«Adiposity is the best way to avoid being raped.» - Ожирение — лучший способ избежать изнасилования
 Wednesday [ʹwenzdı] , 12 December [dıʹsembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Эдгар Берроуз. Принцесса Марса

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

CHAPTER XIII. LOVE-MAKING ON MARS (ухаживания на Марсе)

Following the battle with the air ships (после битвы с воздушными кораблями), the community remained within the city for several days (община оставалась в пределах города несколько дней), abandoning the homeward march until they could feel reasonably assured (отказавшись от похода домой до тех пор пока они не смогут быть достаточно уверены; to abandon — отказываться оставлять; homeward — ведущий к дому; reasonably — разумно довольно достаточно) that the ships would not return (что корабли не вернутся); for to be caught on the open plains with a cavalcade of chariots and children (так как быть захваченными на открытых равнинах с кавалькадой повозок и детей) was far from the desire of even so warlike a people as the green Martians (совсем не соответствовало желаниям даже такого воинственного народа как зеленые марсиане).

During our period of inactivity (во время нашего периода бездействия), Tars Tarkas had instructed me in many of the customs and arts of war familiar to the Tharks (Тарс Таркас обучил меня многим традициям и боевым искусствам известным таркам; familiar — хорошо знакомый привычный), including lessons in riding and guiding the great beasts which bore the warriors (включая уроки верховой езды и управления огромными животными которые возили воинов; to bear — носить). These creatures, which are known as thoats (эти создания известные как тоты), are as dangerous and vicious as their masters (столь же опасны и злобны как и их хозяева), but when once subdued (но как только их усмирят; to subdue — покорять подчинять) are sufficiently tractable for the purposes of the green Martians (становятся достаточно послушными для надобностей зеленых марсиан; tractable — послушный).


remain [rɪ'meɪn], abandon [ə'bændən], reasonably ['ri: znəblɪ], sufficiently [sə'fɪʃ(ə)ntlɪ]

Following the battle with the air ships, the community remained within the city for several days, abandoning the homeward march until they could feel reasonably assured that the ships would not return; for to be caught on the open plains with a cavalcade of chariots and children was far from the desire of even so warlike a people as the green Martians.

During our period of inactivity, Tars Tarkas had instructed me in many of the customs and arts of war familiar to the Tharks, including lessons in riding and guiding the great beasts which bore the warriors. These creatures, which are known as thoats, are as dangerous and vicious as their masters, but when once subdued are sufficiently tractable for the purposes of the green Martians.


Two of these animals had fallen to me from the warriors whose metal I wore (два таких животных перешли ко мне от воинов чьи знаки я носил; to fall to — выпадать доставаться; to wear), and in a short time I could handle them quite as well as the native warriors (и через короткое время я мог управляться с ними так же хорошо как и местные воины; quite — совершенно полностью). The method was not at all complicated (способ был вовсе не сложным). If the thoats did not respond with sufficient celerity to the telepathic instructions of their riders (если тоты не реагировали с достаточной скоростью на телепатические приказания своих всадников; celerity — быстрота проворство скорость) they were dealt a terrific blow between the ears with the butt of a pistol (то они получали страшный удар между ушей рукояткой пистолета; to deal — распределять раздавать; to deal a blow — нанести удар), and if they showed fight this treatment was continued (а если они сопротивлялись«проявляли боевой дух то такое обращение/с ними повторялось; fight — бой боевой дух драчливость; treatment — обращение обхождение) until the brutes either were subdued (пока животные/не были либо укрощены), or had unseated their riders (либо/не сбрасывали своих наездников).


quite [kwaɪt], instruction [ɪn'strʌkʃ(ə)n], celerity [sə'lerətɪ], subdued [sʌb'dju: d]

Two of these animals had fallen to me from the warriors whose metal I wore, and in a short time I could handle them quite as well as the native warriors. The method was not at all complicated. If the thoats did not respond with sufficient celerity to the telepathic instructions of their riders they were dealt a terrific blow between the ears with the butt of a pistol, and if they showed fight this treatment was continued until the brutes either were subdued, or had unseated their riders.


In the latter case it became a life and death struggle between the man and the beast (в последнем случае начиналась борьба не на жизнь а на смерть между человеком и животным). If the former were quick enough with his pistol (если бы первый достаточно быстро управлялся«был достаточно быстр со своим пистолетом) he might live to ride again, though upon some other beast (то он мог выжить чтобы снова ездить верхом правда на каком-нибудь другом животном); if not, his torn and mangled body was gathered up by his women and burned in accordance with Tharkian custom (если же нет то его разодранное и искалеченное тело собирали/по кускам его женщины и сжигали согласно таркианским обычаям; to mangle — рубить калечить).


struggle [strʌgl], mangle [mæŋgl], accordance [ə'kɔ: d(ə)ns]

In the latter case it became a life and death struggle between the man and the beast. If the former were quick enough with his pistol he might live to ride again, though upon some other beast; if not, his torn and mangled body was gathered up by his women and burned in accordance with Tharkian custom.


