«There is always more fish in the sea - you’ll have to steal some of it (It’s impossible to earn all the money, you ’ll have steal a part of them).» - Всех денег не заработаешь - часть придется украсть
 Thursday [ʹθɜ:zdı] , 15 November [nə(ʋ)ʹvembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Эдгар Берроуз. Принцесса Марса

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

CHAPTER XV. SOLA TELLS ME HER STORY (Сола рассказывает мне свою историю)

When consciousness returned (когда сознание/ко мне вернулось), and, as I soon learned, I was down but a moment (и как я вскоре узнал я пролежал лишь мгновение), I sprang quickly to my feet searching for my sword (я быстро вскочил на ноги в поисках меча), and there I found it, buried to the hilt in the green breast of Zad (и там я нашел его погруженным по самую рукоятку в зеленую грудь Зада; to bury — хоронить погружать), who lay stone dead upon the ochre moss of the ancient sea bottom (который лежал абсолютно мертвый«мертвый как камень на мху цвета охры на дне древнего моря; stone dead — мертвый). As I regained my full senses (когда я полностью пришел в себя) I found his weapon piercing my left breast (я обнаружил что его оружие пронзило мою грудь слева), but only through the flesh and muscles which cover my ribs (но только плоть и мышцы которые покрывают мои ребра), entering near the center of my chest and coming out below the shoulder (/оно вошло возле центра груди и вышло наружу ниже плеча). As I had lunged I had turned so that his sword merely passed beneath the muscles (когда я сделал выпад я повернулся так что его меч просто прошел под мышцами), inflicting a painful but not dangerous wound (нанеся болезненную но не опасную рану).


consciousness ['kɔnʃəsnɪs], muscle [mʌsl], inflict [ɪn'flɪkt]

When consciousness returned, and, as I soon learned, I was down but a moment, I sprang quickly to my feet searching for my sword, and there I found it, buried to the hilt in the green breast of Zad, who lay stone dead upon the ochre moss of the ancient sea bottom. As I regained my full senses I found his weapon piercing my left breast, but only through the flesh and muscles which cover my ribs, entering near the center of my chest and coming out below the shoulder. As I had lunged I had turned so that his sword merely passed beneath the muscles, inflicting a painful but not dangerous wound.


Removing the blade from my body I also regained my own (я извлек меч из своего тела и вернул себе свой), and turning my back upon his ugly carcass (и повернувшись спиной к его уродливому телу), I moved, sick, sore, and disgusted (я пошел утомленный больной и раздосадованный; sick — больной утомленный; sore — болезненный воспаленный; disgusted — чувствующий отвращение), toward the chariots which bore my retinue and my belongings (по направлению к повозкам в которых находились моя свита и мое имущество«которые везли…»). A murmur of Martian applause greeted me (тихий звук марсианских аплодисментов приветствовал меня; murmur — приглушенный шум звук), but I cared not for it (но меня это не интересовало; to care for — интересоваться).

Bleeding and weak I reached my women (истекающий кровью и ослабленный я добрался до своих женщин), who, accustomed to such happenings (которые будучи привычны к таким событиям; happening — случай событие), dressed my wounds (перевязали мои раны; to dress — одевать перевязывать рану), applying the wonderful healing and remedial agents (и нанесли на них чудесные целебные и лечебные средства; remedial — исправляющий лечебный; agent — агент действующее вещество) which make only the most instantaneous of death blows fatal (благодаря которым«которые делают так что только удары причиняющие мгновенную смерть являются фатальными; instantaneous — мгновенный моментальный). Give a Martian woman a chance and death must take a back seat (дайте марсианской женщине шанс и смерти придется отступить на задний план«займет место сзади»). They soon had me patched up so (они вскоре смогли привести меня в порядок так; to patch up — чинить накладывать заплаты; patch — клочок лоскут обрывок заплата) that, except for weakness from loss of blood and a little soreness around the wound (так что за исключением слабости от потери крови и небольшого болезненного ощущения вокруг раны), I suffered no great distress from this thrust (я не испытывал сильной боли от удара; distress — горе страдание сильное недомогание) which, under earthly treatment (который при земном лечении), undoubtedly would have put me flat on my back for days (несомненно уложил бы меня в постель«плашмя на долгие дни).


retinue ['retɪnju: ],belongings [bɪ'lɔŋɪŋz], instantaneous ["ɪnstən'teɪnjəs], soreness ['sɔ: nɪs], undoubtedly [ʌn'dautɪdlɪ]

Removing the blade from my body I also regained my own, and turning my back upon his ugly carcass, I moved, sick, sore, and disgusted, toward the chariots which bore my retinue and my belongings. A murmur of Martian applause greeted me, but I cared not for it.

Bleeding and weak I reached my women, who, accustomed to such happenings, dressed my wounds, applying the wonderful healing and remedial agents which make only the most instantaneous of death blows fatal. Give a Martian woman a chance and death must take a back seat. They soon had me patched up so that, except for weakness from loss of blood and a little soreness around the wound, I suffered no great distress from this thrust which, under earthly treatment, undoubtedly would have put me flat on my back for days.


As soon as they were through with me (как только они закончили со мной) I hastened to the chariot of Dejah Thoris (я поспешил к повозке Дежи Торис), where I found my poor Sola with her chest swathed in bandages (где я нашел мою бедную Солу грудь которой была обмотана бинтами; to swathe — бинтовать; swathed in bandages — обмотанный бинтами), but apparently little the worse for her encounter with Sarkoja (но по внешнему виду мало пострадавшую от схватки с Саркоджей), whose dagger it seemed had struck the edge of one of Sola's metal breast ornaments (чей клинок видимо ударился о край одного из нагрудных металлических украшений Солы) and, thus deflected, had inflicted but a slight flesh wound (и таким образом отразившись от него нанес плоти только поверхностную рану; to deflect — отклонять; slight — легкий небольшой незначительный).

As I approached I found Dejah Thoris lying prone upon her silks and furs (когда я подошел я увидел что Дежа Торис лежит ничком на шелках и мехах; to lie prone — лежать лицом вниз), her lithe form wracked with sobs (ее гибкая фигура сотрясалась от рыданий; lithe — гибкий; to wrack — разрушать/ся/). She did not notice my presence (она не заметила моего присутствия), nor did she hear me speaking with Sola (и она не слышала как я разговаривал с Солой), who was standing a short distance from the vehicle (которая стояла недалеко от повозки).

"Is she injured (она ранена)?" I asked of Sola, indicating Dejah Thoris by an inclination of my head (указав на Дежу Торис кивком головы; inclination of the head — кивок наклон головы).

