«Counselling is always bad, but nobody will forgive you a good advice!» - Давать советы всегда плохо, но хорошего совета вам никто не простит!
 Monday [ʹmʌndı] , 18 November [nə(ʋ)ʹvembə] 2019

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Джоанна РОУЛИНГ. "Гарри Поттер и узник Азкабана"

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 
CHAPTER TWO
ГЛАВА 2
AUNT MARGE’S BIG MISTAKE
БОЛЬШАЯ ОШИБКА ТЕТИ МАРЖИ
Harry went down to breakfast the next morning to find the three Dursleys already sitting around the kitchen table. They were watching a brand-new television, a welcome-home-for-the-summer present for Dudley, who had been complaining loudly about the long walk between the fridge and the television in the living room. Dudley had spent most of the summer in the kitchen, his piggy little eyes fixed on the screen and his five chins wobbling as he ate continually.
Когда наутро Гарри спустился к завтраку, Дурслеи уже восседали за кухонным столом. Они смотрели телевизор последней марки, подарок для Дудли по случаю его приезда на каникулы, а то раньше он всё жаловался, что от телевизора в гостиной до холодильника очень далеко ходить. Большую часть этого лета Дудли провёл на кухне. Его свиные глазки были постоянно прикованы к экрану, а все пять подбородков постоянно тряслись от непрекращающегося жевания.
Harry sat down between Dudley and Uncle Vernon, a large, beefy man with very little neck and a lot of mustache. Far from wishing Harry a happy birthday, none of the Dursleys made any sign that they had noticed Harry enter the room, but Harry was far too used to this to care. He helped himself to a piece of toast and then looked up at the reporter on the television, who was halfway through a report on an escaped convict.
Гарри сел между Дудли и дядей Верноном, крупным и мясистым, почти совсем без шеи, зато с длинными усами. Гарри не то что не поздравили с днем рождения, наоборот, никто из членов семейства и ухом не повел в знак того, что его приход замечен. Впрочем, Гарри это не волновало. Он взял со стола бутерброд и тоже уставился в экран на диктора, который заканчивал репортаж о сбежавшем заключенном:
“…the public is warned that Black is armed and extremely dangerous. A special hot line has been set up, and any sighting of Black should be reported immediately.”
“...общественность предупреждена, что Блэк вооружен и чрезвычайно опасен. Организована специальная телефонная горячая линия. Просьба, в случае малейшего намека на появление Блэка, немедленно сообщать об этом.”
“No need to tell us he’s no good,” snorted Uncle Vernon, staring over the top of his newspaper at the prisoner. “Look at the state of him, the filthy layabout! Look at his hair!”
- Нечего нам рассказывать, какой он плохой, - фыркнул дядя Вернон, сурово глядя поверх газеты на фотографию заключенного. - И так видно! Только посмотрите, какой он грязный! Одни волосы чего стоят!
He shot a nasty look sideways at Harry, whose untidy hair had always been a source of great annoyance to Uncle Vernon. Compared to the man on the television, however, whose gaunt face was surrounded by a matted, elbow-length tangle, Harry felt very well groomed indeed.
Он брезгливо покосился на Гарри, чьи непослушные волосы служили дяде неизбывным поводом для раздражения. Впрочем, если сравнивать с изображением в телевизоре - по бокам изможденного лица беглого преступника свисали длинные тусклые космы - Гарри был очень даже аккуратно причесан.
The reporter had reappeared.
На экране вновь появился диктор.
“The Ministry of Agriculture and Fisheries will announce today —”
“ Министерство сельского хозяйства и рыболовства сегодня намерено объявить...”
“Hang on!” barked Uncle Vernon, staring furiously at the reporter. “You didn’t tell us where that maniac’s escaped from! What use is that? Lunatic could be coming up the street right now!”
- Эй, постойте! - гавкнул дядя Вернон, гневно обращаясь к диктору. - Вы нам даже не сказали, откуда сбежал этот маньяк! Что это за новости такие? Может быть, он бродит прямо здесь, по нашей улице!
Aunt Petunia, who was bony and horse-faced, whipped around and peered intently out of the kitchen window. Harry knew Aunt Petunia would simply love to be the one to call the hot line number. She was the nosiest woman in the world and spent most of her life spying on the boring, law-abiding neighbors.
Тётя Петуния, костлявая женщина с лошадиным лицом, круто развернулась и пристально вгляделась в окно. Гарри прекрасно знал, что тётя Петуния была бы счастлива оказаться первой, кто позвонит по горячей линии. Она была самой любопытной дамой на свете и проводила большую часть жизни, шпионя за скучными, законопослушными соседями.
“When will they learn,” said Uncle Vernon, pounding the table with his large purple fist, “that hanging’s the only way to deal with these people?”
- Ну когда же до них наконец дойдёт, - тут дядя Вернон стукнул по столу громадным сизым кулаком, - что таких мерзавцев надо вешать и только вешать!
“Very true,” said Aunt Petunia, who was still squinting into next door’s runner-beans.
- Совершенно справедливо, - кивнула тётя Петуния, до сих пор подозрительно щурившаяся на увитый горошком соседский забор.
Uncle Vernon drained his teacup, glanced at his watch, and added, “I’d better be off in a minute, Petunia. Marge’s train gets in at ten.”
Дядя Вернон осушил чашку, посмотрел на часы и сказал: - Кажется, мне лучше поторопиться, Петуния. Поезд Маржи приходит в десять.
Harry, whose thoughts had been upstairs with the Broomstick Servicing Kit, was brought back to earth with an unpleasant bump.
Гарри, до этого момента мыслями пребывавший наверху с “Набором по техобслуживанию метел”, свалился с небес на землю.
“Aunt Marge?” he blurted out. “Sh-she’s not coming here, is she?”
- - Тётя Маржи? - выпалил он. - Она... она разве приезжает?...
