в Машине Времени оглядываясь вокруг; gentle — знатный родовитый тихий спокойный). The sky was no longer blue (небо/уже не было больше голубым). North-eastward it was inky black (на северо-востоке оно было чернильно-черным; ink— чернила), and out of the blackness shone brightly and steadily the pale white stars (и из/глубины мрака сияли ярким и ровным/светом бледные белые звезды; pale— бледный). Overhead it was a deep Indian red and starless (/прямо над головой небо было темно-красное и беззвездное; star— звезда; deepIndianred— пурпурно-красный цвет; Indianred— природный краситель варьирующийся от желтовато-красного до пурпурно-красного), and south-eastward it grew brighter to a glowing scarlet (а к юго-востоку оно становилось ярче/доходя до сверкающего алого; scarlet— алый ярко-красный цвет с оттенком оранжевого) where, cut by the horizon (где усеченная/линией горизонта; tocut— резать отрезать отсекать усекать), lay the huge hull of the sun, red and motionless (лежала громадная оболочка солнца красного и неподвижного; hull— скорлупа шелуха оболочка). The rocks about me were of a harsh reddish colour (скалы вокруг меня были неестественного красноватого цвета; rock— скала; harsh— жесткий грубый неприятный/на ощупь неестественный), and all the trace of life that I could see at first (и единственным признаком жизни который я мог увидеть сначала) was the intensely green vegetation that covered every projecting point on their south-eastern face (была ярко-зеленая растительность покрывавшая все выступы на юго-восточной стороне/скал/; vegetation— растительность; toproject—проектировать выдаваться выступать). It was the same rich green that one sees on forest moss or on the lichen in caves (это была та же пышная зелень которую можно увидеть на лесных мхах или лишайниках в пещерах; cave— пещера): plants which like these grow in a perpetual twilight (растениях которые любят расти в постоянной полутьме; perpetual— бесконечный вечный).


hull [hʌl], lichen [`laɪkən], perpetual [pə`peʧuəl]

'I stopped very gently and sat upon the Time Machine, looking round. The sky was no longer blue. North-eastward it was inky black, and out of the blackness shone brightly and steadily the pale white stars. Overhead it was a deep Indian red and starless, and south-eastward it grew brighter to a glowing scarlet where, cut by the horizon, lay the huge hull of the sun, red and motionless. The rocks about me were of a harsh reddish colour, and all the trace of life that I could see at first was the intensely green vegetation that covered every projecting point on their south-eastern face. It was the same rich green that one sees on forest moss or on the lichen in caves: plants which like these grow in a perpetual twilight.


'The machine was standing on a sloping beach (машина стояла на отлогом берегу; to slope —клониться иметь наклон). The sea stretched away to the south-west (море расстилалось к юго-западу), to rise into a sharp bright horizon against the wan sky (поднимаясь/вплоть до резкой яркой/линии горизонта на тусклом небе; sharp — острый резкий; wan — бледный изнуренный;серый тусклый). There were no breakers and no waves (не было ни прибоя ни волн; breaker — разрушитель уничтожитель бурун прибой), for not a breath of wind was stirring (так как не было ни малейшего дыхания = дуновения ветра; breath — дыхание; to stir —шевелить/ся двигать/ся/). Only a slight oily swell rose and fell like a gentle breathing (только слабая ровная зыбь вздымалась и опускалась как будто тихо дышала; swell — возвышение выпуклость волнение зыбь), and showed that the eternal sea was still moving and living (показывая тем самым что вечное море все еще двигалось и жило; eternal — вечный непреходящий). And along the margin where the water sometimes broke was a thick incrustation of salt (вдоль берега/там где вода иногда отступала была = виднелась толстая кора соли; margin — край/чего-либо зд берег; to break — ломать разбивать/начасти разрушать временно прекращать зд отступить; incrustation — кора корка накипь)—pink under the lurid sky (розовая под пылающим небом; lurid — мертвенно-бледный;огненный пылающий). There was a sense of oppression in my head (в моей голове было ощущение тяжести; oppression — притеснение угнетение тяжесть), and I noticed that I was breathing very fast (и я заметил что дышу очень быстро; to notice — замечать обращатьвнимание). The sensation reminded me of my only experience of mountaineering (это ощущение напомнило мне мою единственную попытку восхождения в горы; to remind /of/ — напоминать/кого-либо что-либо/; only — только единственный; experience — опыт попытка; mountaineering — альпинизм восхождениевгоры), and from that I judged the air to be more rarefied than it is now (и из этого я заключил что воздух станет более разреженным чем сейчас; to rarefy —разжижать/ся разрежать/ся/).