"No," she answered, "she thinks that you are dead (она думает что ты умер)."


swathe [sweɪð], worse [wə:s], deflect [dɪ'flekt], injure ['ɪndʒə]

As soon as they were through with me I hastened to the chariot of Dejah Thoris, where I found my poor Sola with her chest swathed in bandages, but apparently little the worse for her encounter with Sarkoja, whose dagger it seemed had struck the edge of one of Sola's metal breast ornaments and, thus deflected, had inflicted but a slight flesh wound.

As I approached I found Dejah Thoris lying prone upon her silks and furs, her lithe form wracked with sobs. She did not notice my presence, nor did she hear me speaking with Sola, who was standing a short distance from the vehicle.

"Is she injured?" I asked of Sola, indicating Dejah Thoris by an inclination of my head.

"No," she answered, "she thinks that you are dead."


"And that her grandmother's cat may now have no one to polish its teeth (и теперь может случиться так что некому будет чистить зубы кошке ее бабушки)?" I queried, smiling (задал я вопрос улыбаясь).

"I think you wrong her (я думаю что ты несправедлив к ней; to wrong smb. — быть несправедливым к кому-либо поступать несправедливо по отношению к кому-либо), John Carter," said Sola. "I do not understand either her ways or yours (я не понимаю ни твоего поведения ни ее), but I am sure the granddaughter of ten thousand jeddaks (но я уверена что внучка десяти тысяч джеддаков) would never grieve like this over any (никогда не стала бы так убиваться от горя ни из-за кого) who held but the highest claim upon her affections (/кроме как из-за человека к которому она испытывает самое горячее расположение«который может претендовать в высшей степени на ее расположение»). They are a proud race, but they are just, as are all Barsoomians (они гордая раса но они справедливы как и все барсумианцы), and you must have hurt or wronged her grievously (и ты должно быть обидел ее или был к ней ужасно несправедлив; grievously — горестно тяжело ужасно) that she will not admit your existence living (если она не хочет признавать твоего сущеcтвования пока ты жив), though she mourns you dead (хотя и скорбит о твоей смерти).


claim [kleɪm], grievously ['gri: vəslɪ], mourn [mɔ: n]

"And that her grandmother's cat may now have no one to polish its teeth?" I queried, smiling.

"I think you wrong her, John Carter," said Sola. "I do not understand either her ways or yours, but I am sure the granddaughter of ten thousand jeddaks would never grieve like this over any who held but the highest claim upon her affections. They are a proud race, but they are just, as are all Barsoomians, and you must have hurt or wronged her grievously that she will not admit your existence living, though she mourns you dead.


"Tears are a strange sight upon Barsoom (слезы необычное зрелище на Барсуме)," she continued (продолжила она), "and so it is difficult for me to interpret them (и поэтому мне трудно понять их; to interpret — толковать объяснить). I have seen but two people weep in all my life, other than Dejah Thoris (за всю свою жизнь я видела только двух рыдающих людей кроме Дежи Торис); one wept from sorrow, the other from baffled rage (один из них плакал от горя а второй от ярости из-за неудачи; to baffle — расстраивать опрокидывать/расчеты планы мешать препятствовать). The first was my mother (первой была моя мать), years ago before they killed her (за много лет до того как они убили ее); the other was Sarkoja, when they dragged her from me today (второй была Саркоджа когда они оттаскивали ее от меня сегодня)."

"Your mother!" I exclaimed (воскликнул я), "but, Sola, you could not have known your mother, child (но ты же не могла знать свою мать дитя)."

"But I did (но я знала). And my father also," she added (и своего отца тоже добавила она). "If you would like to hear the strange and un-Barsoomian story (если ты хочешь услышать необычную и/отнюдь не барсумианскую историю) come to the chariot tonight (приходи сегодня вечером к повозке), John Carter, and I will tell you that of which I have never spoken in all my life before (и я расскажу тебе о том о чем я никогда не рассказывала за всю свою жизнь). And now the signal has been given to resume the march, you must go (а теперь уже подан сигнал возобновлять поход ты должен идти)."


interpret [ɪn'tə:prɪt], drag [dræg], resume [rɪ'zju: m]

"Tears are a strange sight upon Barsoom," she continued, "and so it is difficult for me to interpret them. I have seen but two people weep in all my life, other than Dejah Thoris; one wept from sorrow, the other from baffled rage. The first was my mother, years ago before they killed her; the other was Sarkoja, when they dragged her from me today."

"Your mother!" I exclaimed, "but, Sola, you could not have known your mother, child."

"But I did. And my father also," she added. "If you would like to hear the strange and un-Barsoomian story come to the chariot tonight, John Carter, and I will tell you that of which I have never spoken in all my life before. And now the signal has been given to resume the march, you must go."


"I will come tonight, Sola," I promised (я приду сегодня вечером Сола пообещал я). "Be sure to tell Dejah Thoris I am alive and well (непременно скажи Деже Торис что я жив и здоров). I shall not force myself upon her (я не стану навязываться ей), and be sure that you do not let her know I saw her tears (и ни в коем случае не дай ей знать что я видел ее слезы). If she would speak with me I but await her command (если она захочет заговорить со мной я просто жду ее приказания)."

Sola mounted the chariot (Сола взобралась на повозку), which was swinging into its place in line (которая разворачивалась чтобы занять свое место в ряду), and I hastened to my waiting thoat (а я поспешил к ожидавшему меня тоту) and galloped to my station beside Tars Tarkas at the rear of the column (и галопом поскакал на свое место возле Тарса Таркаса сзади колонны).


force [fɔ: s], beside [bɪ'saɪd]

I will come tonight, Sola," I promised. "Be sure to tell Dejah Thoris I am alive and well. I shall not force myself upon her, and be sure that you do not let her know I saw her tears. If she would speak with me I but await her command."

Sola mounted the chariot, which was swinging into its place in line, and I hastened to my waiting thoat and galloped to my station beside Tars Tarkas at the rear of the column.