Aunt Marge was Uncle Vernon’s sister. Even though she was not a blood relative of Harry’s (whose mother had been Aunt Petunia’s sister), he had been forced to call her ‘Aunt’ all his life. Aunt Marge lived in the country, in a house with a large garden, where she bred bulldogs. She didn’t often stay at Privet Drive, because she couldn’t bear to leave her precious dogs, but each of her visits stood out horribly vividly in Harry’s mind.
Тётя Маржи приходилась родной сестрой дяде Вернону. Хотя она и не являлась кровной родственницей Гарри (чья мама была сестрой тёти Петунии), его заставляли называть её “тётей”. Тётя Маржи жила в деревне, в доме с большим садом. Она выращивала бульдогов и не очень часто гостила на Бирючиновой аллее, поскольку не могла надолго оставить своих драгоценных собачек. Тем не менее, каждый её визит оставлял в памяти Гарри отдельный и ужасный след.
At Dudley’s fifth birthday party, Aunt Margo had whacked Harry around the shins with her walking stick to stop him from beating Dudley at musical statues. A few years later, she had turned up at Christmas with a computerized robot for Dudley and a box of dog biscuits for Harry. On her last visit, the year before Harry started at Hogwarts, Harry had accidentally trodden on the tail of her favorite dog. Ripper had chased Harry out into the garden and up a tree, and Aunt Marge had refused to call him off until past midnight. The memory of this incident still brought tears of laughter to Dudley’s eyes.
На пятый день рождения Дудли тётя Маржи пребольно побила Гарри палкой по ногам, чтобы он прекратил обыгрывать “нашего крошку” в “море волнуется”. Несколькими годами позже она появилась на Рождество с компьютеризированным роботом для Дудли и коробкой собачьего корма для Гарри. В последний её приезд, за год до того, как Гарри поступил в “Хогварц”, он нечаянно наступил на хвост любимой тётиной собаки. Рваклер загнал Гарри на дерево в саду, и тётя Маржи отказывалась отозвать пса до самой ночи. Воспоминание об этом случае до сих пор до слёз веселило Дудли.
“Marge’ll be here for a week,” Uncle Vernon snarled, “and while we’re on the subject,” he pointed a fat finger threateningly at Harry, “we need to get a few things straight before I go and collect her.”
- Маржи пробудет неделю, - рявкнул дядя Вернон, - и, раз уж мы затронули эту тему, - он угрожающе поднял жирный палец, - нужно обсудить кое-что до того, как я привезу её.
Dudley smirked and withdrew his gaze from the television. Watching Harry being bullied by Uncle Vernon was Dudley’s favorite form of entertainment.
Дудли осклабился и оторвал замутнённый взор от телевизора. Смотреть, как папа третирует Гарри, было для Дудли самым интересным развлечением.
“Firstly,” growled Uncle Vernon, “you’ll keep a civil tongue in your head when you’re talking to Marge.”
- Во-первых, - прогрохотал дядя Вернон, - следи за своим поганым языком, когда будешь разговаривать с Маржи.
“All right,” said Harry bitterly, “if she does when she’s talking to me.”
- Ладно, - горько сказал Гарри, - если она тоже последит.
“Secondly,” said Uncle Vernon, acting as though he had not heard Harry’s reply, “as Marge doesn’t know anything about your abnormality, I don’t want any — any funny stuff while she’s here. You behave yourself, got me?”
- Во-вторых, - продолжал дядя Вернон так, словно не слышал слов племянника, - поскольку Маржи ничего не знает о твоей ненормальности, я не желаю никаких... никаких дурацких штучек, пока она здесь. Изволь вести себя прилично, ясно?
“I will if she does,” said Harry through gritted teeth.
- Если она тоже будет вести себя прилично, - проговорил Гарри сквозь сжатые зубы.
“And thirdly,” said Uncle Vernon, his mean little eyes now slits in his great purple face, “we’ve told Marge you attend St. Brutus’s Secure Center for Incurably Criminal Boys.”
- А в-третьих, - процедил дядя Вернон, и злобные маленькие глазки превратились в щёлки на багровом лице, - мы сказали Маржи, что ты учишься в заведении св. Грубуса - интернате строгого режима для неисправимо-преступных типов.
“What?” Harry yelled.
- Что?! - проорал Гарри.
“And you’ll be sticking to that story, boy, or there’ll be trouble,” spat Uncle Vernon.
- И ты будешь поддерживать эту версию, парень, а то пожалеешь, - будто выплюнул дядя Вернон.
Harry sat there, white-faced and furious, staring at Uncle Vernon, hardly able to believe it. Aunt Marge coming for a weeklong visit — it was the worst birthday present the Dursleys had ever given him, including that pair of Uncle Vernon’s old socks.
Гарри сидел за столом с побелевшим от ярости лицом, отказываясь верить в происходящее. Тётя Маржи приезжает на целую неделю!... Худший подарок ко дню рождения, который только могли придумать Дурслеи - даже если принять во внимание ту пару старых носков дяди Вернона.
“Well, Petunia,” said Uncle Vernon, getting heavily to his feet, “I’ll be off to the station, then. Want to come along for the ride, Dudders?”
- Что ж, Петуния, - произнес дядя Вернон, тяжело поднимаясь на ноги, - я поехал на вокзал. Хочешь покататься, Дудличка?
“No,” said Dudley, whose attention had returned to the television now that Uncle Vernon had finished threatening Harry.
- Не-а, - ответил Дудли, вновь с головой ушедший в телевизор, теперь, когда дядя Вернон прекратил ругать Гарри.
“Duddy’s got to make himself smart for his auntie,” said Aunt Petunia, smoothing Dudley’s thick blond hair. “Mummy’s bought him a lovely new bow-tie.”
- Дудлику надо принарядиться для тётушки, - промурлыкала тётя Петуния, разглаживая светлые густые волосы Дудли. - Мамочка купила ему красивенький новенький галстучек.
Uncle Vernon clapped Dudley on his porky shoulder.
Дядя Вернон обхватил ладонью плотное плечо сына.
