«We are all bom being wet, naked and hungry and that is just the beginning.» - Мы все рождаемся мокрые, голые и голодные. И это только начало
 Thursday [ʹθɜ:zdı] , 15 November [nə(ʋ)ʹvembə] 2018

Тексты адаптированные по методу чтения Ильи Франка

билингва книги, книги на английском языке

Артур Конан Дойль. "Собака Баскервилей"

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

CHAPTER XIV. THE HOUND OF THE BASKERVILLES

      (Собака Баскервилей)

 

      ONE of Sherlock Holmes's defects (одним из недостатков Шерлока Холмса) — if, indeed, one may call it a defect (если конечно это можно назвать недостатком) — was that he was exceedingly loth (было то/что он был совершенно не склонен; loth = loath — несклонный нежелающий неохотный: to be loath to do smth. — не хотеть сделать что-либо) to communicate his full plans to any other person (полностью посвящать кого-то другого в свои планы; to communicate — говорить сообщать; person — человек личность) until the instant of their fulfillment (до момента их осуществления/завершения; fulfillment — выполнение осуществление; to fulfil — выполнять осуществлять завершать оканчивать). Partly it came no doubt from his own masterful nature (отчасти это шло несомненно от его собственной властной натуры), which loved to dominate and surprise those (которая любила главенствовать и удивлять тех; to dominate — управлять господствовать) who were around him (кто его окружал«кто был вокруг него»). Partly also from his professional caution (отчасти также от его профессиональной осторожности), which urged him never to take any chances (которая побуждала его никогда не рисковать; to take chances — рисковать). The result, however, was very trying for those (однако результат/этого был мучителен для тех) who were acting as his agents and assistants (кто действовали как его агенты и помощники). I had often suffered under it (я часто страдал от этого), but never more so than during that long drive in the darkness (но никогда более чем во время той долгой езды в темноте). The great ordeal was in front of us (величайшее испытание предстояло нам«было впереди нас»); at last we were about to make our final effort (наконец-то мы собирались сделать наше последнее усилие), and yet Holmes had said nothing (однако Холмс не сказал ничего), and I could only surmise (и я мог только догадываться; to surmise — предполагать высказывать догадку) what his course of action would be (каким будет направление его действий).

 

      defect [dɪˈfekt], dominate [ˈdɔmɪneɪt], urge [ǝ:dʒ]

 

      ONE of Sherlock Holmes's defects — if, indeed, one may call it a defect — was that he was exceedingly loth to communicate his full plans to any other person until the instant of their fulfilment. Partly it came no doubt from his own masterful nature, which loved to dominate and surprise those who were around him. Partly also from his professional caution, which urged him never to take any chances. The result, however, was very trying for those who were acting as his agents and assistants. I had often suffered under it, but never more so than during that long drive in the darkness. The great ordeal was in front of us; at last we were about to make our final effort, and yet Holmes had said nothing, and I could only surmise what his course of action would be.

 

      My nerves thrilled with anticipation (мои нервы вибрировали от ожидания; to thrill — испытывать трепет дрожать вибрировать) when at last the cold wind upon our faces (когда наконец/ощущение холодного ветра на наших лицах) and the dark, void spaces on either side of the narrow road told me (и темные открытые«пустые пространства по обе стороны узкой дороги подсказали мне) that we were back upon the moor once again (что мы снова вернулись на болота; to be back — вернуться). Every stride of the horses (каждый шаг лошадей) and every turn of the wheels (и каждый оборот колеса) was taking us nearer to our supreme adventure (приближали нас«доставляли нас ближе к нашему главному приключению).

      Our conversation was hampered (нашему разговору мешало) by the presence of the driver of the hired wagonette (присутствие возчика наемной коляски), so that we were forced to talk of trivial matters (так что мы были вынуждены говорить на обычные темы) when our nerves were tense with emotion and anticipation (тогда как наши нервы были напряжены от возбуждения и ожидания). It was a relief to me (для меня было облегчением я почувствовал облегчение), after that unnatural restraint (после такой необычайной необходимости сдерживать себя; unnatural — неестественный необычный; restraint — сдержанность ограничение стеснение сдерживание), when we at last passed Frankland's house (когда наконец мы проехали мимо дома Фрэнклэнда) and knew that we were drawing near to the Hall (и поняли что мы приближаемся к Баскервиль-холлу) and to the scene of action (и к сцене действия). We did not drive up to the door (мы не подъехали к крыльцу), but got down near the gate of the avenue (а направились в сторону«ближе к калитке в аллее). The wagonette was paid off (/возчику коляски было заплачено) and ordered to return to Temple Coombe forthwith (и приказано тотчас возвращаться в Тэмпл-Кум), while we started to walk to Merripit House (тогда как мы пешком направились в/сторону Меррипит-хаус; to start — начинать пускаться в путь).

 

      anticipation [ænˌtɪsɪˈpeɪʃ(ǝ)n], restraint [rɪsˈtreɪnt], forthwith [ˌfɔ:ƟˈwɪƟ]

 

      My nerves thrilled with anticipation when at last the cold wind upon our faces and the dark, void spaces on either side of the narrow road told me that we were back upon the moor once again. Every stride of the horses and every turn of the wheels was taking us nearer to our supreme adventure.

      Our conversation was hampered by the presence of the driver of the hired wagonette, so that we were forced to talk of trivial matters when our nerves were tense with emotion and anticipation. It was a relief to me, after that unnatural restraint, when we at last passed Frankland's house and knew that we were drawing near to the Hall and to the scene of action. We did not drive up to the door, but got down near the gate of the avenue. The wagonette was paid off and ordered to return to Temple Coombe forthwith, while we started to walk to Merripit House.

 

      "Are you armed, Lestrade (вы вооружены Лестрейд)?"

      The little detective smiled (маленький сыщик улыбнулся).