We made a most imposing and awe-inspiring spectacle (мы представляли собой чрезвычайно впечатляющее и внушающее благоговение зрелище; imposing — производящий сильное впечатление) as we strung out across the yellow landscape (когда мы растягивались вереницей по желтому ландшафту; to string out — растягиваться вереницей; string — веревка); the two hundred and fifty ornate and brightly colored chariots (двести пятьдесят разукрашенных и ярко раскрашенных повозок), preceded by an advance guard of some two hundred mounted warriors and chieftains (во главе которых шел авангард из примерно двухсот воинов и вождей; to precede — предшествовать находиться впереди) riding five abreast and one hundred yards apart (которые скакали по пять в ряд на расстоянии ста ярдов друг от друга), and followed by a like number in the same formation (а за ними следовало такое же количество/воинов в том же порядке; formation — образование построение боевой порядок), with a score or more of flankers on either side (с двадцатью или больше замыкающими по флангам с каждой стороны); the fifty extra mastodons (дополнительно еще пятьдесят мастодонтов), or heavy draught animals, known as zitidars (или тяжелых тягловых животных известных как зитидары), and the five or six hundred extra thoats of the warriors (и еще пять или шесть сотен тотов воинов«дополнительных тотов») running loose within the hollow square formed by the surrounding warriors (которые бежали свободно внутри пустого четырехугольника образованного окружающими их воинами). The gleaming metal and jewels of the gorgeous ornaments of the men and women (сверкающий металл и драгоценные камни роскошных украшений мужчин и женщин), duplicated in the trappings of the zitidars and thoats (повторялись в сбруе зитидаров и тотов; to duplicate — дублировать повторять в точности), and interspersed with the flashing colors of magnificent silks and furs and feathers (и перемежались сверкающими красками великолепных шелков мехов и перьев; to intersperse — разбрасывать пересыпать разнообразить), lent a barbaric splendor to the caravan (что придавало варварское великолепие каравану) which would have turned an East Indian potentate green with envy (который заставил бы магараджу из Восточной Индии позеленеть от зависти; potentate — монарх властелин).


duplicate ['dju: plɪkeɪt], intersperse ["ɪntə'spə:s], magnificent [mæg'nɪfɪs(ə)nt]

We made a most imposing and awe-inspiring spectacle as we strung out across the yellow landscape; the two hundred and fifty ornate and brightly colored chariots, preceded by an advance guard of some two hundred mounted warriors and chieftains riding five abreast and one hundred yards apart, and followed by a like number in the same formation, with a score or more of flankers on either side; the fifty extra mastodons, or heavy draught animals, known as zitidars, and the five or six hundred extra thoats of the warriors running loose within the hollow square formed by the surrounding warriors. The gleaming metal and jewels of the gorgeous ornaments of the men and women, duplicated in the trappings of the zitidars and thoats, and interspersed with the flashing colors of magnificent silks and furs and feathers, lent a barbaric splendor to the caravan which would have turned an East Indian potentate green with envy.


The enormous broad tires of the chariots and the padded feet of the animals (огромные широкие колеса повозок и пухлые лапы животных; pad — мягкая прокладка или набивка подушка подушечка) brought forth no sound from the moss-covered sea bottom (не производили никакого шума/при движении по покрытому мхом дну моря); and so we moved in utter silence (и поэтому мы продвигались в полной тишине), like some huge phantasmagoria (как какое-то огромное видение), except when the stillness was broken by the guttural growling of a goaded zitidar (за исключением тех/моментов когда тишина нарушалась гортанным ворчанием подгоняемого зитидара; to goad — подгонять; goad — заостренный прут или палка использующиеся для того чтобы подгонять животных), or the squealing of fighting thoats (или визгом дерущихся тотов; to squeal — пронзительно кричать вопить). The green Martians converse but little (зеленые марсиане разговаривают очень мало), and then usually in monosyllables (и даже тогда обычно односложно), low and like the faint rumbling of distant thunder (тихо и похоже на слабые раскаты отдаленного грома; to rumble — громыхать грохотать греметь).


phantasmagoria ["fæntæzmə'gɔ: rɪə], squealing [skwi: lɪŋ], monosyllable ['mɔnə" sɪləbl]

The enormous broad tires of the chariots and the padded feet of the animals brought forth no sound from the moss-covered sea bottom; and so we moved in utter silence, like some huge phantasmagoria, except when the stillness was broken by the guttural growling of a goaded zitidar, or the squealing of fighting thoats. The green Martians converse but little, and then usually in monosyllables, low and like the faint rumbling of distant thunder.


We traversed a trackless waste of moss (мы пересекали бездорожную пустошь/покрытую мхом) which, bending to the pressure of broad tire or padded foot (который прогибаясь под давлением широких колес или подушечек лап животных), rose up again behind us (вновь распрямлялся позади нас), leaving no sign that we had passed (не оставляя никаких признаков того что мы прошли). We might indeed have been the wraiths of the departed dead (мы в самом деле могли быть призраками ушедших навсегда мертвецов; wraith — привидение призрак; to depart — отбывать умирать; departed — усопший умерший) upon the dead sea of that dying planet (на/дне мертвого моря этой умирающей планеты) for all the sound or sign we made in passing (так мало мы производили звуков или следов когда проходили). It was the first march of a large body of men and animals I had ever witnessed (это был первый поход большой группы людей и животных который мне когда-либо приходилось видеть; body — тело группа людей) which raised no dust and left no spoor (который не поднимал пыли и не оставлял никаких следов; spoor — след отпечаток/человека или животного особ дикого зверя/); for there is no dust upon Mars (так как на Марсе нет пыли) except in the cultivated districts during the winter months (за исключением обрабатываемых районов в зимние месяцы), and even then the absence of high winds renders it almost unnoticeable (и даже тогда отсутствие сильных ветров делает ее почти незаметной; to render — приводить в какое-либо состояние; to notice — замечать).


padded ['pædɪd], wraith [reɪθ], spoor [spɔ: ], unnoticeable [ʌn'noutɪsəbl]

We traversed a trackless waste of moss which, bending to the pressure of broad tire or padded foot, rose up again behind us, leaving no sign that we had passed. We might indeed have been the wraiths of the departed dead upon the dead sea of that dying planet for all the sound or sign we made in passing. It was the first march of a large body of men and animals I had ever witnessed which raised no dust and left no spoor; for there is no dust upon Mars except in the cultivated districts during the winter months, and even then the absence of high winds renders it almost unnoticeable.


We camped that night at the foot of the hills (этим вечером мы разбили лагерь у подножия холмов) we had been approaching for two days (к которым мы приближались два дня) and which marked the southern boundary of this particular sea (и которые обозначали южную границу данного моря; particular — особый частный отдельный). Our animals had been two days without drink (наши животные два дня были без питья), nor had they had water for nearly two months (и у них не было воды почти два месяца), not since shortly after leaving Thark (лишь вскоре после того как они вышли из Тарка); but, as Tars Tarkas explained to me, they require but little (но как Тарс Таркас объяснил мне им нужно совсем немного) and can live almost indefinitely upon the moss which covers Barsoom (и они могут существовать почти бесконечно питаясь мхом который покрывает Барсум), and which, he told me, holds in its tiny stems (и который как он сказал мне содержит в своих крохотных стеблях) sufficient moisture to meet the limited demands of the animals (достаточно влаги чтобы удовлетворить ограниченные потребности этих животных).


boundary ['baund(ə)rɪ], require [rɪ'kwaɪə], moisture ['mɔɪstʃə]

We camped that night at the foot of the hills we had been approaching for two days and which marked the southern boundary of this particular sea. Our animals had been two days without drink, nor had they had water for nearly two months, not since shortly after leaving Thark; but, as Tars Tarkas explained to me, they require but little and can live almost indefinitely upon the moss which covers Barsoom, and which, he told me, holds in its tiny stems sufficient moisture to meet the limited demands of the animals.