“See you in a bit, then,” he said, and he left the kitchen.
- Тогда до встречи, - и он вышел из кухни.
Harry, who had been sitting in a kind of horrified trance, had a sudden idea. Abandoning his toast, he got quickly to his feet and followed Uncle Vernon to the front door.
Гарри, парализованного от ужаса, посетила неожиданная идея. Он бросил бутерброд, вскочил на ноги и направился следом за дядей.
Uncle Vernon was pulling on his car coat.
Тот натягивал дорожную куртку.
“I’m not taking you,” he snarled as he turned to see Harry watching him.
- Тебя я не звал, - рыкнул он, когда заметил, что Гарри стоит у него за спиной.
“Like I wanted to come,” said Harry coldly. “I want to ask you something.”
- А мне и не надо, - холодно ответил Гарри. - Я хочу кое о чём попросить.
Uncle Vernon eyed him suspiciously.
Дядя Вернон с подозрением смерил его взглядом.
“Third years at Hog — at my school are allowed to visit the village sometimes,” said Harry.
- Третьеклассникам в “Хог...” - в моей школе - разрешается посещать ближайшую деревню, - сказал Гарри.
“So?” snapped Uncle Vernon, taking his car keys from a hook next to the door.
- И что? - коротко бросил дядя Вернон, снимая ключи от машины с крючочка возле двери.
“I need you to sign the permission form,” said Harry in a rush.
- Мне нужно, чтобы вы подписали разрешение, - поспешно закончил Гарри.
“And why should I do that?” sneered Uncle Vernon.
- С какой стати мне это делать? - скривился дядя Вернон.
“Well,” said Harry, choosing his words carefully, “it’ll be hard work, pretending to Aunt Marge I go to that St. Whatsits.…”
- Ну-у, - протянул Гарри, тщательно подбирая слова, - это будет нелегко, притворяться перед тётей Маржи, что я учусь в этом, святом Как-его-там...
“St. Brutus’s Secure Center for Incurably Criminal Boys!” bellowed Uncle Vernon, and Harry was pleased to hear a definite note of panic in Uncle Vernon’s voice.
- В заведении св. Грубуса - интернате строгого режима для неисправимо-преступных типов! - пророкотал дядя Вернон, и Гарри с удовольствием уловил в его голосе панические нотки.
“Exactly,” said Harry, looking calmly up into Uncle Vernon’s large, purple face. “It’s a lot to remember. I’ll have to make it sound convincing, won’t I? What if I accidentally let something slip?”
- Совершенно верно, - сказал Гарри, спокойно глядя в огромное, багровое лицо дяди. - Очень длинное название. А ведь нужно, чтобы я произносил его без запинки, правда? Что, если я случайно что-нибудь упущу?
“You’ll get the stuffing knocked out of you, won’t you?” roared Uncle Vernon, advancing on Harry with his fist raised. But Harry stood his ground.
- Тогда я из тебя всю начинку вытрясу, понял? - загремел дядя Вернон и пошёл на Гарри с поднятыми кулаками. Но Гарри не уступал.
“Knocking the stuffing out of me won’t make Aunt Marge forget what I could tell her,” he said grimly.
- Это не поможет тёте Маржи забыть, что я ей скажу, - хмуро проговорил он.
Uncle Vernon stopped, his fist still raised, his face an ugly puce.
Дядя Вернон остановился, всё ещё держа кулаки над головой, с лицом гадкого красно-коричневого цвета.
“But if you sign my permission form,” Harry went on quickly, “I swear Ill remember where I’m supposed to go to school, and Ill act like a Mug — like I’m normal and everything.”
- А если вы подпишете разрешение, - поспешно продолжил Гарри, - я поклянусь, что буду помнить, где я якобы учусь и буду вести себя как муг... как нормальный и всё такое.
Harry could tell that Uncle Vernon was thinking it over, even if his teeth were bared and a vein was throbbing in his temple.
Было ясно, что дядя Вернон обдумывает его предложение, несмотря на оскаленные от ярости зубы и жилку, бьющуюся на виске.
“Right,” he snapped finally. “I shall monitor your behavior carefully during Marge’s visit. If, at the end of it, you’ve toed the line and kept to the story, Ill sign your ruddy form.”
- Идёт, - бросил он в конце концов, - но я намерен внимательно следить за твоим поведением, пока Маржи будет здесь. Если до самого конца ты будешь всё делать, как я сказал, и придерживаться моей версии, то я подпишу твоё идиотское разрешение.
He wheeled around, pulled open the front door, and slammed it so hard that one of the little panes of glass at the top fell out.
Он повернулся на каблуках, распахнул входную дверь, а потом захлопнул её за собой с такой силой, что выпало одно из витражных стёкол.
Harry didn’t return to the kitchen. He went back upstairs to his bedroom. If he was going to act like a real Muggle, heed better start now. Slowly and sadly he gathered up all his presents and his birthday cards and hid them under the loose floorboard with his homework. Then he went to Hedwig’s cage. Errol seemed to have recovered; he and Hedwig were both asleep, heads under their wings. Harry sighed, then poked them both awake.
Гарри не стал возврашаться в кухню. Он пошёл в свою комнату. Если ему предстоит вести себя по-мугловому, то лучше начать прямо сейчас. Медленно и печально он собрал все свои подарки и поздравительные открытки и спрятал их под доской рядом с сочинением. Затем подошёл к совиной клетке. Эррол совсем пришёл в себя; они с Хедвигой спали рядышком, сунув головы под крылья. Гарри вздохнул и разбудил обоих, потыкав пальцем.
“Hedwig,” he said gloomily, “you’re going to have to clear off for a week. Go with Errol. Ron’ll look after you. Ill write him a note, explaining. And don’t look at me like that” — Hedwig’s large amber eyes were reproachful — “it’s not my fault. It’s the only way I’ll be allowed to visit Hogsmeade with Ron and Hermione.”