margin [`mɑ:dʒɪn], incrustation ["ɪnkrʌs`teɪʃ(ə)n], lurid [`ljuərɪd], mountaineering ["mauntɪ`nɪərɪŋ]

'The machine was standing on a sloping beach. The sea stretched away to the south-west, to rise into a sharp bright horizon against the wan sky. There were no breakers and no waves, for not a breath of wind was stirring. Only a slight oily swell rose and fell like a gentle breathing, and showed that the eternal sea was still moving and living. And along the margin where the water sometimes broke was a thick incrustation of salt—pink under the lurid sky. There was a sense of oppression in my head, and I noticed that I was breathing very fast. The sensation reminded me of my only experience of mountaineering, and from that I judged the air to be more rarefied than it is now.


'Far away up the desolate slope I heard a harsh scream (вдали на пустынном берегу я услышал пронзительный визг; scream — вопль пронзительный крик визг), and saw a thing like a huge white butterfly go slanting and fluttering up into the sky (и увидел нечто похожее на огромную белую бабочку которая наклоняясь и махая крыльями/взлетела в небо; to slant — наклоняться отклоняться; to flutter — махать или бить крыльями перепархивать) and, circling, disappear over some low hillocks beyond (и описав круг исчезла за низкими холмами). The sound of its voice was so dismal that I shivered and seated myself more firmly upon the machine (звук ее голоса был столь зловещим что я невольно вздрогнул и уселся крепче на/своей машине; dismal — мрачный унылый зловещий; to shiver —трепетать дрожать трястись; firm — твердый прочный крепкий). Looking round me again (оглядевшись вокруг снова), I saw that, quite near, what I had taken to be a reddish mass of rock was moving slowly towards me (я увидел достаточно близко как то что я принял за красноватую скалу стало медленно приближаться ко мне; to take — брать взять принимать/закого-либоиличто-либо/). Then I saw the thing was really a monstrous crab-like creature (затем я разглядел в нем чудовищное крабоподобное существо; monstrous — чудовищный; crab-like — похожийнакраба крабоподобный).


desolate [`des(ə)lət], dismal [`dɪzməl], firmly [`fə:mlɪ]

'Far away up the desolate slope I heard a harsh scream, and saw a thing like a huge white butterfly go slanting and fluttering up into the sky and, circling, disappear over some low hillocks beyond. The sound of its voice was so dismal that I shivered and seated myself more firmly upon the machine. Looking round me again, I saw that, quite near, what I had taken to be a reddish mass of rock was moving slowly towards me. Then I saw the thing was really a monstrous crab-like creature.


'Can you imagine a crab as large as yonder table (можете представить себе краба величиной с вон тот стол; yonder — вонтот/книж уст./), with its many legs moving slowly and uncertainly (со множеством ног медленно и нерешительно шевелящихся; uncertain —неопределенный нерешительный), its big claws swaying (с огромными качающимися клешнями; claw — коготь клешня), its long antennae, like carters' whips, waving and feeling (с длинными щупальцами как хлысты возчиков покачивающимися и ощупывающими/дорогу/; carter — возчик ломовойизвозчик; whip — хлыст; to wave — вызывать или совершать волнообразные движения качаться колыхаться) and its stalked eyes gleaming at you on either side of its metallic front (и глазами на стебельках мерцающих на вас по обе стороны/отливающего металлом лба; stalk —цветоножка стебель черенок; front — лоб лицо)? Its back was corrugated and ornamented with ungainly bosses (спина его была вся сморщена и украшена нескладными выступами; to corrugate — морщить/ся сморщивать/ся/; to ornament — украшать; ungainly — неловкий нескладный неуклюжий; boss —выпуклость выступ), and a greenish incrustation blotched it here and there (а местами покрыта пятнами с зеленоватым налетом; to blotch — покрыватьпятнами). I could see the many palps of its complicated mouth flickering and feeling as it moved (я мог видеть как многочисленные щупальца его замысловатого рта дрожали и шарили/вокруг по мере его движения; complicated — сложный усложненный зд замысловатый).


antennae [æn`teni:], whip [wɪp], stalk [stɔ:k], corrugate [`kɔrəgeɪt]

'Can you imagine a crab as large as yonder table, with its many legs moving slowly and uncertainly, its big claws swaying, its long antennae, like carters' whips, waving and feeling, and its stalked eyes gleaming at you on either side of its metallic front? Its back was corrugated and ornamented with ungainly bosses, and a greenish incrustation blotched it here and there. I could see the many palps of its complicated mouth flickering and feeling as it moved.