      "As long as I have my trousers (поскольку на мне брюки«у меня есть брюки») I have a hip-pocket (у меня есть задний карман; hip — бедро), and as long as I have my hip-pocket (а поскольку у меня есть задний карман) I have something in it (у меня в нем кое-что есть)."

      "Good! My friend and I are also ready for emergencies (мы с другом тоже готовы к крайним мерам; emergency — непредвиденный случай крайность)."

      "You're mighty close about this affair (вы очень скрываете/все относящееся к этому делу; mighty — весьма очень; close — закрытый скрытный), Mr. Holmes. What's the game now (какие теперь планы; game — игра дело замысел/разг./)?"

      "A waiting game (только ждать; waiting game — тактика выжидания)."

      "My word, it does not seem a very cheerful place (клянусь«мое слово это место не кажется очень-то веселым)," said the detective, with a shiver, glancing round him (сказал детектив вздрогнув и бросив взгляд вокруг/себя/; shiver — дрожание дрожь трепет) at the gloomy slopes of the hill (на угрюмые склоны холмов) and at the huge lake of fog (и огромное озеро тумана) which lay over the Grimpen Mire (которое лежало над Гримпенской трясиной). "I see the lights of a house ahead of us (я вижу огни в доме впереди«нас»)."

      "That is Merripit House and the end of our journey (это Меррипит-хаус и цель нашего путешествия; end — конец итог результат). I must request you to walk on tiptoe (должен попросить вас идти очень тихо; to request — требовать обращаться с просьбой; to walk on tiptoe — идти на цыпочках) and not to talk above a whisper (и не говорить иначе как шепотом«выше шепота»)."

      We moved cautiously along the track (мы осторожно двигались по тропе) as if we were bound for the house (как будто направляясь к дому; to be bound for — следовать/куда-либо/), but Holmes halted us (но Холмс остановил нас) when we were about two hundred yards from it (когда мы были примерно в двухстах ярдах от него).

      "This will do (останемся тут«это подойдет»)," said he. "These rocks upon the right make an admirable screen (эти камни справа создают замечательное прикрытие)."

      "We are to wait here (мы должны ждать здесь)?"

      "Yes, we shall make our little ambush here (сделаем здесь небольшую засаду). Get into this hollow, Lestrade (встаньте в этот проем Лестрейд; hollow — полость выемка). You have been inside the house, have you not, Watson (вы были в доме не так ли Ватсон)? Can you tell the position of the rooms (можете рассказать о расположении комнат)? What are those latticed windows at this end (что это за решетчатые окна в том конце)?"

      "I think they are the kitchen windows (полагаю это окна кухни)."

 

      trousers [ˈtrauzǝz], friend [frend], hollow [ˈhɔlǝu]

 

      "Are you armed, Lestrade?"

      The little detective smiled.

      "As long as I have my trousers I have a hip-pocket, and as long as I have my hip-pocket I have something in it."

      "Good! My friend and I are also ready for emergencies."

      "You're mighty close about this affair, Mr. Holmes. What's the game now?"

      "A waiting game."

      "My word, it does not seem a very cheerful place," said the detective, with a shiver, glancing round him at the gloomy slopes of the hill and at the huge lake of fog which lay over the Grimpen Mire. "I see the lights of a house ahead of us."

      "That is Merripit House and the end of our journey. I must request you to walk on tiptoe and not to talk above a whisper."

      We moved cautiously along the track as if we were bound for the house, but Holmes halted us when we were about two hundred yards from it.

      "This will do," said he. "These rocks upon the right make an admirable screen."

      "We are to wait here?"

      "Yes, we shall make our little ambush here. Get into this hollow, Lestrade. You have been inside the house, have you not, Watson? Can you tell the position of the rooms? What are those latticed windows at this end?"

      "I think they are the kitchen windows."

 

      "And the one beyond (а вон то позади), which shines so brightly (которое так ярко светится; to shine — светить)?"

      "That is certainly the dining-room (это наверняка столовая)."

      "The blinds are up (шторы подняты). You know the lie of the land best (вы знаете лучше расположение; the lie of the land — мор направление на берег положение вещей). Creep forward quietly (тихонько проберитесь к дому«вперед»; to creep — ползти подкрадываться) and see what they are doing (и взгляните что они делают) — but for Heaven's sake don't let them know (но ради Бога не дайте им заметить) that they are watched (что за ними наблюдают)!"

      I tip-toed down the path (я прокрался по тропе; tiptoe — кончики пальцев ног цыпочки; to tiptoe — ходить на цыпочках стоять на цыпочках подниматься на цыпочки красться подкрадываться) and stooped behind the low wall (и пригнулся за низкой оградой«стеной») which surrounded the stunted orchard (которая окружала чахлый сад Стэплтонов; orchard — фруктовый сад). Creeping in its shadow I reached a point (пробираясь в его тени я достиг места) whence I could look straight through the uncurtained window (откуда я мог смотреть прямо сквозь незашторенное окно; curtain — штора).

      There were only two men in the room (в комнате было только два человека), Sir Henry and Stapleton. They sat with their profiles towards me (они сидели в профиль ко мне) on either side of the round table (с каждой стороны по обе стороны круглого стола). Both of them were smoking cigars (оба курили сигары), and coffee and wine were in front of them (а кофе и вино стояли перед ними). Stapleton was talking with animation (Стэплтон говорил оживленно; animation — анимация воодушевление оживление), but the Baronet looked pale and distrait (но баронет выглядел бледным и рассеянным). Perhaps the thought of that lonely walk across the ill-omened moor (возможно мысль о прогулке в одиночестве через зловещие болота) was weighing heavily upon his mind (весьма тяготила его душу; to weigh — весить тяготить; heavily — весьма очень).