My experience with Woola determined me (мой опыт с Вулой настроил меня; to determine — определять детерминировать обусловливать заставлять побуждать) to attempt the experiment of kindness in my treatment of my thoats (попытаться провести эксперимент по доброму обращению с моими тотами). First I taught them that they could not unseat me (вначале я научил их что они не имеют права сбрасывать меня), and even rapped them sharply between the ears (и даже резко бил их между ушами; to rap — слегка ударять) to impress upon them my authority and mastery (чтобы они осознали мою власть и мое превосходство; mastery — господство власть). Then, by degrees, I won their confidence in much the same manner (затем постепенно я завоевал их доверие в основном совершенно тем же способом) as I had adopted countless times with my many mundane mounts (который я применял бессчетное число раз со множеством моих земных лошадей). I was ever a good hand with animals (я всегда хорошо умел обращаться с животными; hand — мастер своего дела умелец), and by inclination, as well as because it brought more lasting and satisfactory results (и по душевной склонности а также потому что это приводило к более длительным и удовлетворительным результатам), I was always kind and humane in my dealings with the lower orders (я всегда был добрым и человечным в своем обращении с низшими существами; order — отряд подкласс). I could take a human life, if necessary (я мог лишить человека жизни если это было необходимо; to take life — убить«взять жизнь»), with far less compunction than that of a poor, unreasoning, irresponsible brute (с гораздо меньшими угрызениями совести чем если бы это было бедное неразумное безответственное животное; compunction — угрызения совести; irresponsible — не отвечающий за свои поступки).


authority [ɔ:'θɔrɪtɪ], inclination ["ɪnklɪ'neɪʃ(ə)n], compunction [kəm'pʌŋkʃ(ə)n], irresponsible ["ɪrɪs'pɔnsəbl]

My experience with Woola determined me to attempt the experiment of kindness in my treatment of my thoats. First I taught them that they could not unseat me, and even rapped them sharply between the ears to impress upon them my authority and mastery. Then, by degrees, I won their confidence in much the same manner as I had adopted countless times with my many mundane mounts. I was ever a good hand with animals, and by inclination, as well as because it brought more lasting and satisfactory results, I was always kind and humane in my dealings with the lower orders. I could take a human life, if necessary, with far less compunction than that of a poor, unreasoning, irresponsible brute.


In the course of a few days my thoats were the wonder of the entire community (в течение нескольких дней мои тоты стали предметом удивления для всей общины; in the course of — в ходе в течение). They would follow me like dogs (они стали следовать за мной как собаки), rubbing their great snouts against my body in awkward evidence of affection (и терлись огромными мордами о мое тело в неуклюжем проявлении привязанности), and respond to my every command with an alacrity and docility (и реагировали на каждую мою команду с таким рвением и готовностью; to respond — отвечать реагировать; alacrity — живость готовность) which caused the Martian warriors to ascribe to me the possession of some earthly power unknown on Mars (которые стали поводом для марсианских воинов приписать мне владение какой-то земной силой неизвестной на Марсе).


awkward ['ɔ: kwəd], alacrity [ə'lækrɪtɪ], ascribe [ə'skraɪb]

In the course of a few days my thoats were the wonder of the entire community. They would follow me like dogs, rubbing their great snouts against my body in awkward evidence of affection, and respond to my every command with an alacrity and docility which caused the Martian warriors to ascribe to me the possession of some earthly power unknown on Mars.


"How have you bewitched them?" asked Tars Tarkas one afternoon (как ты околдовал их спросил Тарс Таркас однажды вечером; witch — ведьма колдунья), when he had seen me run my arm far between the great jaws of one of my thoats (когда он увидел как я просовываю руку глубоко между огромными челюстями одного из моих тотов) which had wedged a piece of stone between two of his teeth (который загнал осколок камня между двумя зубами; to wedge — втискивать загонять; wedge — клин) while feeding upon the moss-like vegetation within our court yard (пока он ел похожую на мох растительность в нашем дворе; to feed — есть кормиться; court — двор площадка).


bewitched [bɪ'wɪtʃt], wedge [wedʒ], feeding ['fi: dɪŋ]

"How have you bewitched them?" asked Tars Tarkas one afternoon, when he had seen me run my arm far between the great jaws of one of my thoats which had wedged a piece of stone between two of his teeth while feeding upon the moss-like vegetation within our court yard.