'As I stared at this sinister apparition crawling towards me (пока я пристально глядел на это зловещее привидение подползающее ко мне; sinister — зловещий злой; apparition — появление/особ неожиданное привидение призрак), I felt a tickling on my cheek as though a fly had lighted there (я/вдруг почувствовал щекочущее прикосновение на щеке как будто муха села на нее; to tickle — щекотать чувствоватьщекотание; to light = alight —опускаться садиться/на что-либо/). I tried to brush it away with my hand (я попробовал согнать ее/взмахом руки; to brush away — смахивать), but in a moment it returned (но через мгновение/ощущение возобновилось), and almost immediately came another by my ear (и почти сразу возникло такое же возле моего уха; immediate —прямой непосредственный немедленный). I struck at this, and caught something threadlike (я ударил = отмахнулся и схватил рукой нечто похожее на нитку; thread — нитка нить). It was drawn swiftly out of my hand (ее быстро выдернули из моей руки; todraw—тащить волочить вытаскивать вытягивать выдергивать). With a frightful qualm, I turned (c пугающим беспокойством = испугавшись и забеспокоившись, я обернулся; qualm— приступ тошноты беспокойство тревожное состояние), and I saw that I had grasped the antenna of another monster crab that stood just behind me (и увидел что я схватил щупальце другого чудовищного краба который стоял прямо у меня за спиной; antenna— антенна усик щупальце/зоол./).


sinister [`sɪnɪstə], apparition ["æpə`rɪʃ(ə)n], qualm [kwɑ:m]

'As I stared at this sinister apparition crawling towards me, I felt a tickling on my cheek as though a fly had lighted there. I tried to brush it away with my hand, but in a moment it returned, and almost immediately came another by my ear. I struck at this, and caught something threadlike. It was drawn swiftly out of my hand. With a frightful qualm, I turned, and I saw that I had grasped the antenna of another monster crab that stood just behind me.


'Its evil eyes were wriggling on their stalks (его свирепые глаза извивались на стержнях; evil — дурной плохой злой свирепый; to wriggle — извивать/ся изгибать/ся/), its mouth was all alive with appetite (рот был разинут в предвкушении добычи«рот был весь живой от аппетита»; alive — живой), and its vast ungainly claws, smeared with an algal slime, were descending upon me (а огромные неуклюжие клешни измазанные слизью водорослей спускались прямо на меня; algal — относящийся к водорослям водорослевый; alga — морская водоросль; slime — липкий ил тина слизь; to descend — спускаться сходить опускать вести вниз). In a moment my hand was on the lever (в одно мгновение моя рука была = оказалась на рычаге), and I had placed a month between myself and these monsters (и я установил/расстояние в месяц между мной и этими чудовищами; to place — помещать устанавливать; place — место). But I was still on the same beach (но я по-прежнему находился на том же берегу), and I saw them distinctly now as soon as I stopped (и теперь увидел их отчетливо как только остановился). Dozens of them seemed to be crawling here and there (казалось несколько дюжин их ползали взад и вперед; dozen— дюжина), in the sombre light (в мрачном свете; sombre— мрачный темный), among the foliated sheets of intense green (по лиственному полотну яркой зелени; sheet— простыня/предмет постельного белья полотно холст).


wriggle [rɪgl], vast [vɑ:st], algal [`ælgəl], crawling [`krɔ:lɪŋ]

'Its evil eyes were wriggling on their stalks, its mouth was all alive with appetite, and its vast ungainly claws, smeared with an algal slime, were descending upon me. In a moment my hand was on the lever, and I had placed a month between myself and these monsters. But I was still on the same beach, and I saw them distinctly now as soon as I stopped. Dozens of them seemed to be crawling here and there, in the sombre light, among the foliated sheets of intense green.


