«This is my life and my rules, if you don’t wanna live obeying them - just don’t meddle into my life!» - Моя жизнь - мои правила, не хочешь жить по моим правилам - не лезь в мою жизнь!
 Friday [ʹfraıdı] , 21 September [sepʹtembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Эдгар Берроуз. Принцесса Марса

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

CHAPTER XVIII. CHAINED IN WARHOON (закованный в цепи в Ворхуне)

It must have been several hours before I regained consciousness (прошло должно быть несколько часов прежде чем я снова пришел в себя) and I well remember the feeling of surprise (и я хорошо помню чувство удивления) which swept over me as I realized that I was not dead (которое охватило меня когда я осознал что я не умер; to sweep — мести сметать налетать обуять охватить).

I was lying among a pile of sleeping silks and furs (я лежал среди груды спальных шелков и мехов) in the corner of a small room in which were several green warriors (в углу маленькой комнаты в которой находилось несколько зеленых воинов), and bending over me was an ancient and ugly female (а надо мной склонилась старая и безобразная женщина).

As I opened my eyes she turned to one of the warriors (когда я открыл глаза она повернулась к одному из воинов), saying,

"He will live (он будет жить), O Jed."

"'Tis well," replied the one so addressed (это хорошо ответил тот к кому она так обращалась), rising and approaching my couch (/он встал и подошел к моему ложу), "he should render rare sport for the great games (он должен обеспечить редкостное развлечение на больших играх; to render — оказывать обеспечивать; sport — спорт забава развлечение)."


consciousness ['kɔnʃəsnɪs], surprise [sə'praɪz], render ['rendə]

It must have been several hours before I regained consciousness and I well remember the feeling of surprise which swept over me as I realized that I was not dead.

I was lying among a pile of sleeping silks and furs in the corner of a small room in which were several green warriors, and bending over me was an ancient and ugly female.

As I opened my eyes she turned to one of the warriors, saying,

"He will live, O Jed."

"'Tis well," replied the one so addressed, rising and approaching my couch, "he should render rare sport for the great games."


And now as my eyes fell upon him (и теперь когда мой взгляд упал на него), I saw that he was no Thark (я увидел что он не был тарком), for his ornaments and metal were not of that horde (так как его украшения и знаки различия не принадлежали этому племени). He was a huge fellow (он был огромный малый), terribly scarred about the face and chest (страшно обезображенный шрамами на лице и груди; to scar — оставлять шрамы обезображивать шрамами; scar — шрам), and with one broken tusk and a missing ear (с одним сломанным клыком и недостающим ухом). Strapped on either breast were human skulls (на каждой стороне груди ремнями были закреплены человеческие черепа; to strap — связывать скреплять ремнями) and depending from these a number of dried human hands (и с них же свисало множество высохших человеческих кистей рук).

His reference to the great games (его упоминание о больших играх; reference — ссылка упоминание) of which I had heard so much while among the Tharks (о которых я слышал так много пока был у тарков) convinced me that I had but jumped from purgatory into gehenna (убедило меня в том что я попал из огня да в полымя«из чистилища в ад»; purgatory — чистилище; gehenna — геенна ад).

After a few more words with the female (обменявшись еще несколькими словами с женщиной), during which she assured him that I was now fully fit to travel (которыми она уверила его что я уже вполне готов путешествовать; fit — готовый здоровый), the jed ordered that we mount and ride after the main column (джед приказал нам садиться верхом и ехать следом за основной колонной).


dried [draɪd], purgatory ['pə:gət(ə)rɪ], gehenna [gə'henə]

And now as my eyes fell upon him, I saw that he was no Thark, for his ornaments and metal were not of that horde. He was a huge fellow, terribly scarred about the face and chest, and with one broken tusk and a missing ear. Strapped on either breast were human skulls and depending from these a number of dried human hands.

His reference to the great games of which I had heard so much while among the Tharks convinced me that I had but jumped from purgatory into gehenna.