"By kindness," I replied (добротой ответил я). "You see, Tars Tarkas, the softer sentiments have their value, even to a warrior (видишь ли Тарс Таркас более нежные чувства имеют свою ценность даже для воина; sentiment — чувство). In the height of battle as well as upon the march (в разгар битвы равно как в походе; height — высшая степень разгар) I know that my thoats will obey my every command (я знаю что мои тоты будут подчиняться каждой моей команде), and therefore my fighting efficiency is enhanced (и поэтому моя эффективность в бою повышается; to enhance — увеличивать усиливать), and I am a better warrior for the reason that I am a kind master (и я являюсь лучшим воином по той причине что я добрый хозяин). Your other warriors would find it to the advantage of themselves as well as of the community (другие твои воины поймут что это/даст преимущество как и им самим так и общине; advantage — преимущество выгода) to adopt my methods in this respect (/если принять мои методы в этом отношении). Only a few days since you, yourself (всего лишь несколько дней назад ты ты сам), told me that these great brutes, by the uncertainty of their tempers (сказал мне что эти огромные животные из-за непостоянства своего характера; uncertain — сомнительный изменчивый), often were the means of turning victory into defeat (часто становились средством превращения победы в поражение), since, at a crucial moment, they might elect to unseat and rend their riders (так как в критический момент они могли взбрыкнуть«выбрать решение и сбросить и разорвать своих всадников; to elect — выбирать принимать решение; to rend — рвать раздирать)."


sentiment ['sentɪmənt], enhance [ɪn'hɑ: ns], crucial ['kru: ʃəl]

"By kindness," I replied. "You see, Tars Tarkas, the softer sentiments have their value, even to a warrior. In the height of battle as well as upon the march I know that my thoats will obey my every command, and therefore my fighting efficiency is enhanced, and I am a better warrior for the reason that I am a kind master. Your other warriors would find it to the advantage of themselves as well as of the community to adopt my methods in this respect. Only a few days since you, yourself, told me that these great brutes, by the uncertainty of their tempers, often were the means of turning victory into defeat, since, at a crucial moment, they might elect to unseat and rend their riders."


"Show me how you accomplish these results (покажи мне как ты достигаешь этих результатов)," was Tars Tarkas' only rejoinder (было единственным ответом Тарса Таркаса; rejoinder — ответ).

And so I explained as carefully as I could (и потому я объяснил так тщательно как только мог; carefully — тщательно) the entire method of training I had adopted with my beasts (весь метод тренировки который я применял к своим животным), and later he had me repeat it before Lorquas Ptomel and the assembled warriors (и позднее он заставил меня повторить это перед Лорквасом Птомелем и собравшимися воинами). That moment marked the beginning of a new existence for the poor thoats (этот момент ознаменовал начало нового существования для бедных тотов), and before I left the community of Lorquas Ptomel (и прежде чем я покинул общину Лоркваса Птомеля) I had the satisfaction of observing a regiment of as tractable and docile mounts as one might care to see (я имел удовольствие наблюдать полк настолько послушных и кротких монстров о котором можно было только мечтать). The effect on the precision and celerity of the military movements was so remarkable (воздействие/этого на точность и скорость воинских передвижений было настолько замечательным; celerity — быстрота скорость) that Lorquas Ptomel presented me with a massive anklet of gold from his own leg (что Лорквас Птомель одарил меня массивным золотым браслетом со своей собственной ноги; anklet — ножной браслет), as a sign of his appreciation of my service to the horde (в знак признания моих заслуг перед племенем).

On the seventh day following the battle with the air craft (на седьмой день после сражения с воздушными судами) we again took up the march toward Thark (мы снова возобновили поход к Тарку), all probability of another attack being deemed remote by Lorquas Ptomel (/так как всякая возможность повторной атаки казалась Лорквасу Птомелю маловероятной; remote — отдаленный).


rejoinder [rɪ'dʒɔɪndə], carefully ['keəf(ə)lɪ], anklet ['æŋklɪt], tractable ['træktəbl]

"Show me how you accomplish these results," was Tars Tarkas' only rejoinder.

And so I explained as carefully as I could the entire method of training I had adopted with my beasts, and later he had me repeat it before Lorquas Ptomel and the assembled warriors. That moment marked the beginning of a new existence for the poor thoats, and before I left the community of Lorquas Ptomel I had the satisfaction of observing a regiment of as tractable and docile mounts as one might care to see. The effect on the precision and celerity of the military movements was so remarkable that Lorquas Ptomel presented me with a massive anklet of gold from his own leg, as a sign of his appreciation of my service to the horde.

On the seventh day following the battle with the air craft we again took up the march toward Thark, all probability of another attack being deemed remote by Lorquas Ptomel.


During the days just preceding our departure (в течение тех дней которые предшествовали нашему отъезду) I had seen but little of Dejah Thoris (я видел Дежу Торис очень мало), as I had been kept very busy by Tars Tarkas (так как Тарс Таркас заставил меня усиленно заниматься; to keep busy — заставить напряженно трудиться) with my lessons in the art of Martian warfare (уроками марсианского военного искусства), as well as in the training of my thoats (а также тренировкой моих тотов). The few times I had visited her quarters she had been absent (те несколько раз когда я заходил в ее жилье она отсутствовала), walking upon the streets with Sola, or investigating the buildings in the near vicinity of the plaza (прогуливаясь по улицам с Солой или изучая/рассматривая здания в непосредственной близости от площади; vicinity — соседство близость; in the vicinity of — по-соседству; to investigate — расследовать получать сведения изучать исследовать) I had warned them against venturing far from the plaza (я предупредил их чтобы они не рисковали/отходить далеко от площади; to venture — рисковать отважиться) for fear of the great white apes (из-за страха перед большими белыми обезьянами), whose ferocity I was only too well acquainted with (с чьей жестокостью я был слишком хорошо знаком). However, since Woola accompanied them on all their excursions (однако в связи с тем что Вула сопровождал их во всех их экскурсиях), and as Sola was well armed (а Сола была хорошо вооружена), there was comparatively little cause for fear (было сравнительно мало оснований для опасений).