 

      tiptoe [ˈtɪptǝu], orchard [ˈɔ:tʃǝd], animation [ˌænɪˈmeɪʃ(ǝ)n]

 

      "And the one beyond, which shines so brightly?"

      "That is certainly the dining-room."

      "The blinds are up. You know the lie of the land best. Creep forward quietly and see what they are doing — but for Heaven's sake don't let them know that they are watched!"

      I tip-toed down the path and stooped behind the low wall which surrounded the stunted orchard. Creeping in its shadow I reached a point whence I could look straight through the uncurtained window.

      There were only two men in the room, Sir Henry and Stapleton. They sat with their profiles towards me on either side of the round table. Both of them were smoking cigars, and coffee and wine were in front of them. Stapleton was talking with animation, but the Baronet looked pale and distrait. Perhaps the thought of that lonely walk across the ill-omened moor was weighing heavily upon his mind.

 

      As I watched them (пока я следил за ними) Stapleton rose and left the room (Стэплтон поднялся и покинул комнату), while Sir Henry filled his glass again (тогда как сэр Генри снова наполнил свой бокал) and leaned back in his chair, puffing at his cigar (и откинулся в кресле покуривая сигару; to puff — дуть порывами/о ветре покуривать попыхивать). I heard the creak of a door (я услыхал скрип двери) and the crisp sound of boots upon gravel (и хрустящий звук башмаков/ступающих по гравию). The steps passed along the path on the other side of the wall (шаги удалились«прошли по тропинке с той стороны ограды) under which I crouched (за которой я прятался; to crouch — припасть к земле согнуться). Looking over, I saw (выглянув«взглянув поверх я увидел) the naturalist pause at the door of an out-house (что натуралист остановился у двери сарая; out-house — надворная/хозяйственная постройка) in the corner of the orchard (в углу сада). A key turned in a lock (ключ повернулся в замке), and as he passed in (и когда он вошел внутрь) there was a curious scuffling noise from within (оттуда/донесся какой-то чудной шаркающий шум словно ктото шаркал ногами; to scuffle — ходить шаркая ногами). He was only a minute or so inside (он был внутри с минуту или чуть больше), and then I heard the key turn once more (затем я услышал снова поворот ключа) and he passed me and re-entered the house (он прошел мимо меня и снова вошел в дом). I saw him rejoin his guest (я увидел что он присоединился к гостю), and I crept quietly back (а я бесшумно крадучись/отправился назад/) to where my companions were waiting (где ждали мои товарищи) to tell them what I had seen (/чтобы рассказать им что я видел).

      "You say, Watson, that the lady is not there (вы говорите что дамы нет с ними)?" Holmes asked, when I had finished my report (спросил Холмс когда я закончил свой отчет).

      "No."

 

      chair [tʃɛǝ], crouch [krautʃ], scuffle [skʌfl]

 

      As I watched them Stapleton rose and left the room, while Sir Henry filled his glass again and leaned back in his chair, puffing at his cigar. I heard the creak of a door and the crisp sound of boots upon gravel. The steps passed along the path on the other side of the wall under which I crouched. Looking over, I saw the naturalist pause at the door of an out-house in the corner of the orchard. A key turned in a lock, and as he passed in there was a curious scuffling noise from within. He was only a minute or so inside, and then I heard the key turn once more and he passed me and re-entered the house. I saw him rejoin his guest, and I crept quietly back to where my companions were waiting to tell them what I had seen.

      "You say, Watson, that the lady is not there?" Holmes asked, when I had finished my report.

      "No."

 

      "Where can she be, then (тогда где/же она может быть), since there is no light in any other room except the kitchen (раз света нет ни в каких других комнатах кроме кухни)?"

      "I cannot think where she is (ума не приложу где она)."

      I have said that over the great Grimpen Mire (я/уже говорил что над большой Гримпенской трясиной) there hung a dense, white fog (висел густой белесый туман). It was drifting slowly in our direction (он медленно плыл в нашем направлении) and banked itself up like a wall on that side of us (поднимаясь как стена с этой стороны«от нас»; to bank up — строить дамбу образовываться/об облачности тумане/), low, but thick and well defined (низкая но густая и с четкими границами; to define — определять устанавливать границы). The moon shone on it (луна светила на него/на туман/), and it looked like a great shimmering icefield (и он выглядел как огромное сверкающее ледяное поле), with the heads of the distant tors (с вершинами далеких холмов) as rocks borne upon its surface (несомыми на его поверхности которые айсбергами поднимались над его поверхностью; rock — скала утес; to bear — нести). Holmes's face was turned towards it (лицо Холмса было повернуто к нему), and he muttered impatiently (и он пробормотал нетерпеливо) as he watched its sluggish drift (наблюдая за его ленивым перемещением; sluggish — пассивный неторопливый ленивый; drift — течение перемещение).

      "It's moving towards us, Watson (он движется к нам Ватсон)."

 

      kitchen [ˈkɪtʃɪn], define [dɪˈfaɪn], mutter [ˈmʌtǝ]

 

      "Where can she be, then, since there is no light in any other room except the kitchen?"

      "I cannot think where she is."

      I have said that over the great Grimpen Mire there hung a dense, white fog. It was drifting slowly in our direction and banked itself up like a wall on that side of us, low, but thick and well defined. The moon shone on it, and it looked like a great shimmering icefield, with the heads of the distant tors as rocks borne upon its surface. Holmes's face was turned towards it, and he muttered impatiently as he watched its sluggish drift.

      "It's moving towards us, Watson."

 

      "Is that serious (а это существенно; serious — серьезный важный существенный)?"

      "Very serious, indeed (конечно очень существенно) — the one thing upon earth (единственная вещь на земле) which could have disarranged my plans (которая может расстроить мои планы). He can't be very long, now (он сэр Генри теперь не может быть/там очень долго). It is already ten o'clock (уже десять часов). Our success and even his life may depend upon his coming out before the fog is over the path (наш успех и даже его жизнь могут зависеть от того выйдет ли он прежде чем туман скроет тропинку«будет над тропинкой»)."