After a few more words with the female, during which she assured him that I was now fully fit to travel, the jed ordered that we mount and ride after the main column.


I was strapped securely to as wild and unmanageable a thoat as I had ever seen (я был надежно привязан ремнями к настолько дикому и непокорному тоту какого мне только доводилось видеть; unmanageable — неуправляемый дикий; to manage — управлять справляться), and, with a mounted warrior on either side to prevent the beast from bolting (при этом едущие верхом с каждой стороны воины/должны были помешать животному рвануться вперед; to bolt — бросаться вперед понести/о лошади/; bolt — стрела особенно арбалетная стрела), we rode forth at a furious pace in pursuit of the column (мы мчались вперед бешеным галопом в погоне за колонной; pursuit — преследование погоня). My wounds gave me but little pain (мои раны почти не причиняли мне«причиняли лишь немного боли), so wonderfully and rapidly had the applications and injections of the female (столь чудесно и быстро компрессы и инъекции/сделанные женщиной; application — прикладывание компресс примочка) exercised their therapeutic powers (проявили свою лечебную силу; to exercise — упражнять проявлять), and so deftly had she bound and plastered the injuries (и столь искусно она наложила повязки и пластыри на раны; deftly — искусно ловко).


unmanageable [ʌn'mænɪdʒəbl], exercise ['eksəsaɪz], therapeutic ["θerə'pju: tɪk], injury ['ɪndʒ(ə)rɪ]

I was strapped securely to as wild and unmanageable a thoat as I had ever seen, and, with a mounted warrior on either side to prevent the beast from bolting, we rode forth at a furious pace in pursuit of the column. My wounds gave me but little pain, so wonderfully and rapidly had the applications and injections of the female exercised their therapeutic powers, and so deftly had she bound and plastered the injuries.


Just before dark we reached the main body of troops (как раз перед наступлением темноты мы догнали основной отряд войск) shortly after they had made camp for the night (вскоре после того как они разбили лагерь на ночь). I was immediately taken before the leader (меня немедленно доставили к главарю), who proved to be the jeddak of the hordes of Warhoon (который оказался джеддаком племени Ворхунов).

Like the jed who had brought me (подобно джеду который привел меня), he was frightfully scarred (он был покрыт ужасающими шрамами), and also decorated with the breastplate of human skulls and dried dead hands (и так же украшен нагрудником из человеческих черепов и высохших рук мертвецов) which seemed to mark all the greater warriors among the Warhoons (который казалось служил отличительным знаком всех великих воинов Ворхуна), as well as to indicate their awful ferocity (а также указывал на их ужасающую жестокость), which greatly transcends even that of the Tharks (которая значительно превосходит даже жестокость тарков; to transcend — выходить за пределы превосходить).


troop [tru: p], frightfully ['fraɪtfulɪ], transcend [træn'send]

Just before dark we reached the main body of troops shortly after they had made camp for the night. I was immediately taken before the leader, who proved to be the jeddak of the hordes of Warhoon.

Like the jed who had brought me, he was frightfully scarred, and also decorated with the breastplate of human skulls and dried dead hands which seemed to mark all the greater warriors among the Warhoons, as well as to indicate their awful ferocity, which greatly transcends even that of the Tharks.


The jeddak, Bar Comas, who was comparatively young (который был сравнительно молод), was the object of the fierce and jealous hatred of his old lieutenant (был предметом лютой и ревнивой ненависти его более старого заместителя), Dak Kova, the jed who had captured me (Дака Ковы того джеда который захватил меня), and I could not but note the almost studied efforts (и я не мог не заметить те почти преднамеренные действия; studied — обдуманный преднамеренный) which the latter made to affront his superior (которые последний предпринимал чтобы оскорбить своего начальника; to affront — оскорблять).