warfare ['wɔ: feə], acquaint [ə'kweɪnt], venture ['ventʃə], excursion [ɪks'kə:ʃ(ə)n]

During the days just preceding our departure I had seen but little of Dejah Thoris, as I had been kept very busy by Tars Tarkas with my lessons in the art of Martian warfare, as well as in the training of my thoats. The few times I had visited her quarters she had been absent, walking upon the streets with Sola, or investigating the buildings in the near vicinity of the plaza. I had warned them against venturing far from the plaza for fear of the great white apes, whose ferocity I was only too well acquainted with. However, since Woola accompanied them on all their excursions, and as Sola was well armed, there was comparatively little cause for fear.


On the evening before our departure I saw them approaching along one of the great avenues (в вечер перед нашим отъездом я увидел как они приближаются по одной из широких улиц) which lead into the plaza from the east (которые вели к площади с востока). I advanced to meet them (я подошел чтобы встретить их), and telling Sola that I would take the responsibility for Dejah Thoris' safekeeping (и сказав Соле что я возьму ответственность за безопасность Дежи Торис/на себя/), I directed her to return to her quarters on some trivial errand (я велел ей возвратиться в свое жилье с каким-то мелким поручением). I liked and trusted Sola (мне нравилась Сола и я доверял ей), but for some reason I desired to be alone with Dejah Thoris (но по какой-то причине я хотел остаться наедине с Дежой Торис), who represented to me all that I had left behind upon Earth (которая воплощала для меня все что я оставил позади на Земле) in agreeable and congenial companionship (/в смысле приятного и близкого дружеского общения; congenial — близкий родственный; companionship — товарищество дружеское общение). There seemed bonds of mutual interest between us (казалось что между нами/существовала сила взаимного влечения«узы взаимного интереса»; bonds — узы связь; interest — интерес влечение) as powerful as though we had been born under the same roof rather than upon different planets (настолько сильная как будто мы были рождены под одной кровлей а не на разных планетах), hurtling through space some forty-eight million miles apart (мчащихся в пространстве на расстоянии сорока восьми миллионов миль друг от друга; to hurtle — сталкивать ударять одно о другое бросать с силой швырять двигаться с шумом нестись мчаться с шумом грохотом).


safekeeping ["seɪf'ki: pɪŋ], agreeable [ə'gri: əbl], congenial [kən'dʒi: njəl]

On the evening before our departure I saw them approaching along one of the great avenues which lead into the plaza from the east. I advanced to meet them, and telling Sola that I would take the responsibility for Dejah Thoris' safekeeping, I directed her to return to her quarters on some trivial errand. I liked and trusted Sola, but for some reason I desired to be alone with Dejah Thoris, who represented to me all that I had left behind upon Earth in agreeable and congenial companionship. There seemed bonds of mutual interest between us as powerful as though we had been born under the same roof rather than upon different planets, hurtling through space some forty-eight million miles apart.


That she shared my sentiments in this respect I was positive (в том что она разделяла мои чувства в этом отношении я был уверен; positive — несомненный уверенный), for on my approach the look of pitiful hopelessness left her sweet countenance (так как при моем приближении выражение безнадежности/которое вызывало жалость покинуло ее милое лицо; pitiful — жалостный) to be replaced by a smile of joyful welcome (сменившись улыбкой радостного приветствия), as she placed her little right hand upon my left shoulder in true red Martian salute (когда она положила свою маленькую правую ручку на мое левое плечо в истинном = надлежащем приветственном жесте красных марсиан; salute — дружеское приветствие).

"Sarkoja told Sola that you had become a true Thark (Саркоджа сказала Соле что ты стал настоящим тарком)," she said, "and that I would now see no more of you (и что теперь я буду видеть тебя не чаще) than of any of the other warriors (чем любых других воинов)."

"Sarkoja is a liar of the first magnitude (Саркоджа первостатейная лгунья«лгунья первой величины»; magnitude — величина размеры)," I replied, "notwithstanding the proud claim of the Tharks to absolute verity (несмотря на гордые притязания тарков на абсолютную правдивость; verity — правдивость искренность)."


hopelessness ['houplɪsnɪs], pitiful ['pɪtɪful], notwithstanding ["nɔtwɪð'stændɪŋ]

That she shared my sentiments in this respect I was positive, for on my approach the look of pitiful hopelessness left her sweet countenance to be replaced by a smile of joyful welcome, as she placed her little right hand upon my left shoulder in true red Martian salute.

"Sarkoja told Sola that you had become a true Thark," she said, "and that I would now see no more of you than of any of the other warriors."