- Хедвига, - мрачно сказал он, - тебе придётся убраться отсюда на неделю. Лети с Эрролом. Рон за тобой присмотрит. Я напишу ему и всё объясню. И не смотри на меня так, - большие янтарные глаза Хедвиги глядели с укором, - я не виноват. Только так я получу разрешение ходить в Хогсмёд вместе с Роном и Гермионой.
Ten minutes later, Errol and Hedwig (who had a note to Ron bound to her leg) soared out of the window and out of sight. Harry, now feeling thoroughly miserable, put the empty cage away inside the wardrobe.
Через десять минут Эррол и Хедвига (с запиской к Рону, привязанной к лапке) вылетели из окна и скрылись из виду. Гарри, чувствуя себя глубоко несчастным, убрал клетку в шкаф.
But Harry didn’t have long to brood. In next to no time, Aunt Petunia was shrieking up the stairs for Harry to come down and get ready to welcome their guest.
Однако, у него практически не осталось времени на размышления о своей печальной судьбе. Казалось, не прошло и мгновения, как снизу уже раздались вопли тёти Петунии. Она кричала, чтобы Гарри спустился и приготовился встречать гостью.
“Do something about your hair!” Aunt Petunia snapped as he reached the hall.
- Сделай что-нибудь со своими волосами! - рявкнула она, едва только он вошёл в холл.
Harry couldn’t see the point of trying to make his hair lie flat. Aunt Marge loved criticizing him, so the untidier he looked, the happier she would be.
Гарри не мог понять одного - зачем. Тётя Маржи обожала критиковать его, поэтому, чем неопрятнее он будет выглядеть, тем лучше для неё.
All too soon, there was a crunch of gravel outside as Uncle Vernon’s car pulled back into the driveway, then the clunk of the car doors and footsteps on the garden path.
Более чем скоро со двора донеслось шуршание гравия - это въезжала машина дяди Вернона; затем хлопнули дверцы, затем на садовой дорожке послышались шаги.
“Get the door!” Aunt Petunia hissed at Harry.
- Открой дверь! - прошипела тётя Петуния.
A feeling of great gloom in his stomach, Harry pulled the door open.
С ощущением черного мрака в душе Гарри отворил дверь.
On the threshold stood Aunt Marge. She was very like Uncle Vernon: large, beefy, and purple-faced, she even had a mustache, though not as bushy as his. In one hand she held an enormous suitcase, and tucked under the other was an old and evil-tempered bulldog.
На пороге стояла тётя Маржи. Она была точной копией дяди Вернона: большая, мясистая, даже с усами, правда, не такими кустистыми, как у брата. В одной руке она несла необъятных размеров чемодан, а другой она держала подмышкой старого бульдога с чрезвычайно дурным характером.
“Where’s my Dudders?” roared Aunt Marge. “Where’s my neffy poo?”
- Где тут мой Дуделька? - забасила тётя Маржи. - Где тут мой племяшечек?
Dudley came waddling down the hall, his blond hair plastered flat to his fat head, a bow tie just visible under his many chins. Aunt Marge thrust the suitcase into Harry’s stomach, knocking the wind out of him, seized Dudley in a tight one-armed hug, and planted a large kiss on his cheek.
Дудли, загребая ногами, вошёл в холл. Его блондинистые волосы были плотно прилеплены к жирной голове. Бабочку было трудно разглядеть под многочисленными подбородками. Тётя Маржи пхнула чемодан в живот Гарри, совершенно вышибив из него дух, сжала Дудли в одноруком объятии и посадила влажный поцелуй на жирную щеку племянника.
Harry knew perfectly well that Dudley only put up with Aunt Marge’s hugs because he was well paid for it, and sure enough, when they broke apart, Dudley had a crisp twenty-pound note clutched in his fat fist.
Гарри прекрасно знал, что Дудли терпит ласки тёти Маржи только потому, что получает за это неплохие деньги. В самом деле, когда объятие наконец распалось, у Дудли в толстом кулаке оказалась зажата двадцатифунтовая банкнота.
“Petunia!” shouted Aunt Marge, striding past Harry as though he was a hat-stand. Aunt Marge and Aunt Petunia kissed, or rather, Aunt Marge bumped her large jaw against Aunt Petunias bony cheekbone.
- Петуния! - закричала тётя Маржи, проходя мимо Гарри так, словно он был вешалкой для шляп. Тётя Маржи и тётя Петуния поцеловались, а точнее, тётя Маржи стукнулась мощной челюстью в костлявую щёку тёти Петунии.
Uncle Vernon now came in, smiling jovially as he shut the door.
С радостной улыбкой на устах вошёл дядя Вернон и закрыл за собой дверь.
“Tea, Marge?” he said. “And what will Ripper take?”
- Чайку, Марж? - спросил он. - А что будет Рваклер?
“Ripper can have some tea out of my saucer,” said Aunt Marge as they all proceeded into the kitchen, leaving Harry alone in the hall with the suitcase. But Harry wasn’t complaining; any excuse not to be with Aunt Marge was fine by him, so he began to heave the case upstairs into the spare bedroom, taking as long as he could.
- Рваклер попьёт чаю из моего блюдечка, - ответила тётя Маржи, и все трое направились в кухню, оставив Гарри одиноко стоять в холле с чемоданом в руках. Гарри не жаловался; всё что угодно, лишь бы поменьше быть с тётей Маржи. Он потащил чемодан в комнату для гостей и постарался, чтобы это заняло как можно больше времени.
By the time he got back to the kitchen, Aunt Marge had been supplied with tea and fruitcake, and Ripper was lapping noisily in the corner. Harry saw Aunt Petunia wince slightly as specks of tea and drool flecked her clean floor. Aunt Petunia hated animals.
К тому моменту, когда он вернулся на кухню, тётю Маржи уже снабдили чаем и фруктовым пирогом. В углу Рваклер шумно лакал из блюдечка. Гарри увидел, что тётя Петуния едва заметно морщится всякий раз, когда капли чая и слюны падают на её чистейший пол. Тётя Петуния ненавидела животных.