'I cannot convey the sense of abominable desolation that hung over the world (не могу передать ощущение страшного запустения которое висело = царило в мире; to convey — перевозить переправлять передавать; desolation — опустошение разорение запустение; to hang). The red eastern sky (багровое небо на востоке; eastern — восточный), the northward blackness (на севере чернота), the salt Dead Sea (соленое Мертвое море), the stony beach crawling with these foul, slow-stirring monsters (каменистый пляж по которому ползала эти мерзкие медленно шевелящиеся чудовища; foul — загрязненный нечистый мерзкий), the uniform poisonous-looking green of the lichenous plants (однообразные ядовито-зеленые лишайники«ядовито выглядевшая зелень лишнайниковых растений»; uniform — однообразный одинаковый; poisonous — ядовитый; poison— яд; lichen — лишайник), the thin air that hurts one's lungs (разреженный воздух вызывающий боль в легких; thin —тонкий разреженный/о газах/; to hurt — причинятьболь): all contributed to an appalling effect (все это дополняло ужасающее впечатление; to contribute — делать пожертвования взносы;вноситьвклад добавлять дополнять; to appall —ужасать потрясать). I moved on a hundred years (я перенесся на столетие/вперед/), and there was the same red sun (и там было все то же багровое солнце)—a little larger, a little duller (немного больше и тусклее)—the same dying sea (то же умирающее море), the same chill air (тот же холодный воздух; chill — холодный вызывающий дрожь озноб), and the same crowd of earthy crustacea creeping in and out among the green weed and the red rocks (и то же множество наземных ракообразных ползающих среди зеленой сорной травы и красных скал; crutacea — ракообразные; weed — сорная трава сорняк). And in the westward sky (а в западной/части неба), I saw a curved pale line like a vast new moon (я увидел изогнутый бледный серп похожий на огромную нарождающуюся луну; to curve —гнуть изгибать/ся/).


lichenous [`laɪkənəs], earthy [`ə:θɪ], crustacea [krʌs`teɪʃɪə]

'I cannot convey the sense of abominable desolation that hung over the world. The red eastern sky, the northward blackness, the salt Dead Sea, the stony beach crawling with these foul, slow-stirring monsters, the uniform poisonous-looking green of the lichenous plants, the thin air that hurts one's lungs: all contributed to an appalling effect. I moved on a hundred years, and there was the same red sun—a little larger, a little duller—the same dying sea, the same chill air, and the same crowd of earthy crustacea creeping in and out among the green weed and the red rocks. And in the westward sky, I saw a curved pale line like a vast new moon.


'So I travelled (так я передвигался по времени), stopping ever and again (останавливаясь то тут то там), in great strides of a thousand years or more (огромными скачками в тысячу лет и больше; stride — большой шаг расстояние преодолеваемое за один шаг), drawn on by the mystery of the earth's fate (увлеченный тайной судьбы Земли; to draw on — натягивать надевать вызывать/действовать зд увлекать; fate — судьба доля), watching with a strange fascination the sun grow larger and duller in the westward sky (/и наблюдая со странной зачарованностью как солнце становится все огромней и тусклей на западе; fascination — очарование привлекательность притягательность), and the life of the old earth ebb away (а жизнь старой земли угасает;to ebb — отступать убывать/о воде угасать). At last, more than thirty million years hence, the huge red-hot dome of the sun had come to obscure nearly a tenth part of the darkling heavens (наконец больше чем через тридцать миллионов лет огромный красный раскаленный купол солнца заслонил собой почти десятую часть потемневшего неба; to obscure — затемнять затенять заслонять). Then I stopped once more (я остановился еще раз), for the crawling multitude of crabs had disappeared (так как ползающее множество крабов/уже исчезло; multitude —множество большое число масса), and the red beach, save for its livid green liverworts and lichens, seemed lifeless (а красный берег не считая бледно-зеленых печеночников и лишайников казался безжизненным; livid — серовато-синий;мертвенно-бледный).


fascination ["fæsɪ`neɪʃ(ə)n], livid [`lɪvɪd], multitude [`mʌltɪtju:d], liverwort [`lɪvəwə:t]

'So I travelled, stopping ever and again, in great strides of a thousand years or more, drawn on by the mystery of the earth's fate, watching with a strange fascination the sun grow larger and duller in the westward sky, and the life of the old earth ebb away. At last, more than thirty million years hence, the huge red-hot dome of the sun had come to obscure nearly a tenth part of the darkling heavens. Then I stopped once more, for the crawling multitude of crabs had disappeared, and the red beach, save for its livid green liverworts and lichens, seemed lifeless.