"Sarkoja is a liar of the first magnitude," I replied, "notwithstanding the proud claim of the Tharks to absolute verity."


Dejah Thoris laughed (Дежа Торис рассмеялась).

"I knew that even though you became a member of the community (я знала что хотя ты и стал членом общины) you would not cease to be my friend (ты не перестанешь быть моим другом); 'A warrior may change his metal, but not his heart (воин может заменить знаки различия но не свое сердце),' as the saying is upon Barsoom (как гласит барсумианская поговорка)."

"I think they have been trying to keep us apart," she continued (я думаю что они пытались разлучить нас«держать отдельно продолжила она), "for whenever you have been off duty (потому что каждый раз когда ты не был на дежурстве) one of the older women of Tars Tarkas' retinue (какая-нибудь из старших женщин свиты Тарса Таркаса) has always arranged to trump up some excuse to get Sola and me out of sight (всегда старалась придумать какой-нибудь предлог чтобы убрать меня и Солу куда-нибудь подальше; to trump up some excuse — выдумать сфабриковать извинение предлог; trump — козырь; to get out of sight — убирать с глаз долой прятать). They have had me down in the pits below the buildings (они держали меня в темницах под зданиями; pit — яма темница) helping them mix their awful radium powder (и/заставляли помогать им смешивать их ужасный радиевый порошок), and make their terrible projectiles (и делать их ужасные снаряды). You know that these have to be manufactured by artificial light (ты знаешь что их нужно изготавливать при искусственном свете), as exposure to sunlight always results in an explosion (так как если их выставить на солнечный свет то это всегда приводит к взрыву; exposure — выставление). You have noticed that their bullets explode when they strike an object (ты заметил что их пули взрываются когда ударяются о какой-либо предмет)? Well, the opaque, outer coating is broken by the impact (так вот непрозрачная наружная оболочка разбивается при ударе; opaque — непрозрачный; coating — слой оболочка), exposing a glass cylinder, almost solid (обнажая стеклянный цилиндр почти сплошной), in the forward end of which is a minute particle of radium powder (на переднем конце которого находится крошечная частица радиевого порошка). The moment the sunlight, even though diffused (в то мгновение когда солнечный свет даже рассеянный; to diffuse — распространять рассеивать), strikes this powder it explodes with a violence which nothing can withstand (попадает на этот порошок он взрывается с такой силой которой ничто не может противостоять). If you ever witness a night battle (если ты когда-нибудь станешь свидетелем ночной битвы) you will note the absence of these explosions (ты заметишь отсутствие этих взрывов), while the morning following the battle (при этом следующее утро после битвы) will be filled at sunrise with the sharp detonations (наполнится с восходом солнца резким грохотом; detonation — взрыв гром грохот) of exploding missiles fired the preceding night (взрывающихся снарядов выпущенных предыдущей ночью). As a rule, however, non-exploding projectiles are used at night (как правило однако ночью используются не взрывающиеся снаряды)." [ɪ have used the word radium in describing this powder (я использовал слово радий при описании этого порошка) because in the light of recent discoveries on Earth (потому что в свете последних открытий на Земле) ɪ believe it to be a miæture of which radium is the base (я полагаю что это является смесью основу которой составляет радий). ɪn ʧaptain ʧarter's manuscript (в рукописи капитана Картера) it is mentioned always by the name used in the written language of u:elium (он всегда упоминается под названием которое используется в письменности Гелиума) and is spelled in hieroglyphics which it would be difficult and useless to reproduce (и пишется иероглифами которые было бы трудно и бесполезно воспроизводить).]

opaque [ou'peɪk], continue [kən'tɪnju: ] diffuse [dɪ'fju: z], detonation ["detə'neɪʃ(ə)n], hieroglyphic ["haɪərəu'glɪfɪk]

"I knew that even though you became a member of the community you would not cease to be my friend; 'A warrior may change his metal, but not his heart,' as the saying is upon Barsoom."

"I think they have been trying to keep us apart," she continued, "for whenever you have been off duty one of the older women of Tars Tarkas' retinue has always arranged to trump up some excuse to get Sola and me out of sight. They have had me down in the pits below the buildings helping them mix their awful radium powder, and make their terrible projectiles. You know that these have to be manufactured by artificial light, as exposure to sunlight always results in an explosion. You have noticed that their bullets explode when they strike an object? Well, the opaque, outer coating is broken by the impact, exposing a glass cylinder, almost solid, in the forward end of which is a minute particle of radium powder. The moment the sunlight, even though diffused, strikes this powder it explodes with a violence which nothing can withstand. If you ever witness a night battle you will note the absence of these explosions, while the morning following the battle will be filled at sunrise with the sharp detonations of exploding missiles fired the preceding night. As a rule, however, non-exploding projectiles are used at night." [ɪ have used the word radium in describing this powder because in the light of recent discoveries on Earth ɪ believe it to be a miæture of which radium is the base. ɪn ʧaptain ʧarter's manuscript it is mentioned always by the name used in the written language of u:elium and is spelled in hieroglyphics which it would be difficult and useless to reproduce.]