After partaking of my evening meal of cheese-like food and vegetable milk (после того как я поужинал«отведал вечерней еды похожей на сыр пищей и растительным молоком; to partake — поесть отведать) I sought out Sola (я отправился искать Солу; to seek out — разыскать отыскать), whom I found working by the light of a torch (которую я застал в процессе работы при свете факела) upon some of Tars Tarkas' trappings (над каким-то из украшений Тарса Таркаса; trappings — признаки внешние атрибуты/например занимаемой должности и т п украшения наряды убранство). She looked up at my approach (она подняла глаза при моем появлении), her face lighting with pleasure and with welcome (ее лицо засияло от удовольствия и в/знак приветствия).

"I am glad you came (я рада что ты пришел)," she said; "Dejah Thoris sleeps and I am lonely (Дежа Торис спит и я/чувствую себя/одинокой). Mine own people do not care for me (мой собственный народ не любит меня), John Carter; I am too unlike them (я слишком не похожа на них). It is a sad fate (это печальная судьба), since I must live my life amongst them (так как я должна проживать свою жизнь среди них), and I often wish that I were a true green Martian woman (и я часто мечтаю чтобы я была настоящей зеленой марсианской женщиной), without love and without hope (/не знающей ни любви ни надежды); but I have known love and so I am lost (но я знала любовь и поэтому я пропала).


vegetable ['vedʒtəbl], trappings ['træpɪŋz], pleasure ['pleʒə], amongst [ə'mʌŋst]

After partaking of my evening meal of cheese-like food and vegetable milk I sought out Sola, whom I found working by the light of a torch upon some of Tars Tarkas' trappings. She looked up at my approach, her face lighting with pleasure and with welcome.

"I am glad you came," she said; "Dejah Thoris sleeps and I am lonely. Mine own people do not care for me, John Carter; I am too unlike them. It is a sad fate, since I must live my life amongst them, and I often wish that I were a true green Martian woman, without love and without hope; but I have known love and so I am lost.


"I promised to tell you my story (я обещала рассказать тебе мою историю), or rather the story of my parents (или скорее историю моих родителей). From what I have learned of you and the ways of your people (из того что я узнала о тебе и об обычаях твоего народа) I am sure that the tale will not seem strange to you (я уверена что эта история не покажется тебе странной), but among green Martians it has no parallel within the memory of the oldest living Thark (но у зеленых марсиан не случалось ничего подобного на памяти самого старого из живущих тарков; parallel — соответствие аналогия; have no parallel in history — не иметь себе равного в истории), nor do our legends hold many similar tales (и даже наши легенды не содержат много подобных историй).

"My mother was rather small (моя мать была довольно маленькой), in fact too small to be allowed the responsibilities of maternity (на самом деле слишком маленькой чтобы ей позволили/взять на себя ответственность материнства), as our chieftains breed principally for size (так как наши вожди/выбирают женщин для размножения прежде всего по размеру; to breed — размножаться). She was also less cold and cruel than most green Martian women (кроме того она была менее холодной и жестокой чем большинство зеленых марсианских женщин), and caring little for their society (и мало интересуясь их обществом), she often roamed the deserted avenues of Thark alone (она часто бродила по пустынным улицам Тарка одна), or went and sat among the wild flowers that deck the nearby hills (или уходила и сидела среди диких цветов которые украшают ближайшие холмы; to deck — настилать палубу украшать наряжать; deck — палуба настил), thinking thoughts and wishing wishes which I believe I alone among Tharkian women today may understand (полная раздумий и желаний«думая думы и желая желания которые я полагаю только я одна среди таркианских женщин могу сегодня понять), for am I not the child of my mother (ибо разве я не дитя своей матери)?


legend ['ledʒənd], maternity [mə'tə:nɪtɪ], nearby ['nɪəbaɪ]

"I promised to tell you my story, or rather the story of my parents. From what I have learned of you and the ways of your people I am sure that the tale will not seem strange to you, but among green Martians it has no parallel within the memory of the oldest living Thark, nor do our legends hold many similar tales.

"My mother was rather small, in fact too small to be allowed the responsibilities of maternity, as our chieftains breed principally for size. She was also less cold and cruel than most green Martian women, and caring little for their society, she often roamed the deserted avenues of Thark alone, or went and sat among the wild flowers that deck the nearby hills, thinking thoughts and wishing wishes which I believe I alone among Tharkian women today may understand, for am I not the child of my mother?


"And there among the hills she met a young warrior (и там среди холмов она встретила молодого воина), whose duty it was to guard the feeding zitidars and thoats (чьей обязанностью было стеречь пасущихся зитидаров и тотов) and see that they roamed not beyond the hills (и следить за тем чтобы они не забредали за пределы холмов). They spoke at first only of such things as interest a community of Tharks (вначале они разговаривали только о таких вещах которые представляют интерес для общины тарков), but gradually, as they came to meet more often (но постепенно когда они стали встречаться чаще; to come to do — начинать делать), and, as was now quite evident to both (и как теперь стало совершенно очевидно для них обоих), no longer by chance (больше не случайно), they talked about themselves (они разговаривали о себе), their likes, their ambitions and their hopes (о своих пристрастиях о своих амбициях и своих надеждах). She trusted him and told him of the awful repugnance she felt for the cruelties of their kind (она доверилась ему и рассказала ему о том ужасном отвращении которое она испытывала к жестокостям им подобных; repugnance — отвращение антипатия), for the hideous, loveless lives they must ever lead (к отвратительной лишенной любви жизни которую они принуждены вечно вести), and then she waited for the storm of denunciation to break from his cold, hard lips (и после этого она ожидала что шквал обвинений сорвется с его холодных жестких губ; denunciation — осуждение обвинение); but instead he took her in his arms and kissed her (но вместо этого он заключил ее в объятия и поцеловал ее).


beyond [bɪ'jɔnd], gradually ['grædjuəlɪ], repugnance [rɪ'pʌgnəns], denunciation [dɪ" nʌnsɪ'eɪʃ(ə)n]

"And there among the hills she met a young warrior, whose duty it was to guard the feeding zitidars and thoats and see that they roamed not beyond the hills. They spoke at first only of such things as interest a community of Tharks, but gradually, as they came to meet more often, and, as was now quite evident to both, no longer by chance, they talked about themselves, their likes, their ambitions and their hopes. She trusted him and told him of the awful repugnance she felt for the cruelties of their kind, for the hideous, loveless lives they must ever lead, and then she waited for the storm of denunciation to break from his cold, hard lips; but instead he took her in his arms and kissed her.