“Who’s looking after the other dogs, Marge?” Uncle Vernon asked.
- А кто присматривает за остальными собаками, Марж? - поинтересовался дядя Вернон.
“Oh, I’ve got Colonel Fubster managing them,” boomed Aunt Marge. “He’s retired now, good for him to have something to do. But I couldn’t leave poor old Ripper. He pines if he’s away from me.”
- О, я оставила при них полковника Бруствера, - загремела в ответ тётя Маржи. - Старик теперь в отставке, ему полезно чем-нибудь заняться. Но беднягу Рваклера пришлось взять с собой. Он без меня чахнет.
Ripper began to growl again as Harry sat down. This directed Aunt Marge’s attention to Harry for the first time.
Рваклер завыл, увидев, что Гарри сел за стол. Это заставило тётю Маржи в первый раз обратить внимание на мальчика.
“So!” she barked. “Still here, are you?”
- Ну! - пролаяла она. - Всё ещё здесь?
“Yes,” said Harry.
- Да, - ответил Гарри.
“Don’t you say “yes” in that ungrateful tone,” Aunt Marge growled. “It’s damn good of Vernon and Petunia to keep you. Wouldn’t have done it myself. You’d have gone straight to an orphanage if you’d been dumped on my doorstep.”
- Не говори “да” таким неблагодарным тоном, - зарычала тётя Маржи. - Со стороны Вернона и Петунии было на редкость благородно оставить тебя в доме. Я бы не стала. Если бы тебя подбросили ко мне на порог, ты бы отправился прямиком в приют.
Harry was bursting to say that he’d rather live in an orphanage than with the Dursleys, but the thought of the Hogsmeade form stopped him. He forced his face into a painful smile.
Гарри так и подмывало сказать, что он бы с большим удовольствием жил в детском доме, чем у Дурслеев, но мысль о разрешении посещать Хогсмёд остановила его. Он через силу улыбнулся.
“Don’t you smirk at me!” boomed Aunt Marge. “I can see you haven’t improved since I last saw you. I hoped school would knock some manners into you.” She took a large gulp of tea, wiped her mustache, and said, “Where is it that you send him, again, Vernon?”
- Чего ты лыбишься?! - взорвалась тётя Маржи. - Вижу, ты нисколько не исправился с тех пор, как я видела тебя в последний раз. Я-то надеялась, что в школе в тебя вобьют хоть чуточку хороших манер. - Она основательно отхлебнула из чашки, утёрла усы и продолжила: - Как там это называется, куда вы его отослали, а, Вернон?
“St. Brutus’s,” said Uncle Vernon promptly. “It’s a first-rate institution for hopeless cases.”
- К св. Грубусу, - заторопился с ответом дядя Вернон. - Первоклассное заведение для безнадёжных случаев.
“I see,” said Aunt Marge. “Do they use the cane at St. Brutus’s, boy?” she barked across the table.
- Понятно, - сказала тётя Маржи. - А скажи-ка нам, мальчишка, там, в этом св. Грубусе, применяют телесные наказания? - рявкнула она с другого конца стола, обращаясь к Гарри.
“Er —”
- М-м-м...
Uncle Vernon nodded curtly behind Aunt Marge’s back.
Дядя Вернон коротко кивнул из-за спины сестры.
“Yes,” said Harry. Then, feeling he might as well do the thing properly, he added, “All the time.”
- Да, - ответил Гарри. Затем, почувствовав прилив вдохновения, добавил: - постоянно.
“Excellent,” said Aunt Marge. “I won’t have this namby-pamby, wishy-washy nonsense about not hitting people who deserve it. A good thrashing is what’s needed in ninety-nine cases out of a hundred. Have you been beaten often?”
- Отлично, - одобрила тётя Маржи. - Я не признаю все эти сюси-пуси, что, дескать, нельзя бить детей, даже если они это заслужили. Хорошая плётка - лучший учитель в девяносто девяти случаях из ста. Ну, а тебя часто наказывают?
“Oh, yeah,” said Harry, “loads of times.”
- О, да, - подтвердил Гарри, - ещё как часто.
Aunt Marge narrowed her eyes.
Тётя Маржи сердито прищурилась.
“I still don’t like your tone, boy,” she said. “If you can speak of your beatings in that casual way, they clearly aren’t hitting you hard enough. Petunia, I’d write if I were you. Make it clear that you approve the use of extreme force in this boy’s case.”
- Всё-таки не нравится мне твой тон, - заявила она. - Если ты преспокойно говоришь о том, что тебя бьют, значит, тебя бьют не слишком сильно. Петуния, на твоём месте я написала бы им. Дай им понять, что у тебя нет никаких возражений относительно применения самых суровых наказаний к этому мальчишке.
Perhaps Uncle Vernon was worried that Harry might forget their bargain; in any case, he changed the subject abruptly.
Похоже, дядя Вернон заопасался, что Гарри может забыть об их сделке; во всяком случае, он резко переменил тему:
“Heard the news this morning, Marge? What about that escaped prisoner, eh?”
- Слыхала утром новости, Марж? Как тебе нравится этот сбежавший преступник, а?
As Aunt Marge started to make herself at home, Harry caught himself thinking almost longingly of life at number four without her. Uncle Vernon and Aunt Petunia usually encouraged Harry to stay out of their way, which Harry was only too happy to do. Aunt Marge, on the other hand, wanted Harry under her eye at all times, so that she could boom out suggestions for his improvement. She delighted in comparing Harry with Dudley, and took huge pleasure in buying Dudley expensive presents while glaring at Harry, as though daring him to ask why he hadn’t got a present too. She also kept throwing out dark hints about what made Harry such an unsatisfactory person.