While I was much interested in Dejah Thoris' explanation of this wonderful adjunct to Martian warfare (хотя я с большим интересом слушал«был сильно заинтересован объяснения Дежи Торис об этой удивительной принадлежности марсианской войны; adjunct — приложение дополнение принадлежности), I was more concerned by the immediate problem of their treatment of her (еще больше я был озабочен насущной проблемой их обращения с ней; immediate — непосредственный прямой). That they were keeping her away from me was not a matter for surprise (то что они держали ее вдали от меня было не удивительно«не было поводом для удивления»), but that they should subject her to dangerous and arduous labor filled me with rage (но то что они подвергали ее опасной и изнурительной работе наполнило меня яростью; arduous — трудный; arduous labor — изнурительный труд).

"Have they ever subjected you to cruelty and ignominy (терпела ли ты когда-нибудь от них грубость и унижения«подвергали ли они тебя…»; ignominy — бесчестье позор), Dejah Thoris?" I asked, feeling the hot blood of my fighting ancestors leap in my veins as I awaited her reply (спросил я чувствуя как горячая кровь моих воинственных предков бурлит в моих жилах пока я ожидал ее ответа; to leap — прыгать биться/о пульсе/)


adjunct ['ædʒʌŋkt], arduous ['ɑ: djuəs], ignominy ['ɪgnəmɪnɪ]

While I was much interested in Dejah Thoris' explanation of this wonderful adjunct to Martian warfare, I was more concerned by the immediate problem of their treatment of her. That they were keeping her away from me was not a matter for surprise, but that they should subject her to dangerous and arduous labor filled me with rage.

"Have they ever subjected you to cruelty and ignominy, Dejah Thoris?" I asked, feeling the hot blood of my fighting ancestors leap in my veins as I awaited her reply.


"Only in little ways (только в мелочах), John Carter," she answered. "Nothing that can harm me outside my pride (ничего что могло бы ранить меня за исключением моей гордости; outside — кроме за исключением). They know that I am the daughter of ten thousand jeddaks (они знают что я дочь десяти тысяч джеддаков), that I trace my ancestry straight back without a break to the builder of the first great waterway (что я прослеживаю свою родословную по прямой линии«прямо назад беспрерывно к строителю первого великого канала; with out a break — беспрерывно) and they, who do not even know their own mothers, are jealous of me (и они те кто не знает даже своих собственных матерей завидуют мне). At heart they hate their horrid fates (в глубине души они ненавидят свою ужасную судьбу; at heart — в глубине души), and so wreak their poor spite on me (и поэтому изливают на меня свою жалкую злобу; to wreak — давать выход волю/чувству/; spite — злоба злость озлобленность недоброжелательство) who stand for everything they have not (на меня которая воплощает все чего они не имеют; to stand for smth. — символизировать воплощать что-либо), and for all they most crave and never can attain (и чего они страстно желают и никогда не могут получить; to attain — достигать получать). Let us pity them, my chieftain (пожалеем же их мой вождь), for even though we die at their hands we can afford them pity (потому что даже если мы умрем от их руки мы можем подарить им жалость; to afford — предоставлять давать), since we are greater than they and they know it (потому что мы выше их и они знают это)."


straight [streɪt], horrid ['hɔrɪd], wreak [ri: k]

"Only in little ways, John Carter," she answered. "Nothing that can harm me outside my pride. They know that I am the daughter of ten thousand jeddaks, that I trace my ancestry straight back without a break to the builder of the first great waterway, and they, who do not even know their own mothers, are jealous of me. At heart they hate their horrid fates, and so wreak their poor spite on me who stand for everything they have not, and for all they most crave and never can attain. Let us pity them, my chieftain, for even though we die at their hands we can afford them pity, since we are greater than they and they know it."


Had I known the significance of those words "my chieftain" (если бы я знал значение этих слов«мой вождь»), as applied by a red Martian woman to a man (/которые красная марсианская женщина применяет по отношению к мужчине), I should have had the surprise of my life (то это было бы самой большой неожиданностью в моей жизни), but I did not know at that time (но в то время я этого не знал), nor for many months thereafter (/и узнал лишь много месяцев спустя). Yes, I still had much to learn upon Barsoom (да мне предстояло еще многое узнать на Барсуме).

"I presume it is the better part of wisdom (я полагаю что главная мудрость«основная часть мудрости заключается в том) that we bow to our fate with as good grace as possible (чтобы склониться перед нашей судьбой с максимальным достоинством; as possible — как только возможно), Dejah Thoris; but I hope, nevertheless (но тем не менее я надеюсь), that I may be present the next time (что я смогу присутствовать в следующий раз) that any Martian, green, red, pink, or violet (когда какой-нибудь марсианин зеленый красный розовый или фиолетовый), has the temerity to even so much as frown on you, my princess (будет настолько безрассудным чтобы хотя бы взглянуть неодобрительно на тебя моя принцесса; temerity — безрассудная смелость; to frown — хмурить брови смотреть неодобрительно)."


nevertheless ["nevəðə'les], temerity [tɪ'merɪtɪ], frown [fraun]

Had I known the significance of those words "my chieftain," as applied by a red Martian woman to a man, I should have had the surprise of my life, but I did not know at that time, nor for many months thereafter. Yes, I still had much to learn upon Barsoom.