"They kept their love a secret for six long years (они держали свою любовь в тайне в течение шести долгих лет). She, my mother, was of the retinue of the great Tal Hajus (она моя мать была из свиты великого Тала Хаджуса), while her lover was a simple warrior (в то время как ее возлюбленный был простым воином), wearing only his own metal (который носил только собственные знаки). Had their defection from the traditions of the Tharks been discovered (если бы их отступничество от традиций тарков было обнаружено; defection — нарушение отступничество) both would have paid the penalty in the great arena (то оба они понесли бы наказание на большой арене; penalty — наказание; to pay the penalty — расплачиваться) before Tal Hajus and the assembled hordes (перед Талом Хаджусом и собравшимися толпами людей; horde — орда куча людей).


penalty ['penltɪ], horde [hɔ: d]

"They kept their love a secret for six long years. She, my mother, was of the retinue of the great Tal Hajus, while her lover was a simple warrior, wearing only his own metal. Had their defection from the traditions of the Tharks been discovered both would have paid the penalty in the great arena before Tal Hajus and the assembled hordes.


"The egg from which I came (яйцо из которого я появилась) was hidden beneath a great glass vessel (было спрятано под большим стеклянным сосудом) upon the highest and most inaccessible of the partially ruined towers of ancient Thark (на самой высокой и самой недоступной из частично разрушенных башен древнего Тарка). Once each year my mother visited it (один раз каждый год моя мать навещала его) for the five long years it lay there in the process of incubation (пять долгих лет оно лежало там в процессе инкубации). She dared not come oftener (она не осмеливалась приходить чаще), for in the mighty guilt of her conscience (так как/чувствуя огромную вину на совести) she feared that her every move was watched (она опасалась что за каждым ее шагом следят). During this period my father gained great distinction as a warrior (за это время мой отец достиг большой известности как воин; distinction — почет знатность известность) and had taken the metal from several chieftains (и забрал знаки различия у нескольких вождей). His love for my mother had never diminished (его любовь к моей матери нисколько не уменьшилась), and his own ambition in life (а его собственным честолюбивым желанием в жизни) was to reach a point where he might wrest the metal from Tal Hajus himself (было достичь такого положения когда бы он мог вырвать знаки различия у самого Тала Хаджуса; to wrest — вырывать получать ценой больших усилий), and thus, as ruler of the Tharks (и таким образом как правитель тарков), be free to claim her as his own (получить свободу чтобы объявить ее своей смочь объявить ее своей), as well as, by the might of his power (а также силой своей власти), protect the child which otherwise would be quickly dispatched (защитить ребенка с которым бы быстро расправились; to dispatch — посылать отсылать/книжн отправлять на тот свет убивать) should the truth become known (если бы правда стала известна).


inaccessible ["ɪnək'sesəbl], distinction [dɪs'tɪŋkʃ(ə)n], diminish [dɪ'mɪnɪʃ]

"The egg from which I came was hidden beneath a great glass vessel upon the highest and most inaccessible of the partially ruined towers of ancient Thark. Once each year my mother visited it for the five long years it lay there in the process of incubation. She dared not come oftener, for in the mighty guilt of her conscience she feared that her every move was watched. During this period my father gained great distinction as a warrior and had taken the metal from several chieftains. His love for my mother had never diminished, and his own ambition in life was to reach a point where he might wrest the metal from Tal Hajus himself, and thus, as ruler of the Tharks, be free to claim her as his own, as well as, by the might of his power, protect the child which otherwise would be quickly dispatched should the truth become known.


"It was a wild dream (это была безумная мечта; wild — дикий необузданный), that of wresting the metal from Tal Hajus in five short years (вырвать у Тала Хаджуса знаки за пять коротких лет), but his advance was rapid (но его продвижение было стремительным), and he soon stood high in the councils of Thark (и он вскоре занял высокое положение в совете тарков). But one day the chance was lost forever (но однажды этот шанс был утрачен навсегда), in so far as it could come in time to save his loved ones (по крайней мере в том чтобы это могло произойти вовремя чтобы спасти его любимых), for he was ordered away upon a long expedition to the ice-clad south (так как ему было приказано отправиться прочь в длительную экспедицию к покрытому льдом югу; to order — приказывать распоряжаться), to make war upon the natives there and despoil them of their furs (чтобы вести войну с местными племенами и отобрать у них их меха; to despoil — грабить; to despoil of — отбирать лишать), for such is the manner of the green Barsoomian (ибо таков образ действий зеленого барсумианца); he does not labor for what he can wrest in battle from others (он не трудится ради того что он может добыть в бою у других).


expedition ["ekspɪ'dɪʃ(ə)n], wrest [rest], native ['neɪtɪv], despoil [dɪ'spɔɪl]

"It was a wild dream, that of wresting the metal from Tal Hajus in five short years, but his advance was rapid, and he soon stood high in the councils of Thark. But one day the chance was lost forever, in so far as it could come in time to save his loved ones, for he was ordered away upon a long expedition to the ice-clad south, to make war upon the natives there and despoil them of their furs, for such is the manner of the green Barsoomian; he does not labor for what he can wrest in battle from others.


"He was gone for four years (его не было четыре года), and when he returned all had been over for three (и когда он вернулся то/прошло уже три года с тех пор как со всем было покончено); for about a year after his departure (так как примерно через год после его отъезда), and shortly before the time for the return of an expedition (и незадолго до того как/наступило время возвращения экспедиции) which had gone forth to fetch the fruits of a community incubator (которая отправилась дальше чтобы привезти детенышей из общественного инкубатора; to fetch — сходить и принести привести; fruits — плоды отпрыск детеныш), the egg had hatched (яйцо вылупилось). Thereafter my mother continued to keep me in the old tower (после этого моя мать продолжала держать меня в старой башне), visiting me nightly and lavishing upon me the love (навещая меня по ночам и изливая на меня любовь; to lavish — щедро раздавать расточать) the community life would have robbed us both of (которую жизнь в общине лишила бы нас обоих; to rob — грабить лишать отнимать). She hoped, upon the return of the expedition from the incubator (она надеялась после возвращения экспедиции от инкубатора), to mix me with the other young assigned to the quarters of Tal Hajus (смешать меня с другой молодежью назначенной в казармы Тала Хаджуса; to mix — смешивать примешивать соединять), and thus escape the fate (и таким образом избегнуть судьбы) which would surely follow discovery of her sin against the ancient traditions of the green men (которая непременно воспоследовала бы при разоблачении ее греха в отношении древних традиций зеленых людей).


lavish ['lævɪʃ], assign [ə'saɪn], surely ['ʃuəlɪ]

"He was gone for four years, and when he returned all had been over for three; for about a year after his departure, and shortly before the time for the return of an expedition which had gone forth to fetch the fruits of a community incubator, the egg had hatched. Thereafter my mother continued to keep me in the old tower, visiting me nightly and lavishing upon me the love the community life would have robbed us both of. She hoped, upon the return of the expedition from the incubator, to mix me with the other young assigned to the quarters of Tal Hajus, and thus escape the fate which would surely follow discovery of her sin against the ancient traditions of the green men.