He entirely omitted the usual formal salutation (он полностью пренебрег обычным официальным приветствием; to omit — опускать пренебрегать; formal — формальный официальный) as we entered the presence of the jeddak (когда мы предстали перед лицом джеддака; presence — присутствие непосредственная близость), and as he pushed me roughly before the ruler (и когда он грубо толкнул меня к правителю) he exclaimed in a loud and menacing voice (он воскликнул громким и угрожающим голосом):

"I have brought a strange creature wearing the metal of a Thark (я привел странное существо носящее знаки различия тарков) whom it is my pleasure to have battle with a wild thoat at the great games (и которое мне будет приятно заставить сразиться с диким тотом во время больших игр)."


jealous ['dʒeləs], lieutenant [lef'tenənt], exclaim [ɪks'kleɪm]

The jeddak, Bar Comas, who was comparatively young, was the object of the fierce and jealous hatred of his old lieutenant, Dak Kova, the jed who had captured me, and I could not but note the almost studied efforts which the latter made to affront his superior.

He entirely omitted the usual formal salutation as we entered the presence of the jeddak, and as he pushed me roughly before the ruler he exclaimed in a loud and menacing voice:

"I have brought a strange creature wearing the metal of a Thark whom it is my pleasure to have battle with a wild thoat at the great games."


"He will die as Bar Comas, your jeddak, sees fit, if at all (он умрет так как Бар Комас твой джеддак посчитает нужным если умрет вообще)," replied the young ruler, with emphasis and dignity (ответил более молодой правитель со значением и достоинством; emphasis — подчеркивание ударение; to lay emphasis — подчеркивать придавать особое значение).

"If at all?" roared (если вообще/умрет заревел; to roar — реветь орать) Dak Kova. "By the dead hands at my throat but he shall die (клянусь мертвыми руками у моего горла что он умрет), Bar Comas. No maudlin weakness on your part shall save him (никакая сентиментальная слабость с твоей стороны не спасет его; maudlin — сентиментальный слезливый). O, would that Warhoon were ruled by a real jeddak (о если бы Ворхуном правил настоящий джеддак) rather than by a water-hearted weakling (а не слабак с водой вместо крови«сердцем с водой вместо крови») from whom even old Dak Kova could tear the metal with his bare hands (у которого даже старый Дак Кова может вырвать знаки различия голыми руками)!"

Bar Comas eyed the defiant and insubordinate chieftain for an instant (Бар Комас мгновение разглядывал своего дерзкого и непокорного вождя; defiant — вызывающий дерзкий), his expression one of haughty, fearless contempt and hate (с выражением высокомерного и бесстрашного презрения и ненависти), and then without drawing a weapon and without uttering a word (а затем не вытаскивая оружия и не произнеся ни слова; to utter — издавать произносить) he hurled himself at the throat of his defamer (он кинулся к горлу клеветника; to defame — поносить клеветать).


emphasis ['emfəsɪs], maudlin ['mɔ: dlɪn], insubordinate ["ɪnsə'bɔ: dnɪt], defame [dɪ'feɪm]

"He will die as Bar Comas, your jeddak, sees fit, if at all," replied the young ruler, with emphasis and dignity.

"If at all?" roared Dak Kova. "By the dead hands at my throat but he shall die, Bar Comas. No maudlin weakness on your part shall save him. O, would that Warhoon were ruled by a real jeddak rather than by a water-hearted weakling from whom even old Dak Kova could tear the metal with his bare hands!"

Bar Comas eyed the defiant and insubordinate chieftain for an instant, his expression one of haughty, fearless contempt and hate, and then without drawing a weapon and without uttering a word he hurled himself at the throat of his defamer.