      The night was clear and fine above us (вечернее/небо над нами было чистым и прекрасным). The stars shone cold and bright (сияли холодные и яркие звезды), while a half-moon bathed the whole scene in a soft, uncertain light (тогда как серп луны купал все вокруг в мягком неясном свете; scene — место действия). Before us lay the dark bulk of the house (перед нами лежала темная масса дома), its serrated roof and bristling chimneys (его рифленая крыша и торчащие/над ней дымовые трубы; serrated — зубчатый рифленый; to bristle — ощетиниться торчать дыбом) hard outlined against the silver-spangled sky (четко вырисовывались на фоне усыпанного серебром неба; hard — упорно сильно резко; to spangle — украшать блестками усеивать усыпать). Broad bars of golden light from the lower windows (широкие полосы золотого света из нижних окон; bar — брусок полоса) stretched across the orchard and the moor (тянулись через сад и болота). One of them was suddenly shut off (одна из них внезапно погасла; to shut off — выключать). The servants had left the kitchen (слуги покинули кухню). There only remained the lamp in the dining-room (осталась/гореть только лампа в столовой) where the two men (где два человека), the murderous host and the unconscious guest (кровожадный хозяин и ничего не подозревающий гость; murderous — смертоносный жестокий кровожадный; unconscious — неосознающий), still chatted over their cigars (все еще беседовали за сигарами).

 

      earth [ǝ:Ɵ], cold [kǝuld], murderous [ˈmǝ:d(ǝ)rǝs]

 

      "Is that serious?"

      "Very serious, indeed — the one thing upon earth which could have disarranged my plans. He can't be very long, now. It is already ten o'clock. Our success and even his life may depend upon his coming out before the fog is over the path."

      The night was clear and fine above us. The stars shone cold and bright, while a half-moon bathed the whole scene in a soft, uncertain light. Before us lay the dark bulk of the house, its serrated roof and bristling chimneys hard outlined against the silver-spangled sky. Broad bars of golden light from the lower windows stretched across the orchard and the moor. One of them was suddenly shut off. The servants had left the kitchen. There only remained the lamp in the dining-room where the two men, the murderous host and the unconscious guest, still chatted over their cigars.

 

      Every minute that white woolly plain (каждую минуту белое пушистое покрывало; woolly — покрытый шерстью пухом; plain — равнина) which covered one half of the moor (которое накрыло одну половину болота) was drifting closer and closer to the house (смещалось ближе и ближе к дому). Already the first thin wisps of it (уже первые тонкие нити его; wisp — пучок клочок фрагмент) were curling across the golden square of the lighted window (вились вокруг золотого квадрата освещенного окна). The farther wall of the orchard was already invisible (дальняя стена сада была уже невидима), and the trees were standing out of a swirl of white vapour (и деревья выступали из клубящегося белого пара; swirl — водоворот кружение). As we watched it (пока мы наблюдали это) the fog-wreaths came crawling round both corners of the house (завитки тумана выползли с обеих сторон«углов дома) and rolled slowly into one dense bank (и медленно свернулись в одну густую массу; bank — вал скопление), on which the upper floor and the roof (по которой верхний этаж и крыша) floated like a strange ship upon a shadowy sea (поплыли как/какой-то необыкновенный корабль по призрачному морю; shadowy — темный призрачный). Holmes struck his hand passionately (Холмс с чувством ударил рукой; passionately — страстно пылко) upon the rock in front of us (по камню перед нами), and stamped his feet in his impatience (и в нетерпении топнул ногой«потопал ногами»).

 

      woolly [ˈwulɪ], square [skwɛǝ], crawl [krɔ:l]

 

      Every minute that white woolly plain which covered one half of the moor was drifting closer and closer to the house. Already the first thin wisps of it were curling across the golden square of the lighted window. The farther wall of the orchard was already invisible, and the trees were standing out of a swirl of white vapour. As we watched it the fog-wreaths came crawling round both corners of the house and rolled slowly into one dense bank, on which the upper floor and the roof floated like a strange ship upon a shadowy sea. Holmes struck his hand passionately upon the rock in front of us, and stamped his feet in his impatience.

 

      "If he isn't out in a quarter of an hour (если он не выйдет через четверть часа) the path will be covered (тропинку скроет/туман/). In half an hour we won't be able to see our hands in front of us (через полчаса мы не сможем разглядеть свои руки перед собой)."

      "Shall we move farther back (/может нам передвинуться подальше назад) upon higher ground (на более высокое место«землю»)?"

      "Yes, I think it would be as well (да думаю это было бы лучше)."

      So as the fog-bank flowed onwards (так как туман струился/все дальше) we fell back before it (мы отступали перед ним; to fall back — отступать) until we were half a mile from the house (пока не оказались в полумиле от дома), and still that dense white sea (и однако это густое белое море), with the moon silvering its upper edge (с луной серебрящейся на его верхнем краю), swept slowly and inexorably on (продолжало свое движение медленно и неумолимо; to sweep — подметать простираться; on /зд наречие указывает на продолжение или развитие действия).

      "We are going too far (мы уходим слишком далеко)," said Holmes. "We dare not take the chance (мы не смеем рисковать) of his being overtaken before he can reach us (/тем что его догонят прежде чем он доберется до нас; to overtake). At all costs we must hold our ground where we are (в любом случае мы должны остаться там где мы есть; at all costs — любой ценой во что бы то ни стало; to hold one’s ground — стоять на своем держаться)." He dropped on his knees (он опустился на колени; to drop — капать падать опускаться) and clapped his ear to the ground (и быстро припал ухом к земле; to clap — хлопать сделать быстрое энергичное движение). "Thank Heaven (хвала небу), I think that I hear him coming (я думаю что слышу его шаги«что он идет»)."