"She taught me rapidly the language and customs of my kind (она быстро научила меня языку и традициям мне подобных), and one night she told me the story I have told to you up to this point (и однажды ночью она рассказала мне историю которую я тебе рассказала до этого момента), impressing upon me the necessity for absolute secrecy and the great caution (внушая мне необходимость соблюдать абсолютную секретность и большую осторожность) I must exercise after she had placed me with the other young Tharks (которую я должна буду соблюдать после того как она поместит меня среди других молодых тарков) to permit no one to guess (чтобы никому не дать возможности догадаться) that I was further advanced in education than they (что я дальше продвинулась в образовании чем они), nor by any sign to divulge in the presence of others my affection for her (и не проявить никаким знаком в присутствии других мою привязанность к ней; to divulge — разглашать обнародовать), or my knowledge of my parentage (или мое знание о моем происхождении; parentage — происхождение родословная) and then drawing me close to her (и затем притянув меня близко к себе) she whispered in my ear the name of my father (она прошептала мне на ухо имя моего отца).


guess [ges], knowledge ['nɔlɪdʒ], parentage ['peərəntɪdʒ]

"She taught me rapidly the language and customs of my kind, and one night she told me the story I have told to you up to this point, impressing upon me the necessity for absolute secrecy and the great caution I must exercise after she had placed me with the other young Tharks to permit no one to guess that I was further advanced in education than they, nor by any sign to divulge in the presence of others my affection for her, or my knowledge of my parentage; and then drawing me close to her she whispered in my ear the name of my father.


"And then a light flashed out upon the darkness of the tower chamber (а затем свет озарил тьму башенной комнаты), and there stood Sarkoja (и там стояла Саркоджа), her gleaming, baleful eyes fixed in a frenzy of loathing and contempt upon my mother (ее сверкающие злобные глаза пристально смотрели на мою мать с бешеным отвращением и презрением; baleful — злобный мрачный; frenzy — безумие неистовство). The torrent of hatred and abuse she poured out upon her (тот поток ненависти и брани который она обрушила на нее; abuse — брань оскорбления) turned my young heart cold in terror (заставил мое юное сердце похолодеть от ужаса). That she had heard the entire story was apparent (то что она слышала всю историю было очевидно), and that she had suspected something wrong (и то что она подозревала что-то дурное) from my mother's long nightly absences from her quarters (из-за длительных ночных отлучек моей матери из своего жилья) accounted for her presence there on that fateful night (объясняло ее присутствие там в эту роковую ночь).


loathing ['louðɪŋ], abuse [ə'bju: s], quarters ['kwɔ: təz]

"And then a light flashed out upon the darkness of the tower chamber, and there stood Sarkoja, her gleaming, baleful eyes fixed in a frenzy of loathing and contempt upon my mother. The torrent of hatred and abuse she poured out upon her turned my young heart cold in terror. That she had heard the entire story was apparent, and that she had suspected something wrong from my mother's long nightly absences from her quarters accounted for her presence there on that fateful night.


"One thing she had not heard, nor did she know (одну вещь она не слышала и не знала), the whispered name of my father (произнесенное шепотом имя моего отца). This was apparent from her repeated demands upon my mother (это было очевидно из ее повторяющихся требований к моей матери; demand — требование вопрос) to disclose the name of her partner in sin (раскрыть имя ее сообщника в грехе), but no amount of abuse or threats could wring this from her (но никакое количество оскорблений или угроз не могло вырвать это у нее; to wring — выкручивать), and to save me from needless torture she lied (и чтобы спасти меня от бессмысленных пыток она солгала; need — нужда), for she told Sarkoja that she alone knew (так как она сказала Саркодже что только она знала/об этом/) nor would she even tell her child (и никогда не сказала бы ребенку).

"With final imprecations (с заключительными проклятиями; imprecation — проклятие), Sarkoja hastened away to Tal Hajus to report her discovery (Саркоджа поспешила к Талу Хаджусу чтобы доложить о своем открытии), and while she was gone (и пока ее не было) my mother, wrapping me in the silks and furs of her night coverings (моя мать завернув меня в шелка и меха своих ночных покрывал), so that I was scarcely noticeable (так что я была почти незаметна), descended to the streets and ran wildly away toward the outskirts of the city (спустилась к улицам и бешено помчалась к окраинам города), in the direction which led to the far south (в направлении которое вело далеко на юг), out toward the man whose protection she might not claim (к мужчине чьей защиты она не могла требовать), but on whose face she wished to look once more before she died (но лицо которого она хотела увидеть еще раз прежде чем умрет).


disclose [dɪs'klouz], torture ['tɔ: tʃə], imprecation ["ɪmprɪ'keɪʃ(ə)n], outskirt ['autskə:t]

"One thing she had not heard, nor did she know, the whispered name of my father. This was apparent from her repeated demands upon my mother to disclose the name of her partner in sin, but no amount of abuse or threats could wring this from her, and to save me from needless torture she lied, for she told Sarkoja that she alone knew nor would she even tell her child.

"With final imprecations, Sarkoja hastened away to Tal Hajus to report her discovery, and while she was gone my mother, wrapping me in the silks and furs of her night coverings, so that I was scarcely noticeable, descended to the streets and ran wildly away toward the outskirts of the city, in the direction which led to the far south, out toward the man whose protection she might not claim, but on whose face she wished to look once more before she died.


"As we neared the city's southern extremity (когда мы приблизились к южной окраине города) a sound came to us from across the mossy flat (до нас донесся звук через поросшую мхом равнину), from the direction of the only pass through the hills which led to the gates (со стороны единственного прохода через холмы который вел к воротам), the pass by which caravans from either north or south or east or west would enter the city (прохода по которому караваны с севера юга востока или запада входили в город). The sounds we heard were the squealing of thoats and the grumbling of zitidars (звук который мы услышали был визгом тотов и ворчанием зитидаров), with the occasional clank of arms (изредка/раздавалось бряцание оружия; clank — лязг звон) which announced the approach of a body of warriors (которое возвещало о приближении группы воинов; to announce — объявлять извещать). The thought uppermost in her mind was that (преобладающей мыслью в ее голове была та; uppermost — самый верхний преобладающий; to be uppermost — преобладать господствовать) it was my father returned from his expedition (что это был мой отец вернувшийся из экспедиции), but the cunning of the Thark held her from headlong and precipitate flight to greet him (но хитрость тарков удержала ее от того чтобы безрассудно и стремительно помчаться к нему навстречу; headlong — головой вперед опрометчивый безрассудный; precipitate — стремительный).


squealing ['skwi: lɪŋ], grumbling ['grʌmblɪŋ], precipitate [prɪ'sɪpɪtɪt]

"As we neared the city's southern extremity a sound came to us from across the mossy flat, from the direction of the only pass through the hills which led to the gates, the pass by which caravans from either north or south or east or west would enter the city. The sounds we heard were the squealing of thoats and the grumbling of zitidars, with the occasional clank of arms which announced the approach of a body of warriors. The thought uppermost in her mind was that it was my father returned from his expedition, but the cunning of the Thark held her from headlong and precipitate flight to greet him.