I never before had seen two green Martian warriors (я никогда прежде не видел как два зеленых марсианских воина) battle with nature's weapons (сражаются тем оружием/которое дала им природа) and the exhibition of animal ferocity which ensued (и та демонстрация звериной жестокости которая за этим последовала; to ensue — следовать являться результатом) was as fearful a thing as the most disordered imagination could picture (была настолько устрашающей«вещью какое могло представить только самое расстроенное воображение; disordered — спутанный расстроенный; to picture — изображать представлять себе). They tore at each others' eyes and ears with their hands (они раздирали друг другу глаза и уши руками; to tear at smth. — раздирать терзать что-либо) and with their gleaming tusks repeatedly slashed and gored (а их сверкающие клыки многократно полосовали и пронзали/плоть друг друга/; repeatedly — неоднократно часто; to slash — порезать глубоко ранить; to gore — бодать пронзать/рогами клыками или каким-либо заостренным предметом например ножом/) until both were cut fairly to ribbons from head to foot (пока они оба не были практически изрезаны в клочья с головы до ног; ribbon — лента обрезок обрывок).


ensue [ɪn'sju: ], disordered [dɪs'ɔ: dəd], repeatedly [rɪ'pi: tɪdlɪ]

I never before had seen two green Martian warriors battle with nature's weapons and the exhibition of animal ferocity which ensued was as fearful a thing as the most disordered imagination could picture. They tore at each others' eyes and ears with their hands and with their gleaming tusks repeatedly slashed and gored until both were cut fairly to ribbons from head to foot.


Bar Comas had much the better of the battle (Бар Комас имел значительное преимущество в битве) as he was stronger, quicker and more intelligent (так как он был сильнее быстрее и умнее). It soon seemed that the encounter was done (вскоре стало казаться что столкновение закончено) saving only the final death thrust (за исключением только последнего смертельного удара) when Bar Comas slipped in breaking away from a clinch (когда Бар Комас поскользнулся уклоняясь от захвата). It was the one little opening that Dak Kova needed (это была та единственная маленькая благоприятная возможность которая была нужна Даку Кове; opening — благоприятная возможность удобный случай), and hurling himself at the body of his adversary (и кинувшись на тело своего противника) he buried his single mighty tusk in Bar Comas' groin (он вонзил свой единственный могучий клык в пах Бара Комаса; groin — паховая область) and with a last powerful effort (и в последнем могучем усилии) ripped the young jeddak wide open the full length of his body (по всей длине распорол«распорол так что оно стало широко открыто тело молодого джеддака), the great tusk finally wedging in the bones of Bar Comas' jaw (так что его огромный клык наконец застрял в костях челюсти Бар Комаса). Victor and vanquished rolled limp and lifeless upon the moss (победитель и побежденный скатились потерявшие силу и безжизненные на мох; limp — мягкий слабый вялый), a huge mass of torn and bloody flesh (огромной массой изодранной и окровавленной плоти).


adversary ['ædvəs(ə)rɪ], vanquish ['væŋkwɪʃ], huge [hju: dʒ]

Bar Comas had much the better of the battle as he was stronger, quicker and more intelligent. It soon seemed that the encounter was done saving only the final death thrust when Bar Comas slipped in breaking away from a clinch. It was the one little opening that Dak Kova needed, and hurling himself at the body of his adversary he buried his single mighty tusk in Bar Comas' groin and with a last powerful effort ripped the young jeddak wide open the full length of his body, the great tusk finally wedging in the bones of Bar Comas' jaw. Victor and vanquished rolled limp and lifeless upon the moss, a huge mass of torn and bloody flesh.


Bar Comas was stone dead (Бар Комас был«совершенно мертв), and only the most herculean efforts on the part of Dak Kova's females (и только самые титанические усилия со стороны женщин Дака Ковы) saved him from the fate he deserved (спасли его от той участи которую он заслуживал). Three days later he walked without assistance to the body of Bar Comas (спустя три дня он подошел без посторонней помощи к телу Бара Комаса) which, by custom, had not been moved from where it fell (которое согласно обычаю не сдвигали с того места где оно упало), and placing his foot upon the neck of his erstwhile ruler (и поставив ногу на шею своего бывшего правителя) he assumed the title of Jeddak of Warhoon (он присвоил себе титул Джеддака Ворхуна; to assume — принимать присваивать).