"I presume it is the better part of wisdom that we bow to our fate with as good grace as possible, Dejah Thoris; but I hope, nevertheless, that I may be present the next time that any Martian, green, red, pink, or violet, has the temerity to even so much as frown on you, my princess."


Dejah Thoris caught her breath at my last words (затаила дыхание при моих последних словах; to catch breath — затаить«поймать дыхание), and gazed upon me with dilated eyes (и посмотрела на меня расширившимися глазами; to dilate — расширять увеличивать) and quickening breath (дыхание/ее ускорилось), and then, with an odd little laugh (и затем с непривычным смешком; odd — странный необычный), which brought roguish dimples to the corners of her mouth (который добавил шаловливые ямочки к уголкам ее рта; rogue — негодяй мошенник плутишка озорник), she shook her head and cried (она покачала головой и воскликнула; to shake — трясти):

"What a child (что за ребенок)! A great warrior and yet a stumbling little child (великий воин и все же неразумный«спотыкающийся маленький ребенок)."

"What have I done now (что такого я сделал теперь)?" I asked, in sore perplexity (спросил я в крайней растерянности; sore — больной болезненный чувствительный глубоко сильно/страдать душевно/; perplexity — недоумение растерянность).

"Some day you shall know (однажды ты узнаешь), John Carter, if we live (если мы останемся в живых); but I may not tell you (но мне не следует говорить тебе это). And I, the daughter of Mors Kajak, son of Tardos Mors, have listened without anger (выслушала тебя без гнева)," she soliloquized in conclusion (произнесла она в заключение; to soliloquize — произносить монолог).


quickening ['kwɪkənɪŋ], roguish ['rougɪʃ], perplexity [pə'pleksɪtɪ], soliloquize [sə'lɪləkwaɪz]

Dejah Thoris caught her breath at my last words, and gazed upon me with dilated eyes and quickening breath, and then, with an odd little laugh, which brought roguish dimples to the corners of her mouth, she shook her head and cried:

"What a child! A great warrior and yet a stumbling little child."

"What have I done now?" I asked, in sore perplexity.

"Some day you shall know, John Carter, if we live; but I may not tell you. And I, the daughter of Mors Kajak, son of Tardos Mors, have listened without anger," she soliloquized in conclusion.


Then she broke out again into one of her gay, happy, laughing moods (затем она вновь вернулась к присущему ей веселому счастливому смешливому настроению; to break out — разразиться); joking with me on my prowess as a Thark warrior (подшучивая над/проявленной мной доблестью в качестве таркианского воина) as contrasted with my soft heart and natural kindliness (по контрасту с моим добрым сердцем и природной добротой).

"I presume that should you accidentally wound an enemy (я полагаю что если ты случайно ранишь врага; accident — несчастный случай катастрофа авария) you would take him home and nurse him back to health (то ты возьмешь его домой и будешь ухаживать за ним пока он не выздоровеет; to nurse — ухаживать)," she laughed (смеялась она).


jokingly ['dʒoukɪŋlɪ], kindliness ['kaɪndlɪnɪs], nurse [nə:s]

Then she broke out again into one of her gay, happy, laughing moods; joking with me on my prowess as a Thark warrior as contrasted with my soft heart and natural kindliness.

"I presume that should you accidentally wound an enemy you would take him home and nurse him back to health," she laughed.


"That is precisely what we do on Earth (именно так мы поступаем на Земле)," I answered. "At least among civilized men (по крайней мере среди цивилизованных людей)".

This made her laugh again (это заставило ее вновь рассмеяться). She could not understand it (она не могла этого понять), for, with all her tenderness and womanly sweetness (так как при всей ее нежности и женской доброте; sweet — приятный добрый), she was still a Martian (она все же была марсианкой), and to a Martian the only good enemy is a dead enemy (а для марсианина единственно хороший враг это мертвый враг); for every dead foeman means so much more to divide between those who live (так как каждый мертвый враг означает/что появляется возможность разделить гораздо больше/имущества между теми кто живет).

I was very curious to know what I had said or done (мне было очень интересно узнать что я сказал или сделал такого) to cause her so much perturbation a moment before (что вызвало у нее такое волнение минутой раньше; perturbation — волнение смятение) and so I continued to importune her to enlighten me (и поэтому я продолжил надоедать ей просьбами чтобы она просветила меня; to importune — докучать надоедать просьбами).