"Retreating into the shadows of a doorway (отступив в тень дверного проема) she awaited the coming of the cavalcade (она ожидала приближения кавалькады) which shortly entered the avenue (которая вскоре вступила на улицу), breaking its formation and thronging the thoroughfare from wall to wall (разрушая строй и заполняя проезд от стены до стены; to throng — скапливаться забивать переполнять; thoroughfare — оживленная улица проезд). As the head of the procession passed us (когда голова процессии прошла мимо нас) the lesser moon swung clear of the overhanging roofs (меньшая луна вышла из-за нависающих крыш; clear — не задевающий свободно проходящий; to swing — качать/ся колебать/ся совершать круговые движения идти мерным шагом) and lit up the scene with all the brilliancy of her wondrous light (и осветила сцену со всей яркостью ее чудесного света). My mother shrank further back into the friendly shadows (моя мать еще дальше отступила в спасительные«дружественные тени; to shrink — уменьшаться сокращаться сжиматься съеживаться отскочить отпрянуть отшатнуться), and from her hiding place saw (и из своего укрытия увидела) that the expedition was not that of my father (что это была не экспедиция моего отца), but the returning caravan bearing the young Tharks (а возвращающийся караван везущий молодых тарков). Instantly her plan was formed (мгновенно ее план сформировался), and as a great chariot swung close to our hiding place (и когда большая повозка подъехала близко к нашему убежищу; to swing — качать/ся мерно двигаться) she slipped stealthily in upon the trailing tailboard (она тайком скользнула на заднюю откидную доску; stealthy — тайный; trailing — прицепной задний; tailboard — откидная доска;tail — хвост), crouching low in the shadow of the high side (сильно«низко сжавшись в тени высокого борта), straining me to her bosom in a frenzy of love (и прижимая меня к груди в неистовстве любви; to strain — натягивать обнимать сжимать; to strain to bosom — прижать к груди; frenzy — безумие бешенство неистовство).


throng [θrɔŋ], thoroughfare ['θʌrəfeə], stealthily [stelθlɪ], frenzy ['frenzɪ]

"Retreating into the shadows of a doorway she awaited the coming of the cavalcade which shortly entered the avenue, breaking its formation and thronging the thoroughfare from wall to wall. As the head of the procession passed us the lesser moon swung clear of the overhanging roofs and lit up the scene with all the brilliancy of her wondrous light. My mother shrank further back into the friendly shadows, and from her hiding place saw that the expedition was not that of my father, but the returning caravan bearing the young Tharks. Instantly her plan was formed, and as a great chariot swung close to our hiding place she slipped stealthily in upon the trailing tailboard, crouching low in the shadow of the high side, straining me to her bosom in a frenzy of love.


"She knew, what I did not (она знала то чего я не знала), that never again after that night would she hold me to her breast (что никогда больше после этой ночи она не прижмет меня к своей груди), nor was it likely we would ever look upon each other's face again (и не было шанса«не было вероятности что мы когда-нибудь снова взглянем на лица друг друга; likely — вероятный возможный). In the confusion of the plaza she mixed me with the other children (в неразберихе/царившей на площади она подбросила«подмешала меня к другим детям; confusion — беспорядок путаница), whose guardians during the journey were now free to relinquish their responsibility (охранники которых на время путешествия могли теперь свободно снять с себя ответственность; to relinquish — ослаблять/хватку разжимать/руки выпускать/из рук/). We were herded together into a great room (нас собрали вместе в большой комнате; to herd — собирать в стадо быть вместе; to herd together — сбиваться в кучу; herd — стадо гурт), fed by women who had not accompanied the expedition (/нас накормили женщины которые не сопровождали экспедицию; to feed), and the next day we were parceled out among the retinues of the chieftains (и на следующий день нас распределили по свитам вождей; to parcel — делить на части).


relinquish [rɪ'lɪŋkwɪʃ], responsibility [rɪ" spɔnsə'bɪlɪtɪ], retinue ['retɪnju:]

"She knew, what I did not, that never again after that night would she hold me to her breast, nor was it likely we would ever look upon each other's face again. In the confusion of the plaza she mixed me with the other children, whose guardians during the journey were now free to relinquish their responsibility. We were herded together into a great room, fed by women who had not accompanied the expedition, and the next day we were parceled out among the retinues of the chieftains.


"I never saw my mother after that night (я никогда не видела своей матери после этой ночи). She was imprisoned by Tal Hajus (она была заключена в темницу Талом Хаджусом), and every effort, including the most horrible and shameful torture, was brought to bear upon her (и к ней было применено все«все усилия включая самые ужасные и постыдные пытки; to bring to bear — оказывать давление использовать) to wring from her lips the name of my father (чтобы исторгнуть из ее уст имя моего отца); but she remained steadfast and loyal (но она осталась непоколебимой и верной; steadfast — непоколебимый стойкий), dying at last amidst the laughter of Tal Hajus and his chieftains (и умерла в конце концов под смех Тала Хаджуса и его вождей) during some awful torture she was undergoing (во время какой-то ужасной пытки которой ее подвергали; to undergo — испытывать подвергаться).

"I learned afterwards that she told them that she had killed me (я узнала позднее что она сказала им что она убила меня) to save me from a like fate at their hands (чтобы спасти меня от подобной участи от их рук), and that she had thrown my body to the white apes (и что она выбросила мое тело белым обезьянам). Sarkoja alone disbelieved her (только Саркоджа не поверила ей), and I feel to this day that she suspects my true origin (и я чувствую по сегодняшний день что она подозревает о моем истинном происхождении), but does not dare expose me, at the present, at all events (но не осмеливается разоблачить меня во всяком случае сейчас; to expose — делать видимым обнажать показывать выставлять на показ разоблачать; event — случай; at all events — во всяком случае), because she also guesses, I am sure, the identity of my father (потому что она также догадывается я уверена об истинной личности моего отца; identity — личность).


imprison [ɪm'prɪzn], undergo ["ʌndə'gou], amidst [ə'mɪdst], disbelieve ["dɪsbɪ'li: v]

"I never saw my mother after that night. She was imprisoned by Tal Hajus, and every effort, including the most horrible and shameful torture, was brought to bear upon her to wring from her lips the name of my father; but she remained steadfast and loyal, dying at last amidst the laughter of Tal Hajus and his chieftains during some awful torture she was undergoing.