The dead jeddak's hands and head were removed (руки и голова мертвого джеддака были отсечены; to remove — снимать забирать) to be added to the ornaments of his conqueror (чтобы быть добавленными к украшениям его победителя), and then his women cremated what remained, amid wild and terrible laughter (а затем его женщины сожгли то что осталось под/звуки дикого и ужасного смеха).


herculean ["hə:kju'li: ən], conqueror ['kɔŋkərə], cremate [krɪ'meɪt]

Bar Comas was stone dead, and only the most herculean efforts on the part of Dak Kova's females saved him from the fate he deserved. Three days later he walked without assistance to the body of Bar Comas which, by custom, had not been moved from where it fell, and placing his foot upon the neck of his erstwhile ruler he assumed the title of Jeddak of Warhoon.

The dead jeddak's hands and head were removed to be added to the ornaments of his conqueror, and then his women cremated what remained, amid wild and terrible laughter.


The injuries to Dak Kova had delayed the march so greatly (раны Дака Ковы настолько задержали поход) that it was decided to give up the expedition (что было решено отложить экспедицию), which was a raid upon a small Thark community (которая должна была стать набегом на небольшую общину тарков) in retaliation for the destruction of the incubator (в отместку за разрушение инкубатора; retaliation — отплата возмездие), until after the great games (до окончания больших игр), and the entire body of warriors, ten thousand in number (и весь отряд воинов числом десять тысяч), turned back toward Warhoon (повернул назад к Ворхуну).

My introduction to these cruel and bloodthirsty people (мое знакомство с этим жестоким и кровожадным народом) was but an index to the scenes I witnessed almost daily while with them (было только показательным для тех сцен которые я наблюдал почти ежедневно пока я был с ними). They are a smaller horde than the Tharks but much more ferocious (это племя малочисленнее тарков но гораздо более жестокое). Not a day passed but that some members of the various Warhoon communities met in deadly combat (не проходило и дня без того чтобы какие-нибудь члены различных ворхунских общин не встречались в смертельном бою). I have seen as high as eight mortal duels within a single day (мне довелось увидеть до восьми смертельных поединков в течение только одного дня).


retaliation [rɪ" tælɪ'eɪʃ(ə)n], bloodthirsty ['blʌd" θə:stɪ], duel ['djuəl]

The injuries to Dak Kova had delayed the march so greatly that it was decided to give up the expedition, which was a raid upon a small Thark community in retaliation for the destruction of the incubator, until after the great games, and the entire body of warriors, ten thousand in number, turned back toward Warhoon.

My introduction to these cruel and bloodthirsty people was but an index to the scenes I witnessed almost daily while with them. They are a smaller horde than the Tharks but much more ferocious. Not a day passed but that some members of the various Warhoon communities met in deadly combat. I have seen as high as eight mortal duels within a single day.