 

      flow [flǝu], inexorably [ɪnˈeks(ǝ)rǝblɪ], knee [ni:]

 

      "If he isn't out in a quarter of an hour the path will be covered. In half an hour we won't be able to see our hands in front of us."

      "Shall we move farther back upon higher ground?"

      "Yes, I think it would be as well."

      So as the fog-bank flowed onwards we fell back before it until we were half a mile from the house, and still that dense white sea, with the moon silvering its upper edge, swept slowly and inexorably on.

      "We are going too far," said Holmes. "We dare not take the chance of his being overtaken before he can reach us. At all costs we must hold our ground where we are." He dropped on his knees and clapped his ear to the ground. "Thank Heaven, I think that I hear him coming."

 

      A sound of quick steps broke the silence of the moor (звук быстрых шагов нарушил тишину болот; to break — ломать нарушать). Crouching among the stones we stared intently (пригнувшись за камнями мы пристально всматривались) at the silver-tipped bank in front of us (в серебристую массу перед нами; tip — тонкий кончик верх верхушка). The steps grew louder (шаги стали громче), and through the fog, as through a curtain (и из тумана как из-за занавеса; through — через сквозь), there stepped the man whom we were awaiting (шагнул человек которого мы ожидали). He looked round him in surprise (он с удивлением осмотрелся) as he emerged into the clear, star-lit night (когда вышел в ясную освещенную звездами ночь; to emerge — появляться выходить). Then he came swiftly along the path (потом он быстро пошел по тропе), passed close to where we lay (пройдя близко к/тому месту где мы находились; to lie — лежать находиться), and went on up the long slope behind us (и пошел дальше вверх по склону позади нас). As he walked he glanced continually over either shoulder (когда он шел он постоянно оглядывался то через одно то через другое плечо; either — любой из двух и тот и другой), like a man who is ill at ease (как человек который чего-то боится; ill at ease — не по себе в напряжении).

 

      stare [stɛǝ], emerge [i:ˈmǝ:dʒ], ease [i:z]

 

      A sound of quick steps broke the silence of the moor. Crouching among the stones we stared intently at the silver-tipped bank in front of us. The steps grew louder, and through the fog, as through a curtain, there stepped the man whom we were awaiting. He looked round him in surprise as he emerged into the clear, star-lit night. Then he came swiftly along the path, passed close to where we lay, and went on up the long slope behind us. As he walked he glanced continually over either shoulder, like a man who is ill at ease.

 

      "Hist!" cried Holmes (тише воскликнул Холмс; hist — тише тс!), and I heard the sharp click of a cocking pistol (и я услышал резкий щелчок взводимого курка пистолета). "Look out! It's coming (смотрите она идет)!"

      There was a thin, crisp, continuous patter (/послышался слабый хрустящий дробный«непрерывный топот) from somewhere in the heart of that crawling bank (откуда-то из глубины«из сердца наползающей массы/тумана/). The cloud was within fifty yards (его облако было в пятидесяти ярдах) of where we lay (/от того места где мы прятались), and we glared at it, all three uncertain (и мы все втроем пристально всматривались в него не зная; to glare — ослепительно сверкать пристально смотреть), what horror was about to break from the heart of it (что за ужасное/существо собиралось выскочить оттуда«из его сердцевины/средоточия»). I was at Holmes's elbow (я стоял рядом с Холмсом; at one’s elbow — поблизости рядом; elbow — локоть), and I glanced for an instant at his face (и на мгновение взглянул на его лицо). It was pale and exultant (оно было бледным и торжествующим), his eyes shining brightly in the moonlight (его глаза ярко сияли в лунном свете). But suddenly they started forward in a rigid, fixed stare (но вдруг Холмс подался вперед с суровым твердым взглядом; to start — начинать бросаться кидаться; rigid — жесткий негнущийся суровый), and his lips parted in amazement (а рот открылся от изумления; lips — губы; to part — расставаться разделяться). At the same instant Lestrade gave a yell of terror (в тот же миг Лестрейд издав крик ужаса) and threw himself face downwards upon the ground (бросился лицом вниз на землю; to throw). I sprang to my feet (я вскочил), my inert hand grasping my pistol (моя неповоротливая рука сжала/рукоятку пистолета; inert — инертный медлительный неповоротливый), my mind paralyzed by the dreadful shape (мой мозг парализовало/при виде чудовищного призрака) which had sprung out upon us from the shadows of the fog (который выпрыгнул на нас из«тени тумана). A hound it was (это была собака), an enormous coal-black hound (громадная угольно-черная собака), but not such a hound (но не такая собака) as mortal eyes have ever seen (которую когда-либо видели глаза смертного). Fire burst from its open mouth (огонь вырывался из ее открытой пасти; mouth — рот пасть), its eyes glowed with a smouldering glare (ее глаза излучали неугасимое сияние; to glow — светиться; glare — яркий свет), its muzzle and hackles and dewlap (ее морда загривок и грудь; dewlap — складка свисающей вокруг гортани кожи) were outlined in flickering flame (были очерчены мерцающим пламенем). Never in the delirious dream of a disordered brain (никогда в бредовых снах больного мозга; disordered — беспорядочный больной) could anything more savage, more appalling, more hellish be conceived (нельзя вообразить ничего более ужасающего более дьявольского) than that dark form and savage face (чем эти темные очертания и свирепая морда; form — форма очертания; savage — дикий свирепый; face — лицо морда/животного/) which broke upon us out of the wall of fog (которые выскочили на нас из стены тумана).

 

      exultant [ɪɡˈzʌlt(ǝ)nt], delirious [dɪˈlɪrɪǝs], savage [ˈsævɪdʒ]

 

      "Hist!" cried Holmes, and I heard the sharp click of a cocking pistol. "Look out! It's coming!"