Тётя Маржи быстро обустраивалась на новом месте, а Гарри поймал себя на том, что чуть ли не с ностальгической тоской думает о жизни в доме №4 без неё. Дядя Вернон и тётя Петуния только приветствовали, если племянник не путался у них под ногами, и Гарри это более чем устраивало. А вот тёте Маржи, наоборот, нравилось, чтобы он был перед глазами, чтобы она могла постоянно вносить громогласные предложения по его “исправлению”. Она обожала сравнивать Гарри и Дудли. Также, совершенно несравнимое удовольствие доставляла ей покупка какого-нибудь огромного дорогого подарка для Дудли. При этом она так пожирала глазами Гарри, словно только и ждала момента, когда тот решится спросить, отчего и он не получил подарка. Она постоянно бросала мрачные намёки по поводу того, что именно сделало Гарри настолько неудобоваримой личностью.
“You mustn’t blame yourself for the way the boy’s turned out, Vernon,” she said over lunch on the third day. “If there’s something rotten on the inside, there’s nothing anyone can do about it.”
- Ты не должен винить себя за то, каким вырос этот мальчишка, Вернон, - сказала она за ланчем на третий день. - Если внутри с гнильцой, так никто ничего не сможет поделать.
Harry tried to concentrate on his food, but his hands shook and his face was starting to burn with anger. Remember the form, he told himself. Think about Hogsmeade. Don’t say anything. Don’t rise —
Гарри очень старался сосредоточиться на еде, но его руки затряслись, а лицо загорелось от гнева. Помни о разрешении, твердил он про себя. Думай о Хогсмёде. Не злись...
Aunt Marge reached for her glass of wine.
Тётя Маржи потянулась за бокалом.
“It’s one of the basic rules of breeding,” she said. “You see it all the time with dogs. If there’s something wrong with the bitch, there’ll be something wrong with the pup —”
- Один из основных принципов племенного дела, - произнесла она, - с собаками я постоянно с этим сталкиваюсь. Если с сукой что-то не так, непременно что-то будет не так и со щен...
At that moment, the wineglass Aunt Marge was holding exploded in her hand. Shards of glass flew in every direction and Aunt Marge sputtered and blinked, her great ruddy face dripping.
В этот момент бокал взорвался у неё в руке. Осколки разлетелись по всем направлениям. Тётя Маржи захлебнулась и заморгала. С багрового лица текли капли.
“Marge!” squealed Aunt Petunia. “Marge, are you all right?”
- Маржи! - возопила тётя Петуния. - Маржи! Ты не поранилась?
“Not to worry,” grunted Aunt Marge, mopping her face with her napkin. “Must have squeezed it too hard. Did the same thing at Colonel Fubster’s the other day. No need to fuss, Petunia, I have a very firm grip.…”
- Чепуха, - пророкотала тётя Маржи, промокая физиономию салфеткой. - Должно быть, чересчур крепко сдавила. Не так давно со мной случилось то же самое у полковника Бруствера. Не суетись, Петуния... у меня слишком крепкая рука.
But Aunt Petunia and Uncle Vernon were both looking at Harry suspiciously, so he decided he’d better skip dessert and escape from the table as soon as he could.
Однако, тётя Петуния и дядя Вернон подозрительно уставились на Гарри, и он решил не есть десерт, а лучше убраться из-за стола подобру-поздорову.
Outside in the hall, he leaned against the wall, breathing deeply. It had been a long time since he’d lost control and made something explode. He couldn’t afford to let it happen again. The Hogsmeade form wasn’t the only thing at stake — if he carried on like that, he’d be in trouble with the Ministry of Magic.
Он вышел из холла и прислонился к лестнице, тяжело дыша. Уже очень давно он не терял над собой контроль до такой степени, чтобы что-нибудь взорвалось. И больше он не может себе такого позволить. Не только из-за разрешения ходить в Хогсмёд - просто, если он будет продолжать в таком духе, то наживёт неприятности с министерством магии.
Harry was still an underage wizard, and he was forbidden by wizard law to do magic outside school. His record wasn’t exactly clean either. Only last summer he’d gotten an official warning that had stated quite clearly that if the Ministry got wind of any more magic in Privet Drive, Harry would face expulsion from Hogwarts.
Ведь Гарри всё ещё был несовершеннолетним колдуном. Законы колдовского мира запрещали ему заниматься магией вне стен школы. А за ним уже водились кое-какие грешки. В прошлом году, например, он получил официальное предупреждение, где очень чётко говорилось о том, что, если до министерства магии дойдут ещё хоть какие-то сведения о колдовстве на Бирючиновой аллее, то Гарри угрожает отчисление из “Хогварца”.
He heard the Dursleys leaving the table and hurried upstairs out of the way.
Мальчик услышал, что Дурслеи встают из-за стола, и поспешил убраться наверх.
Harry got through the next three days by forcing himself to think about his Handbook of Do-It-Yourself Broomcare whenever Aunt Marge started on him. This worked quite well, though it seemed to give him a glazed look, because Aunt Marge started voicing the opinion that he was mentally subnormal.
Следующие три дня Гарри продержался за счёт того, что заставлял себя мысленно цитировать “Карманный справочник по техническому самообслуживанию метлы” всякий раз, как тётя Маржи начинала его воспитывать. Это хорошо помогало, хотя, кажется, от этого у него делались стеклянные глаза - тётя Маржи начала вслух высказывать предположение, что Гарри, скорее всего, умственно отсталый.
At last, at long last, the final evening of Marge’s stay arrived. Aunt Petunia cooked a fancy dinner and Uncle Vernon uncorked several bottles of wine. They got all the way through the soup and the salmon without a single mention of Harry’s faults; during the lemon meringue pie, Uncle Vernon bored them a with a long talk about Grunnings, his drill-making company; then Aunt Petunia made coffee and Uncle Vernon brought out a bottle of brandy.