'And now it was flecked with white (теперь/земля была покрыта пятнами белого/снега/; to fleck — покрывать пятнами крапинками; fleck —пятно). A bitter cold assailed me (ужасный холод охватил меня; toassail— нападать атаковать наступать). Rare white flakes ever and again came eddying down (редкие белые хлопья время от времени падали клубясь/на землю/; flake— /мн хлопья; toeddy— крутиться в водовороте клубиться; eddy— маленький водоворот воронка вихрь облако клубы/дыма пыли/). To the north-eastward, the glare of snow lay under the starlight of the sable sky (на северо-востоке сверкание снега лежало = снег сверкал под звездами на траурном небе; sable— соболь/геральд поэт черный траурный), and I could see an undulating crest of hillocks pinkish white (и я мог видеть волнистые вершины розовато-белых холмов; undulate— быть волнистым двигаться колебаться волнообразно). There were fringes of ice along the sea margin (по краю моря была = проходила бахрома льда; fringe— бахрома), with drifting masses further out (и дрейфующие/ледяные глыбы/уносились вперед); but the main expanse of that salt ocean (однако большая часть этого соленого океана; expanse— простор/широкое пространство ширь и простор), all bloody under the eternal sunset (кровавая под лучами вечного заката; blood— кровь), was still unfrozen (еще не замерзла; tofreeze— замерзать обледеневать).


assail [ə`seɪl], undulate [`ʌndjuleɪt], fringe [frɪndʒ]

'And now it was flecked with white. A bitter cold assailed me. Rare white flakes ever and again came eddying down. To the north-eastward, the glare of snow lay under the starlight of the sable sky and I could see an undulating crest of hillocks pinkish white. There were fringes of ice along the sea margin, with drifting masses further out; but the main expanse of that salt ocean, all bloody under the eternal sunset, was still unfrozen.


'I looked about me to see if any traces of animal life remained (я огляделся ища не осталось ли каких-нибудь следов животной жизни). A certain indefinable apprehension still kept me in the saddle of the machine (некоторое смутное опасение все еще удерживало меня в седле Машины; indefinable — неопределимый неописуемый смутный). But I saw nothing moving (но я не увидел ничего движущегося признаков жизни), in earth or sky or sea (ни на земле ни в небе ни на море). The green slime on the rocks alone testified that life was not extinct (лишь зеленые водоросли на скалах свидетельствовали что жизнь еще не совсем угасла). A shallow sandbank had appeared in the sea (мелкое песчаное дно появилось в море; shallow— мелкий мелководный) and the water had receded from the beach (и вода отступила от берегов; torecede— отступать пятиться удаляться; beach— прибрежная полоса). I fancied I saw some black object flopping about upon this bank (мне показалось я увидел какой-то черный предмет неуклюже передвигающийся по этой отмели; toflop— свисать болтаться неуклюже передвигаться), but it became motionless as I looked at it (но он стал неподвижен когда я посмотрел на него), and I judged that my eye had been deceived (и я решил что зрение обмануло меня; todeceive—обманывать вводить в заблуждение), and that the black object was merely a rock (и этот черный предмет был просто камнем; rock—скала утес камень булыжник). The stars in the sky were intensely bright (звезды на небе были необычайно яркие) and seemed to me to twinkle very little (и мне казалось/что они мерцали очень мало).


indefinable ["ɪndɪ`faɪnəbl], extinct [ɪk`stɪŋkt], shallow [`ʃæləu]

'I looked about me to see if any traces of animal life remained. A certain indefinable apprehension still kept me in the saddle of the machine. But I saw nothing moving, in earth or sky or sea. The green slime on the rocks alone testified that life was not extinct. A shallow sandbank had appeared in the sea and the water had receded from the beach. I fancied I saw some black object flopping about upon this bank, but it became motionless as I looked at it, and I judged that my eye had been deceived, and that the black object was merely a rock. The stars in the sky were intensely bright and seemed to me to twinkle very little.