      There was a thin, crisp, continuous patter from somewhere in the heart of that crawling bank. The cloud was within fifty yards of where we lay, and we glared at it, all three, uncertain what horror was about to break from the heart of it. I was at Holmes's elbow, and I glanced for an instant at his face. It was pale and exultant, his eyes shining brightly in the moonlight. But suddenly they started forward in a rigid, fixed stare, and his lips parted in amazement. At the same instant Lestrade gave a yell of terror and threw himself face downwards upon the ground. I sprang to my feet, my inert hand grasping my pistol, my mind paralyzed by the dreadful shape which had sprung out upon us from the shadows of the fog. A hound it was, an enormous coal-black hound, but not such a hound as mortal eyes have ever seen. Fire burst from its open mouth, its eyes glowed with a smouldering glare, its muzzle and hackles and dewlap were outlined in flickering flame. Never in the delirious dream of a disordered brain could anything more savage, more appalling, more hellish be conceived than that dark form and savage face which broke upon us out of the wall of fog. CHAPTER XIV. (continued)       (продолжение)

 

      WITH long bounds (длинными прыжками) the huge black creature was leaping down the track (огромная черная тварь мчалась«прыгала по тропинке), following hard upon the footsteps of our friend (настойчиво преследуя нашего друга; footsteps — следы). So paralyzed were we by the apparition (мы настолько были парализованы/видом этого привидения; apparition — появление призрак) that we allowed him to pass (что позволили ему проскочить мимо) before we had recovered our nerve (прежде чем мы снова обрели хладнокровие; nerve — нерв мужество хладнокровие). Then Holmes and I both fired together (тогда мы с Холмсом оба выстрелили вместе одновременно), and the creature gave a hideous howl (и тварь издала ужасный вой; to give), which showed (свидетельствовавший/о том/; to show — показывать) that one at least had hit him (что по крайней мере один из нас попал в нее). He did not pause, however (тем не менее она не остановилось), but bounded onwards (а продолжала мчаться дальше; to bound — прыгать скакать). Far away on the path we saw (вдалеке на тропинке мы увидели) Sir Henry looking back (как сэр Генри оглядывается назад), his face white in the moonlight (с лицом белым в лунном свете), his hands raised in horror (и поднятыми в ужасе руками), glaring helplessly at the frightful thing (беспомощно смотря на страшилище) which was hunting him down (которое преследовало догоняло его).

 

      bound [baund], hideous [ˈhɪdɪǝs], horror [ˈhɔrǝ]

 

      WITH long bounds the huge black creature was leaping down the track, following hard upon the footsteps of our friend. So paralyzed were we by the apparition that we allowed him to pass before we had recovered our nerve. Then Holmes and I both fired together, and the creature gave a hideous howl, which showed that one at least had hit him. He did not pause, however, but bounded onwards. Far away on the path we saw Sir Henry looking back, his face white in the moonlight, his hands raised in horror, glaring helplessly at the frightful thing which was hunting him down.

 

      But that cry of pain from the hound (но тот вой от боли/который издала собака) had blown all our fears to the winds (развеял по ветру все наши страхи; to blow — дуть веять). If he was vulnerable he was mortal (если она была уязвима/значит она была смертна), and if we could wound him (и если мы могли ее ранить) we could kill him (/значит мы могли ее убить). Never have I seen a man run (никогда я не видел чтобы человек/так бежал) as Holmes ran that night (как бежал Холмс той ночью). I am reckoned fleet of foot (я считаюсь хорошим бегуном; fleet of foot — быстроногий), but he outpaced me as much (но он обогнал меня настолько же; to outpace — опережать) as I outpaced the little professional (насколько я обогнал маленького полицейского«профессионала»). In front of us as we flew up the track (перед собой когда мы неслись по тропинке; to fly — летать быстро проходить) we heard scream after scream from Sir Henry (мы услышали несколько криков«крик за криком сэра Генри) and the deep roar of the hound (и низкий рев собаки). I was in time to see (я успел вовремя чтобы увидеть; to be in time — успевать) the beast spring upon its victim (как собака прыгнула на свою жертву), hurl him to the ground (швырнула его на землю), and worry at his throat (и нацелилась на его горло; to worry — беспокоиться разрывать раздирать/особенно о волках и собаках/). But the next instant Holmes had (но в последний момент Холмс) emptied five barrels of his revolver (выпустил пять пуль из своего револьвера; to empty — опорожнять опустошать; barrel — бочка полость в барабане/под патрон/) into the creature's flank (в бок существа). With a last howl of agony (в последний раз взвыв в агонии) and a vicious snap in the air (и злобно щелкнув/зубами в воздухе; to snap — щелкать смыкать челюсти) it rolled upon its back (она перевернулась на спину; to roll — катиться вращаться), four feet pawing furiously (бешено дрыгая/всеми четырьмя лапами; to paw — скрести лапой наносить сильные удары молотить), and then fell limp upon its side (затем медленно повалилась набок; limp — мягкий безвольный).

 

      vulnerable [ˈvʌln(ǝ)rǝbl], wound [wu:nd], agony [ˈæɡǝnɪ]

 

      But that cry of pain from the hound had blown all our fears to the winds. If he was vulnerable he was mortal, and if we could wound him we could kill him. Never have I seen a man run as Holmes ran that night. I am reckoned fleet of foot, but he outpaced me as much as I outpaced the little professional. In front of us as we flew up the track we heard scream after scream from Sir Henry and the deep roar of the hound. I was in time to see the beast spring upon its victim, hurl him to the ground, and worry at his throat. But the next instant Holmes had emptied five barrels of his revolver into the creature's flank. With a last howl of agony and a vicious snap in the air it rolled upon its back, four feet pawing furiously, and then fell limp upon its side.