"No," she exclaimed, "it is enough that you have said it and that I have listened (нет воскликнула она достаточно того что ты сказал это а я выслушала). And when you learn (и когда ты узнаешь), John Carter, and if I be dead (и если я буду мертва), as likely I shall be ere the further moon has circled Barsoom another twelve times (что скорее всего произойдет прежде чем дальняя луна обойдет вокруг Барсума следующие двенадцать раз), remember that I listened and that I — smiled (помни что я слушала и что я улыбалась)."


tenderness ['tendənɪs], foeman ['foumən], enlighten [ɪn'laɪtn], exclaim [ɪks'kleɪm]

"That is precisely what we do on Earth," I answered. "At least among civilized men."

This made her laugh again. She could not understand it, for, with all her tenderness and womanly sweetness, she was still a Martian, and to a Martian the only good enemy is a dead enemy; for every dead foeman means so much more to divide between those who live.

I was very curious to know what I had said or done to cause her so much perturbation a moment before and so I continued to importune her to enlighten me.

"No," she exclaimed, "it is enough that you have said it and that I have listened. And when you learn, John Carter, and if I be dead, as likely I shall be ere the further moon has circled Barsoom another twelve times, remember that I listened and that I — smiled."


It was all Greek to me (все это было для меня китайской грамотой; it is Greek to me — это для меня совершенно непонятно«это для меня по-гречески»), but the more I begged her to explain (но чем больше я умолял ее объяснить/все/) the more positive became her denials of my request (тем более категоричными становились ее отказы в моей просьбе; positive — несомненный определенный), and, so, in very hopelessness, I desisted (и поэтому в полной безнадежности я прекратил/настаивать/; very — самый предельный; hopelessness — безнадежность; to desist — переставать воздерживаться).

Day had now given way to night (день уже уступил место ночи; to give way — отступать уступать сдаваться«давать дорогу») and as we wandered along the great avenue lighted by the two moons of Barsoom (и пока мы брели по широкой улице освещенной двумя лунами Барсума), and with Earth looking down upon us out of her luminous green eye (а Земля смотрела вниз на нас сияющим зеленым глазом), it seemed that we were alone in the universe (казалось что мы были одни во всей вселенной), and I, at least, was content that it should be so (и я по крайней мере был бы согласен чтобы это было так; content — довольный удовлетворенный согласный).


denial [dɪ'naɪl], hopelessness ['houplɪsnɪs], luminous ['lu: mɪnəs]

It was all Greek to me, but the more I begged her to explain the more positive became her denials of my request, and, so, in very hopelessness, I desisted.

Day had now given way to night and as we wandered along the great avenue lighted by the two moons of Barsoom, and with Earth looking down upon us out of her luminous green eye, it seemed that we were alone in the universe, and I, at least, was content that it should be so.


The chill of the Martian night was upon us (холод марсианской ночи опустился на нас), and removing my silks I threw them across the shoulders of Dejah Thoris (и сняв свои шелка я накинул их на плечи Дежи Торис). As my arm rested for an instant upon her (когда моя рука на секунду коснулась ее) I felt a thrill pass through every fiber of my being (я почувствовал как дрожь проходит через каждый фибр моего существа) such as contact with no other mortal had even produced (такая какую никогда не вызывало соприкосновение ни с одним другим смертным); and it seemed to me that she had leaned slightly toward me (и мне показалось что она слегка прислонилась ко мне), but of that I was not sure (но в этом я не был уверен). Only I knew that as my arm rested there across her shoulders (только я знал что пока моя рука лежала на ее плече) longer than the act of adjusting the silk required (дольше чем требовало действие по приведению в порядок шелков) she did not draw away (она не отодвинулась), nor did she speak (и ничего не сказала). And so, in silence (и так в молчании), we walked the surface of a dying world (мы шли по поверхности умирающего мира), but in the breast of one of us at least (но в груди по крайней мере одного из нас) had been born that which is ever oldest, yet ever new (родилось то что всегда является самым старым и все же самым молодым).

I loved Dejah Thoris (я любил Дежу Торис). The touch of my arm upon her naked shoulder (прикосновение моей руки к ее обнаженному плечу) had spoken to me in words I would not mistake (объяснило мне/все такими словами в которых я не мог ошибиться), and I knew that I had loved her since the first moment (и я знал что я любил ее с того первого мгновения) that my eyes had met hers that first time in the plaza of the dead city of Korad (когда мой взгляд встретился с ее в тот первый раз на площади мертвого города Корада).


remove [rɪ'mu: v], adjust [ə'dʒʌst], mistake [mɪs'teɪk]

The chill of the Martian night was upon us, and removing my silks I threw them across the shoulders of Dejah Thoris. As my arm rested for an instant upon her I felt a thrill pass through every fiber of my being such as contact with no other mortal had even produced; and it seemed to me that she had leaned slightly toward me, but of that I was not sure. Only I knew that as my arm rested there across her shoulders longer than the act of adjusting the silk required she did not draw away, nor did she speak. And so, in silence, we walked the surface of a dying world, but in the breast of one of us at least had been born that which is ever oldest, yet ever new.

I loved Dejah Thoris. The touch of my arm upon her naked shoulder had spoken to me in words I would not mistake, and I knew that I had loved her since the first moment that my eyes had met hers that first time in the plaza of the dead city of Korad.


Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.