We reached the city of Warhoon after some three days march (мы достигли города Ворхунов после почти трехдневного похода) and I was immediately cast into a dungeon (и я был немедленно брошен в темницу; to cast — бросать швырять) and heavily chained to the floor and walls (и крепко прикован цепью к полу и стенам). Food was brought me at intervals (еду мне приносили с равными промежутками времени; at intervals — временами регулярно) but owing to the utter darkness of the place (но из-за полной темноты в этом месте) I do not know whether I lay there days, or weeks, or months (я не знаю пролежал ли я там три дня или недели или месяцы). It was the most horrible experience of all my life (это было самое ужасное испытание за всю мою жизнь) and that my mind did not give way to the terrors of that inky blackness (и то что мой рассудок выдержал ужасы этой кромешной тьмы; to give way — сдаваться не выдерживать; inky — чернильный; inky blackness — кромешная тьма; ink — чернила) has been a wonder to me ever since (навсегда осталось для меня чудом). The place was filled with creeping, crawling things (это место было заполнено = кишело крадущимися ползающими существами; to creep — ползать красться; to crawl — ползать); cold, sinuous bodies passed over me when I lay down (холодные извивающиеся тела перелезали через меня когда я ложился; sinuous — извилистый), and in the darkness I occasionally caught glimpses of gleaming, fiery eyes (и во тьме мне иногда удавалось разглядеть мерцающие горящие глаза; to gleam — светиться мерцать испускать излучать; fiery — огненный пламенный горящий), fixed in horrible intentness upon me (устремленные на меня с ужасающим вниманием; intentness — напряженное внимание; intent — полный решимости настойчиво стремящийся сконцентрированный/на чем-либо направленный/на что-либо/). No sound reached me from the world above (ни одного звука не доносилось до меня из внешнего мира«мира наверху») and no word would my jailer vouchsafe when my food was brought to me (и ни одним словом не удостаивал меня мой тюремщик когда мне приносили еду; to vouchsafe — удостаивать снисходить), although I at first bombarded him with questions (хотя вначале я засыпал его вопросами; to bombard — бомбардировать засыпать вопросами).


sinuous ['sɪnjuəs], jailer ['dʒeɪlə], vouchsafe [vautʃ'seɪf]

We reached the city of Warhoon after some three days march and I was immediately cast into a dungeon and heavily chained to the floor and walls. Food was brought me at intervals but owing to the utter darkness of the place I do not know whether I lay there days, or weeks, or months. It was the most horrible experience of all my life and that my mind did not give way to the terrors of that inky blackness has been a wonder to me ever since. The place was filled with creeping, crawling things; cold, sinuous bodies passed over me when I lay down, and in the darkness I occasionally caught glimpses of gleaming, fiery eyes, fixed in horrible intentness upon me. No sound reached me from the world above and no word would my jailer vouchsafe when my food was brought to me, although I at first bombarded him with questions.


Finally all the hatred and maniacal loathing for these awful creatures (наконец вся ненависть и бешеное отвращение к этим страшным созданиям) who had placed me in this horrible place (которые поместили меня в это ужасное место) was centered by my tottering reason (сосредоточилась в моем помутившемся разуме; to totter — ковылять разрушаться; tottering — нетвердый шатающийся) upon this single emissary who represented to me the entire horde of Warhoons (в этом единственном посланнике который воплощал для меня все племя ворхунцев).

I had noticed that he always advanced with his dim torch (я заметил что он всегда направлялся со своим тусклым факелом) to where he could place the food within my reach (туда где он мог положить еду в пределах моей досягаемости) and as he stooped to place it upon the floor (и когда он наклонялся чтобы поставить ее на пол) his head was about on a level with my breast (его голова оказывалась примерно на уровне моей груди). So, with the cunning of a madman (поэтому с хитростью сумасшедшего), I backed into the far corner of my cell (я отступил назад в дальний угол моей камеры) when next I heard him approaching (когда я в очередной раз услышал как он приближается) and gathering a little slack of the great chain which held me in my hand (и подхватив рукой небольшую провисшую часть огромной цепи которая удерживала меня; to gather — поднимать подбирать; slack — провисшая часть) I waited his coming, crouching like some beast of prey (я ожидал его прихода припав к земле как хищное животное; prey — жертва добыча; beast of prey — хищное животное). As he stooped to place my food upon the ground (когда он наклонился чтобы поставить мою еду на землю) I swung the chain above my head (я взмахнул цепью над головой; to swing — качать махать) and crashed the links with all my strength upon his skull (и обрушил ее звенья со всей силой ему на голову; skull — череп голова). Without a sound he slipped to the floor, stone dead (без единого звука он соскользнул на пол мертвый).


maniacal [mə'naɪəkl], emissary ['emɪs(ə)rɪ], prey [preɪ]

Finally all the hatred and maniacal loathing for these awful creatures who had placed me in this horrible place was centered by my tottering reason upon this single emissary who represented to me the entire horde of Warhoons.