"I learned afterwards that she told them that she had killed me to save me from a like fate at their hands, and that she had thrown my body to the white apes. Sarkoja alone disbelieved her, and I feel to this day that she suspects my true origin, but does not dare expose me, at the present, at all events, because she also guesses, I am sure, the identity of my father.


"When he returned from his expedition (когда он вернулся из своей экспедиции) and learned the story of my mother's fate (и узнал историю судьбы моей матери) I was present as Tal Hajus told him (я присутствовала при том как Тал Хаджус рассказывал ему); but never by the quiver of a muscle did he betray the slightest emotion (но ни одним движением мускула он не выдал ни малейшей эмоции; quiver — дрожь трепет); only he did not laugh as Tal Hajus gleefully described her death struggles (только он не смеялся когда Тал Хаджус весело описывал ее смертные муки агонию; gleefully — радостно с ликованием; death struggle — агония). From that moment on he was the cruelest of the cruel (с этого момента он стал самым жестоким из жестоких), and I am awaiting the day (и я ожидаю того дня) when he shall win the goal of his ambition (когда он достигнет цели своих устремлений), and feel the carcass of Tal Hajus beneath his foot (и наступит ногой на тело Тала Хаджуса«почувствует тело Тала Хаджуса под своей ногой»), for I am as sure that he but waits the opportunity (и я так же уверена в том что он только и ждет возможности) to wreak a terrible vengeance (чтобы страшно отомстить; to wreak — давать выход волю/чувству мстить; vengeance — месть), and that his great love is as strong in his breast (и что его великая любовь так же сильна в его груди) as when it first transfigured him nearly forty years ago (как и тогда когда она впервые преобразила его почти сорок лет назад; to transfigure — преображать), as I am that we sit here upon the edge of a world-old ocean (как в том что мы сидим здесь на берегу старого как мир океана) while sensible people sleep (пока благоразумные люди спят; sensible — разумный здравомыслящий), John Carter."


describe [dɪs'kraɪb], quiver ['kwɪvə], opportunity ["ɔpə'tju: nɪtɪ], vengeance ['vendʒ(ə)ns]

"When he returned from his expedition and learned the story of my mother's fate I was present as Tal Hajus told him; but never by the quiver of a muscle did he betray the slightest emotion; only he did not laugh as Tal Hajus gleefully described her death struggles. From that moment on he was the cruelest of the cruel, and I am awaiting the day when he shall win the goal of his ambition, and feel the carcass of Tal Hajus beneath his foot, for I am as sure that he but waits the opportunity to wreak a terrible vengeance, and that his great love is as strong in his breast as when it first transfigured him nearly forty years ago, as I am that we sit here upon the edge of a world-old ocean while sensible people sleep, John Carter."


"And your father, Sola, is he with us now (а твой отец Сола он с нами и теперь)?" I asked.

"Yes," she replied, "but he does not know me for what I am (но он не знает кто я такая), nor does he know who betrayed my mother to Tal Hajus (и он не знает кто выдал мою мать Талу Хаджусу; to betray — совершить предательство выдать). I alone know my father's name (только я одна знаю имя своего отца), and only I and Tal Hajus and Sarkoja know that it was she (и только я и Тал Хаджус и Саркоджа знают что это была она) who carried the tale that brought death and torture upon her he loved (та кто сообщила об этой истории которая повлекла за собой смерть и пытки той которую он любил; to carry — передавать сообщение; to bring — вызывать влечь за собой)."

We sat silent for a few moments (мы просидели молча несколько минут), she wrapped in the gloomy thoughts of her terrible past (она поглощенная мрачными мыслями о своем ужасном прошлом; to wrap — окутывать охватывать поглощать), and I in pity for the poor creatures (а я жалостью по отношению к бедным созданиям) whom the heartless, senseless customs of their race (которых бессердечные жестокие обычаи их расы; senseless — бесчувственный жестокий) had doomed to loveless lives of cruelty and of hate (обрекли на лишенную любви жизнь в жестокости и ненависти). Presently she spoke (вскоре она заговорила).


betray [bɪ'treɪ], heartless ['hɑ: tlɪs], senseless ['senslɪs]

"And your father, Sola, is he with us now?" I asked.

"Yes," she replied, "but he does not know me for what I am, nor does he know who betrayed my mother to Tal Hajus. I alone know my father's name, and only I and Tal Hajus and Sarkoja know that it was she who carried the tale that brought death and torture upon her he loved."

We sat silent for a few moments, she wrapped in the gloomy thoughts of her terrible past, and I in pity for the poor creatures whom the heartless, senseless customs of their race had doomed to loveless lives of cruelty and of hate. Presently she spoke.


"John Carter, if ever a real man walked the cold, dead bosom of Barsoom you are one (если когда-нибудь настоящий человек ступал по холодной мертвой поверхности Барсума то это ты; bosom — грудь лоно). I know that I can trust you (я знаю что могу доверять тебе), and because the knowledge may someday help (и так как это знание может однажды помочь) you or him or Dejah Thoris or myself, I am going to tell you the name of my father (я собираюсь сообщить тебе имя своего отца), nor place any restrictions or conditions upon your tongue (и не буду ставить никаких ограничений или условий в отношении твоего молчания«языка»; tongue — язык речь). When the time comes (когда придет время), speak the truth if it seems best to you (скажи правду если ты посчитаешь что так будет лучше). I trust you because I know (я доверяю тебе потому что я знаю) that you are not cursed with the terrible trait of absolute and unswerving truthfulness (что ты не наделен«ты не проклят таким ужасным свойством как абсолютная и непреклонная правдивость; trait — характерная черта свойство; unswerving — непоколебимый неуклонный; to swerve — отклоняться от прямого пути сворачивать в сторону), that you could lie like one of your own Virginia gentlemen (что ты можешь солгать как любой из твоих джентльменов из Виргинии) if a lie would save others from sorrow or suffering (если ложь может спасти других от печали или страданий). My father's name is Tars Tarkas."


restriction [rɪ'strɪkʃ(ə)n], unswerving [ʌn'swə:vɪŋ], truthfulness ['tru: θfulnɪs]

"John Carter, if ever a real man walked the cold, dead bosom of Barsoom you are one. I know that I can trust you, and because the knowledge may someday help you or him or Dejah Thoris or myself, I am going to tell you the name of my father, nor place any restrictions or conditions upon your tongue. When the time comes, speak the truth if it seems best to you. I trust you because I know that you are not cursed with the terrible trait of absolute and unswerving truthfulness, that you could lie like one of your own Virginia gentlemen if a lie would save others from sorrow or suffering. My father's name is Tars Tarkas."


Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.