Наконец, пришёл долго-долго-жданный прощальный вечер. Тётя Петуния приготовила необыкновенный ужин, а дядя Вернон откупорил несколько бутылок доброго вина. Суп и лосось были съедены без единого упоминания о недостатках Гарри; за лимонным воздушным тортом дядя Вернон долго и утомительно рассказывал о “Груннингсе”, своей фирме, производящей свёрла; затем тётя Петуния сварила кофе, и дядя Вернон достал бутылочку бренди.
“Can I tempt you, Marge?”
- Соблазнишься, Марж?
Aunt Marge had already had quite a lot of wine. Her huge face was very red.
Тётя Маржи уже выпила порядочное количество вина. Её огромное лицо было очень красным.
“Just a small one, then,” she chuckled. “A bit more than that…and a bit more…that’s the ticket.”
- По маленькой, давай, - хихикнула она. - Ну, ещё чуть-чуть, не жадничай... ещё... так-так-так... отлично!
Dudley was eating his fourth slice of pie. Aunt Petunia was sipping coffee with her little finger sticking out. Harry really wanted to disappear into his bedroom, but he met Uncle Vernon’s angry little eyes and knew he would have to sit it out.
Дудли уминал четвёртый кусок торта. Тётя Петуния, оттопырив мизинчик, малюсенькими глоточками тянула кофе. Гарри ужасно хотел незаметно слинять в свою комнату, но встретился взглядом с сердитыми глазами дяди Вернона и понял, что лучше не вставать с места.
“Aah,” said Aunt Marge, smacking her lips and putting the empty brandy glass back down. “Excellent nosh, Petunia. It’s normally just a fry-up for me of an evening, with twelve dogs to look after…” She burped richly and patted her great tweed stomach. “Pardon me. But I do like to see a healthy-sized boy,” she went on, winking at Dudley. “You’ll be a proper-sized man, Dudders, like your father. Yes, I’ll have a spot more brandy, Vernon…”
- Аах, - протянула довольная тётя Маржи, облизала губы и поставила пустой бокал на стол. - Великолепное угощенье, Петуния. Я ведь обычно по вечерам успеваю лишь наспех перекусить, с моей-то сворой... - она сыто отрыгнула и похлопала рукой по могучему твидовому животу. - Прошу прощения. И, должна вам сказать, мне доставляет удовольствие видеть перед собой упитанных детей, - продолжила она, подмигнув Дудли. - Ты вырастешь настоящим, солидным мужчиной, Дуделёчек, таким же, как твой папочка. Да, пожалуйста, ещё са-а-амую малость бренди, Вернон...
“Now, this one here —”
- А что касается вот этого...
She jerked her head at Harry, who felt his stomach clench. The Handbook, he thought quickly.
Она дёрнула головой в сторону Гарри, у которого немедленно напряглись все мышцы живота. Справочник, подумал он быстро.
“This one’s got a mean, runty look about him. You get that with dogs. I had Colonel Fubster drown one last year. Ratty little thing it was. Weak. Underbred.”
- Поглядите на этого злобного карлика! То же самое и с собаками. В прошлом году пришлось просить полковника Бруствера утопить одного такого. Такой был крысёныш!... Слабый. Недокормленный.
Harry was trying to remember page twelve of his book: A Charm to Cure Reluctant Reversers.
Гарри лихорадочно вспоминал страницу двенадцать: “Заклинание против неохотного поворота”.
“It all comes down to blood, as I was saying the other day. Bad blood will out. Now, I’m saying nothing against your family, Petunia” — she patted Aunt Petunia’s bony hand with her shovel-like one “but your sister was a bad egg. They turn up in the best families. Then she ran off with a wastrel and here’s the result right in front of us.”
- Я тут как-то на днях говорила: “всё дело в крови”. Дурная кровь себя проявит. Не подумай, я ничего не имею против твоей семьи, Петуния, - она похлопала тётю Петунию по костлявой руке ладонью, похожей на лопату, - но твоя сестра оказалась паршивой овцой. Такие появляются даже в самых лучших семьях. К тому же она сбежала с каким-то бандюгой - и вот результат, у нас перед глазами.
Harry was staring at his plate, a funny ringing in his ears. Grasp your broom firmly by the tail, he thought. But he couldn’t remember what came next. Aunt Marge’s voice seemed to be boring into him like one of Uncle Vernon’s drills.
Гарри неподвижно смотрел в тарелку. В ушах стоял странный звон. Крепко ухватитесь за хвост метлы, твердил он про себя. Но что шло дальше, уже не мог вспомнить. Голос тёти Маржи вонзался в мозг, как сверло фирмы дяди Вернона.
“This Potter,” said Aunt Marge loudly, seizing the brandy bottle and splashing more into her glass and over the tablecloth, “you never told me what he did?”
- Этот Поттер, - громким басом выкрикнула тётя Маржи, схватила бутылку и плеснула бренди себе в бокал и на скатерть, - чем он, собственно, занимался? Вы никогда не говорили.
Uncle Vernon and Aunt Petunia were looking extremely tense. Dudley had even looked up from his pie to gape at his parents.
Дядя Вернон и тётя Петуния ужасно напряглись. Даже Дудли поднял глаза от торта и посмотрел на родителей.
“He — didn’t work,” said Uncle Vernon, with half a glance at Harry. “Unemployed.”
- Он... не работал, - ответил дядя Вернон, едва взглянув на Гарри. - Был безработный.
“As I expected!” said Aunt Marge, taking a huge swig of brandy and wiping her chin on her sleeve. “A no-account, good-for-nothing, lazy scrounger who —”
- Так я и думала! - победно крикнула тётя Маржи, отхлебнула бренди и утёрла подбородок рукавом. - Никчёмный, бесполезный, бездельник, попрошайка, который...
“He was not,” said Harry suddenly. The table went very quiet. Harry was shaking all over. He had never felt so angry in his life.
- Ничего подобного, - выпалил Гарри, сам того не ожидая. Все затихли. Гарри дрожал с головы до ног. Он ещё никогда не был так возмущён.