I had noticed that he always advanced with his dim torch to where he could place the food within my reach and as he stooped to place it upon the floor his head was about on a level with my breast. So, with the cunning of a madman, I backed into the far corner of my cell when next I heard him approaching and gathering a little slack of the great chain which held me in my hand I waited his coming, crouching like some beast of prey. As he stooped to place my food upon the ground I swung the chain above my head and crashed the links with all my strength upon his skull. Without a sound he slipped to the floor, stone dead.


Laughing and chattering like the idiot I was fast becoming (смеясь и болтая как идиот которым я быстро становился; to chatter — болтать тараторить) I fell upon his prostrate form (я упал на его распростертое тело) my fingers feeling for his dead throat (/при этом мои пальцы наощупь искали его мертвое горло; to feel for — нащупывать искать ощупью). Presently they came in contact with a small chain (вскоре они натолкнулись на небольшую цепочку; to come in contact with smth. — наталкиваться на что-либо соприкасаться с чем-либо) at the end of which dangled a number of keys (на конце которой болталось несколько ключей; to dangle — свободно свисать висеть). The touch of my fingers on these keys brought back my reason (прикосновение пальцев к этим ключам вернуло мне разум; to bring back — принести обратно восстановить) with the suddenness of thought (с быстротой мысли). No longer was I a jibbering idiot (больше я не был невнятно бормочущим идиотом; to jibber — говорить невнятно), but a sane, reasoning man with the means of escape within my very hands (но здоровым разумным человеком со средствами к спасению в своих собственных руках).


chatter ['tʃætə], presently ['prezntlɪ], jibber ['dʒɪbə], reasoning ['ri: znɪŋ]

Laughing and chattering like the idiot I was fast becoming, I fell upon his prostrate form, my fingers feeling for his dead throat. Presently they came in contact with a small chain at the end of which dangled a number of keys. The touch of my fingers on these keys brought back my reason with the suddenness of thought. No longer was I a jibbering idiot, but a sane, reasoning man with the means of escape within my very hands.


As I was groping to remove the chain from about my victim's neck (когда я наощупь/пытался снять цепочку с шеи моей жертвы) I glanced up into the darkness to see six pairs of gleaming eyes (я взглянул в темноту и увидел шесть пар мерцающих глаз) fixed, unwinking, upon me (которые уставились на меня не мигая). Slowly they approached and slowly I shrank back (медленно они приближались и медленно я пятился назад; to shrink back — отпрянуть) from the awful horror of them (в неописуемом ужасе перед ними). Back into my corner (/отступив назад в свой угол) I crouched holding my hands palms out, before me (я сжался и протянул руки ладонями вперед перед собой), and stealthily on came the awful eyes (и осторожно приближались эти ужасные глаза) until they reached the dead body at my feet (пока они не приблизились к мертвому телу у моих ног). Then slowly they retreated (затем медленно они отступили) but this time with a strange grating sound (но на этот раз со странным скрипучим звуком) and finally they disappeared in some black and distant recess of my dungeon (и наконец они исчезли в каких-то темных и отдаленных уголках моей темницы).


unwinking ["ʌn'wɪŋkɪŋ], recess [rɪ'ses], dungeon ['dʌndʒ(ə)n]

As I was groping to remove the chain from about my victim's neck I glanced up into the darkness to see six pairs of gleaming eyes fixed, unwinking, upon me. Slowly they approached and slowly I shrank back from the awful horror of them. Back into my corner I crouched holding my hands palms out, before me, and stealthily on came the awful eyes until they reached the dead body at my feet. Then slowly they retreated but this time with a strange grating sound and finally they disappeared in some black and distant recess of my dungeon.


Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.