 

      I stooped, panting (я нагнулся/над ней тяжело дыша), and pressed my pistol to the dreadful, shimmering head (и приставил свой пистолет к/этой ужасной мерцающей голове), but it was useless to pull the trigger (но жать на курок/уже было бесполезно; to pull the trigger — спускать курок). The giant hound was dead (гигантская собака была мертва).

      Sir Henry lay insensible (сэр Генри лежал бесчувственно) where he had fallen (/там где он упал). We tore away his collar (мы разорвали его воротник; to tear), and Holmes breathed a prayer of gratitude (и Холмс прошептал благодарственную молитву; to breathе дышать шептать) when we saw that there was no sign of a wound (что не было никаких признаков ранений) and that the rescue had been in time (и что спасение было своевременным«вовремя»). Already our friend's eyelids shivered (уже веки нашего друга задрожали) and he made a feeble effort to move (и он сделал слабое усилие/чтобы пошевелиться). Lestrade thrust his brandy-flask between the Baronet's teeth (Лестрейд сунул свою фляжку с бренди баронету между зубами), and two frightened eyes were looking up at us (и на нас взглянули два испуганных глаза).

      "My God!" he whispered (о Боже прошептал он). "What was it? What, in Heaven's name, was it (что во имя небес это было)?"

      "It's dead, whatever it is (что бы это ни было оно мертво)," said Holmes. "We've laid the family ghost once and for ever (мы покончили с фамильным привидением раз и навсегда; to lay — класть хоронить класть в могилу)."

 

      trigger [ˈtrɪɡǝ], gratitude [ˈɡrætɪtju:d], rescue [ˈreskju:]

 

      I stooped, panting, and pressed my pistol to the dreadful, shimmering head, but it was useless to pull the trigger. The giant hound was dead.

      Sir Henry lay insensible where he had fallen. We tore away his collar, and Holmes breathed a prayer of gratitude when we saw that there was no sign of a wound and that the rescue had been in time. Already our friend's eyelids shivered and he made a feeble effort to move. Lestrade thrust his brandy-flask between the Baronet's teeth, and two frightened eyes were looking up at us.

      "My God!" he whispered. "What was it? What, in Heaven's name, was it?"

      "It's dead, whatever it is," said Holmes. "We've laid the family ghost once and for ever."

 

      In mere size and strength it was a terrible creature (/даже одними только своими размерами и силой оно было страшным существом; mere — простой не более чем всего лишь) which was lying stretched before us (которое растянувшись лежало перед нами). It was not a pure bloodhound (это была не чистокровная ищейка) and it was not a pure mastiff (и не чистокровный мастиф); but it appeared to be a combination of the two (но она оказалась помесью этих двух пород; combination — сочетание комбинация) — gaunt, savage, and as large as a small lioness (поджарая дикая и такая же крупная как молодая«маленькая львица). Even now, in the stillness of death (даже сейчас в смертельной неподвижности), the huge jaws seemed to be dripping with a bluish flame (казалось что из огромной пасти вытекает голубоватое пламя; jaws — челюсти пасть) and the small, deep-set, cruel eyes (а маленькие глубоко посаженные безжалостные глаза) were ringed with fire (были окружены кольцами огня). I placed my hand upon the glowing muzzle (я положил руку на светящуюся морду; to place — помещать класть), and as I held them up (и когда я показал ее/остальным/; to hold up — показывать) my own fingers smouldered and gleamed in the darkness (мои собственные пальцы мерцали и светились в темноте; to smoulder — медленно тлеть).

 

      mere [mɪǝ], gaunt [ɡɔ:nt], smoulder [ˈsmǝuldǝ]

 

      In mere size and strength it was a terrible creature which was lying stretched before us. It was not a pure bloodhound and it was not a pure mastiff; but it appeared to be a combination of the two — gaunt, savage, and as large as a small lioness. Even now, in the stillness of death, the huge jaws seemed to be dripping with a bluish flame and the small, deep-set, cruel eyes were ringed with fire. I placed my hand upon the glowing muzzle, and as I held them up my own fingers smouldered and gleamed in the darkness.

 

      "Phosphorus," I said (фосфор сказал я).

      "A cunning preparation of it (искусно/сделанный из него препарат)," said Holmes, sniffing at the dead animal (сказал Холмс принюхиваясь к мертвому животному). "There is no smell (нет запаха) which might have interfered with his power of scent (который мог бы перебить силу нюха/у собаки/; to interfere — пересекаться мешать быть помехой). We owe you a deep apology, Sir Henry (мы должны/принести вам свои глубокие извинения сэр Генри), for having exposed you to this fright (за то что подвергли вас этому страху; to expose — делать видимым подвергать). I was prepared for a hound (я был готов/увидеть собаку), but not for such a creature as this (но не такую тварь как эта). And the fog gave us little time (и туман почти не оставил«не дал нам времени) to receive him (чтобы подготовиться к встрече с ней«чтобы получить ее»)."

      "You have saved my life (вы спасли мою жизнь)."

      "Having first endangered it (сперва подвергнув ее опасности). Are you strong enough to stand (у вас достаточно сил«вы достаточно сильны чтобы встать)?"

      "Give me another mouthful of that brandy (дайте мне еще глоток того бренди) and I shall be ready for anything (и я буду готов к чему угодно). So (вот так)! Now, if you will help me up (а теперь не поможете ли мне подняться). What do you propose to do (что вы предлагаете делать/дальше/)?"

      "To leave you here (оставить вас здесь). You are not fit for further adventures to-night (вы не готовы для дальнейших приключений сегодня ночью; fit — пригодный готовый). If you will wait (если вы подождете), one or other of us will go back with you to the Hall (кто-то«один или другой из нас вернется с вами в Баскервиль-холл)."