'Suddenly I noticed that the circular westward outline of the sun had changed (вдруг я заметил что круговые очертания солнца на западе изменились); that a concavity, a bay, had appeared in the curve (какая-то впадина или бухта появилась на его изгибе краю; concavity — вогнутая поверхность впадина; bay — бухта залив). I saw this grow larger (я увидел как она становилась больше). For a minute perhaps I stared aghast at this blackness that was creeping over the day (с минуту возможно я в ужасе смотрел на эту черноту наползавшую на день; aghast— пораженный ужасом ошеломленный), and then I realized that an eclipse was beginning (а потом понял что это начинается затмение; eclipse—затмение/астр./). Either the moon or the planet Mercury was passing across the sun's disk (либо луна либо планета Меркурий проходили перед солнечным диском). Naturally, at first I took it to be the moon (разумеется сначала я принял ее за луну), but there is much to incline me to believe (но многое склонило меня полагать; to incline — наклоняться склоняться;склоняться к/какой-либомысли/) that what I really saw was the transit of an inner planet passing very near to the earth (что то что я действительно видел было прохождением одной из внутренних планет = крупныхпланетнашейсистемы, идущей очень близко к земле; transit — проезд поездка;прохождение планеты через меридиан/астр./).


concavity [kɔn`kævətɪ], aghast [ə`gɑ:st], Mercury [`mə:kj(ə)rɪ]

'Suddenly I noticed that the circular westward outline of the sun had changed; that a concavity, a bay, had appeared in the curve. I saw this grow larger. For a minute perhaps I stared aghast at this blackness that was creeping over the day, and then I realized that an eclipse was beginning. Either the moon or the planet Mercury was passing across the sun's disk. Naturally, at first I took it to be the moon, but there is much to incline me to believe that what I really saw was the transit of an inner planet passing very near to the earth.


'The darkness grew apace (темнота быстро надвигалась; apace — быстро; pace —шаг скорость темп); a cold wind began to blow in freshening gusts from the east (холодный ветер начал дуть освежающими порывами с востока; gust — порыв/ветра/), and the showering white flakes in the air increased in number (и сыпавшиеся/с неба снежные хлопья в воздухе увеличились в количестве; to shower — пролиться сильным дождем;усыпать усеивать; shower— ливень). From the edge of the sea came a ripple and whisper (c кромки моря/до меня донесся шелест волн; ripple — зыбь рябь небольшая волна; whisper —шепот шорох шуршание шелест). Beyond these lifeless sounds the world was silent (но кроме этих безжизненных звуков мир был молчалив; silent —безмолвный немой молчаливый). Silent (молчалив)? It would be hard to convey the stillness of it (было бы трудно передать это безмолвие; still — бесшумный тихий безмолвный). All the sounds of man (все звуки людей), the bleating of sheep (блеяние овец; to bleat — блеять), the cries of birds (голоса птиц), the hum of insects (жужжание насекомых; hum — жужжание), the stir that makes the background of our lives (все то движение которое создает фон нашей жизни; background — задний план фон незаметная позиция; stir — шевеление движение суета) —all that was over (все это закончилось отошло в прошлое; to be over — закончиться завершиться).


apace [ə`peɪs], gust [gʌst], bleat [bli:t]

'The darkness grew apace; a cold wind began to blow in freshening gusts from the east, and the showering white flakes in the air increased in number. From the edge of the sea came a ripple and whisper. Beyond these lifeless sounds the world was silent. Silent? It would be hard to convey the stillness of it. All the sounds of man, the bleating of sheep, the cries of birds, the hum of insects, the stir that makes the background of our lives—all that was over.