“MORE BRANDY!” yelled Uncle Vernon, who had gone very white. He emptied the bottle into Aunt Marge’s glass. “You, boy,” he snarled at Harry. “Go to bed, go on —”
- ЕЩЁ БРЕНДИ! - проорал дядя Вернон, сильно побелевший. - А ты, парень, - рявкнул он на Гарри, - марш в постель, быстро...
“No, Vernon,” hiccuped Aunt Marge, holding up a hand, her tiny bloodshot eyes fixed on Harry’s. “Go on, boy, go on. Proud of your parents, are you? They go and get themselves killed in a car crash (drunk, I expect) —”
- Нет уж, Вернон, - икнула тётя Маржи, поднимая руку. Её маленькие красные глазки злобно остановились на Гарри. - Давай, дружок, продожай. Гордишься своими родителями, да? Они, значит, разбиваются на машине (в пьяном виде, я так думаю)...
“They didn’t die in a car crash!” said Harry, who found himself on his feet.
- Они погибли вовсе не в автокатастрофе! - крикнул Гарри. Он с удивлением обнаружил, что вскочил на ноги.
“They died in a car crash, you nasty little liar, and left you to be a burden on their decent, hardworking relatives!” screamed Aunt Marge, swelling with fury. “You are an insolent, ungrateful little —”
- Они погибли в катастрофе, мерзкий врунишка, а ты тяжёлой обузой свалился на своих добропорядочных, трудолюбивых родственников! - завопила тётя Маржи, раздуваясь от злости. - Ты наглый, неблагодарный...
But Aunt Marge suddenly stopped speaking. For a moment, it looked as though words had failed her. She seemed to be swelling with inexpressible anger — but the swelling didn’t stop. Her great red face started to expand, her tiny eyes bulged, and her mouth stretched too tightly for speech — next second, several buttons had just burst from her tweed jacket and pinged off the walls — she was inflating like a monstrous balloon, her stomach bursting free of her tweed waistband, each of her fingers blowing up like a salami…
Но тётя Маржи вдруг перестала говорить. Сначала казалось, что у неё нет слов от возмущения. Её раздувало от невыразимого гнева - но этот процесс не останавливался. Громадное красное лицо распухло, маленькие глазки выкатились, рот растянулся слишком широко и уже не мог произносить слова - вот уже и пуговицы с твидового пиджака выстрелили по стенам - тётя надувалась как гигантский воздушный шар, живот вырвался из плена твидового пояса, пальцы напоминали салями...
“MARGE!” yelled Uncle Vernon and Aunt Petunia together as Aunt Marge’s whole body began to rise off her chair toward the ceiling. She was entirely round, now, like a vast life buoy with piggy eyes, and her hands and feet stuck out weirdly as she drifted up into the air, making apoplectic popping noises. Ripper came skidding into the room, barking madly.
- МАРЖИ! - испуганно закричали хором дядя Вернон и тётя Петуния, когда тело тёти Маржи взмыло с кресла и начало подниматься к потолку. Она стала абсолютно шарообразной - живой бакен со свиноподобными глазками; руки-ноги по-дурацки торчали в разные стороны; тётя плыла по воздуху, издавая апоплексические лопающиеся звуки. Рваклер вкатился в комнату. Он лаял, как сумасшедший.
“NOOOOOOO!”
- НЕЕЕЕЕЕТ!
Uncle Vernon seized one of Marge’s feet and tried to pull her down again, but was almost lifted from the floor himself. A second later, Ripper leapt forward and sank his teeth into Uncle Vernon’s leg.
Дядя Вернон ухватил сестру за ногу и попытался потянуть её вниз, но вместо этого сам чуть не улетел. Через мгновение Рваклер бросился и вонзил зубы в ногу дяди Вернона.
Harry tore from the dining room before anyone could stop him, heading for the cupboard under the stairs. The cupboard door burst magically open as he reached it. In seconds, he had heaved his trunk to the front door. He sprinted upstairs and threw himself under the bed, wrenching up the loose floorboard, and grabbed the pillowcase full of his books and birthday presents. He wriggled out, seized Hedwig’s empty cage, and dashed back downstairs to his trunk, just as Uncle Vernon burst out of the dining room, his trouser leg in bloody tatters.
Гарри, раньше чем кто-либо успел его остановить, сорвался с места и помчался к шкафу под лестницей. Дверцы волшебным образом распахнулись, стоило ему лишь протянуть к ним руку. За доли секунды он подтащил свой сундук к входной двери. Потом взлетел на второй этаж и стрелой бросился под кровать. Откинул в сторону половицу и выволок наволочку с книжками и подарками. Извиваясь угрём, вылез из-под кровати, подхватил пустую совиную клетку и понёсся вниз к сундуку. Как раз в это время из столовой выбежал дядя Вернон, с окровавленными лохмотьями вместо одной из брючин.
“COME BACK IN HERE!” he bellowed. “COME BACK AND PUT HER RIGHT!”
- ВЕРНИСЬ! - вопил он. - ВЕРНИСЬ И ИСПРАВЬ ЕЁ!
But a reckless rage had come over Harry. He kicked his trunk open, pulled out his wand, and pointed it at Uncle Vernon.
Но мальчиком уже овладела неконтролируемая ярость. Он пинком раскрыл сундук, вытащил волшебную палочку и наставил её на дядю.
“She deserved it,” Harry said, breathing very fast. “She deserved what she got. You keep away from me.”
- Она это заслужила, - часто дыша, сказал Гарри, - она получила по заслугам. Держитесь от меня подальше.
He fumbled behind him for the latch on the door.
Он зашарил у себя за спиной в поисках дверной задвижки.
“I’m going,” Harry said. “I’ve had enough.”
- Я ухожу, - объявил Гарри, - с меня хватит.
And in the next moment, he was out in the dark, quiet street, heaving his heavy trunk behind him, Hedwig’s cage under his arm.
И, в следующее мгновение, он уже брёл по пустынной ночной улице, с клеткой подмышкой, волоча за собой сундук.

Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.