'As the darkness thickened (по мере того как мрак сгущался; to thicken —утолщать/ся сгущать/ся/), the eddying flakes grew more abundant (клубящиеся хлопья становились обильнее падали все чаще), dancing before my eyes (танцуя у меня перед глазами); and the cold of the air more intense (воздух становился холоднее«и холод воздуха становился интенсивнее»). At last, one by one, swiftly, one after the other (наконец быстро одна за другой), the white peaks of the distant hills vanished into blackness (белые вершины далеких гор погрузились в темноту; peak — мыс пик вершина). The breeze rose to a moaning wind (легкий ветерок перешел в стонущий ветер; to moan —стонать). I saw the black central shadow of the eclipse sweeping towards me (я увидел черную тень затмения ползущую на меня). In another moment the pale stars alone were visible (через мгновение одни только бледные звезды были видимы; visible — видимый видный). All else was rayless obscurity (кругом была темнота без проблеска света непроглядная тьма; ray —луч слабый свет проблеск; obscurity — мрак темнота тьма). The sky was absolutely black (небо стало совершенно черным).


thicken [`θɪk(ə)n], moan [məun], visible [`vɪzəbl]

'As the darkness thickened, the eddying flakes grew more abundant, dancing before my eyes; and the cold of the air more intense. At last, one by one, swiftly, one after the other, the white peaks of the distant hills vanished into blackness. The breeze rose to a moaning wind. I saw the black central shadow of the eclipse sweeping towards me. In another moment the pale stars alone were visible. All else was rayless obscurity. The sky was absolutely black.


'A horror of this great darkness came on me (ужас перед этой безбрежной тьмой охватил меня). The cold, that smote to my marrow (холод пронизывавший до мозга костей; to smite — ударять бить охватывать поражать; marrow — костныймозг), and the pain I felt in breathing (и боль которую я чувствовал при дыхании), overcame me (овладели мной). I shivered (я дрожал), and a deadly nausea seized me (я чувствовал сильную тошноту«и смертельная тошнота охватила меня»; toseize— схватить хватать/руками когтями охватить обуять). Then like a red-hot bow in the sky appeared the edge of the sun (потом подобно раскаленной дуге на небе/снова появился край солнца; bow— круг дуга любая кривая линия). I got off the machine to recover myself (я слез с машины чтобы немного прийти в себя; to get off — сойти слезть). I felt giddy and incapable of facing the return journey (я чувствовал головокружение и был неспособен/даже подумать об обратном путешествии; capable— способный; to face smth. — стоять лицом к чему-либо смело смотреть в лицо/опасности/).


marrow [`mærəu], bow [bəu], giddy [`gɪdɪ]

'A horror of this great darkness came on me. The cold, that smote to my marrow, and the pain I felt in breathing, overcame me. I shivered, and a deadly nausea seized me. Then like a red-hot bow in the sky appeared the edge of the sun. I got off the machine to recover myself. I felt giddy and incapable of facing the return journey.


'As I stood sick and confused (пока я стоял больной и растерянный; to confuse — смешивать путать;запутывать сбивать с толку) I saw again the moving thing upon the shoal (я/вдруг снова увидел движущийся предмет на отмели; shoal —мелководье отмель)—there was no mistake now that it was a moving thing (ошибки быть теперь не могло что это был движущийся предмет)—against the red water of the sea (на фоне красной морской воды). It was a round thing (это было нечто круглое), the size of a football perhaps (размером где-то с футбольный мяч), or, it may be, bigger (а может быть и больше), and tentacles trailed down from it (и с него свисали длинные щупальца; tentacle —щупальце/зоол./; to trail — протаптывать/тропинку прокладывать путь;волочиться свисать/о волосах деталяходежды и т д./); it seemed black against the weltering blood-red water (он казался черным на вздымавшейся кроваво-красной воде; to welter — барахтаться валяться;вздыматься/о волнах/), and it was hopping fitfully about (и передвигался прерывистыми скачками; to hop — скакать; fitful — порывистый прерывистый). Then I felt I was fainting (я почувствовал что начинаю терять сознание). But a terrible dread of lying helpless in that remote and awful twilight sustained me while I clambered upon the saddle (но ужасный страх лежать беспомощно в этой далекой и страшной полутьме придавал мне силы пока я взбирался в седло; tosustain— поддерживать/морально и материально придавать силы; toclamber— карабкаться взбираться).


shoal [ʃəul], welter [`weltə], fitfully [`fɪtf(ə)l]

'As I stood sick and confused I saw again the moving thing upon the shoal—there was no mistake now that it was a moving thing—against the red water of the sea. It was a round thing, the size of a football perhaps, or, it may be, bigger, and tentacles trailed down from it; it seemed black against the weltering blood-red water, and it was hopping fitfully about. Then I felt I was fainting. But a terrible dread of lying helpless in that remote and awful twilight sustained me while I clambered upon the saddle.



Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.