      He tried to stagger to his feet (он попытался подняться на ноги; to stagger — шататься покачиваться); but he was still ghastly pale (но он был все еще очень бледен; ghastly — весьма очень) and trembling in every limb (руки и ноги его дрожали; limb — конечность). We helped him to a rock (мы помогли ему/подойти к камню), where he sat shivering (где он сел дрожа/всем телом/) with his face buried in his hands (спрятав лицо в ладони; to bury — хоронить зарывать в землю прятать скрывать укрывать).

 

      phosphorus [ˈfɔsf(ǝ)rǝs], preparation [ˌprepǝˈreɪʃ(ǝ)n], bury [ˈberɪ]

 

      "Phosphorus," I said.

      "A cunning preparation of it," said Holmes, sniffing at the dead animal. "There is no smell which might have interfered with his power of scent. We owe you a deep apology, Sir Henry, for having exposed you to this fright. I was prepared for a hound, but not for such a creature as this. And the fog gave us little time to receive him."

      "You have saved my life."

      "Having first endangered it. Are you strong enough to stand?"

      "Give me another mouthful of that brandy and I shall be ready for anything. So! Now, if you will help me up. What do you propose to do?"

      "To leave you here. You are not fit for further adventures to-night. If you will wait, one or other of us will go back with you to the Hall."

      He tried to stagger to his feet; but he was still ghastly pale and trembling in every limb. We helped him to a rock, where he sat shivering with his face buried in his hands.

 

      "We must leave you now (теперь мы должны вас оставить)," said Holmes. "The rest of our work must be done (остальная часть нашей работы должна быть сделана), and every moment is of importance (и важен каждый миг). We have our case (у нас есть доказательства), and now we only want our man (и теперь нам только нужен преступник«наш которого мы ищем человек»).

      "It's a thousand to one against our finding him at the house (тысяча к одному против того что мы найдем его в доме)," he continued (продолжал он), as we retraced our steps swiftly down the path (когда мы быстро возвращались назад по тропе; to retrace one’s steps — возвращаться по своим следам). "Those shots must have told him (те выстрелы должны были подсказать ему) that the game was up (что игра окончена; to be up — проснуться закончиться подойти к концу)."

      "We were some distance off (мы были на некотором расстоянии), and this fog may have deadened them (и этот туман мог приглушить их)."

      "He followed the hound (он следовал за собакой) to call him off (чтобы/потом отозвать ее) — of that you may be certain (в этом можете быть уверены). No, no, he's gone by this time (нет-нет он к этому времени/уже удрал)! But we'll search the house and make sure (но мы обыщем дом и убедимся/в этом/)."

      The front door was open (парадная дверь была открыта), so we rushed in and hurried from room to room (поэтому мы ворвались и поспешили от комнаты к комнате), to the amazement of a doddering old manservant (к удивлению трясущегося старого слуги), who met us in the passage (который встретил нас в коридоре). There was no light save in the dining-room (света/нигде кроме столовой не было), but Holmes caught up the lamp (но Холмс схватил лампу; to catch) and left no corner of the house unexplored (и обыскал в доме каждый закуток«и не оставил не изученным в доме ни угла»; to explore — исследовать рассматривать). No sign could we see of the man (мы не смогли увидеть ни/единого признака человека) whom we were chasing (которого мы преследовали). On the upper floor, however (однако на верхнем этаже), one of the bedroom doors was locked (дверь одной из спален была заперта).

 

      retrace [rɪˈtreɪs], deaden [ˈded(ǝ)n], corner [ˈkɔ:nǝ]

 

      "We must leave you now," said Holmes. "The rest of our work must be done, and every moment is of importance. We have our case, and now we only want our man.

      "It's a thousand to one against our finding him at the house," he continued, as we retraced our steps swiftly down the path. "Those shots must have told him that the game was up."

      "We were some distance off, and this fog may have deadened them."

      "He followed the hound to call him off — of that you may be certain. No, no, he's gone by this time! But we'll search the house and make sure."

      The front door was open, so we rushed in and hurried from room to room, to the amazement of a doddering old manservant, who met us in the passage. There was no light save in the dining-room, but Holmes caught up the lamp and left no corner of the house unexplored. No sign could we see of the man whom we were chasing. On the upper floor, however, one of the bedroom doors was locked.

 

      "There's someone in here (кто-то здесь есть)," cried Lestrade. "I can hear a movement (я слышу движение). Open this door (открывайте дверь)!"

      A faint moaning and rustling came from within (изнутри донеслись слабый стон и шорох). Holmes struck the door just over the lock (Холмс ударил дверь как раз над замком) with the flat of his foot (плоскостью стопы) and it flew open (и она распахнулась; to fly open — распахнуться). Pistol in hand (с пистолетами в руках), we all three rushed into the room (мы все втроем ворвались в комнату).

      But there was no sign within it (но внутри нее не было и следа«признака») of that desperate and defiant villain (того отчаянного и дерзкого злодея) whom we expected to see (которого мы ожидали увидеть). Instead we were faced by an object so strange and so unexpected (вместо этого нам встретился объект такой странный и неожиданный; to face — стоять лицом к лицу встречаться) that we stood for a moment (что мы с мгновение стояли) staring at it in amazement (уставившись на него в изумлении).

      The room had been fashioned into a small museum (комната была превращена в маленький музей; to fashion — придавать форму приспосабливать), and the walls were lined by a number of glass-topped cases (по стенам рядами тянулись ящички со стеклянными крышками; to line — отмечать линией располагаться в ряд; a number of — некоторое количество целый ряд) full of that collection of butterflies and moths (полные той коллекцией в которых находилась та коллекция бабочек и мотыльков) the formation of which had been the relaxation (создание которой являлось слабостью; relaxation — отдых расслабление) of this complex and dangerous man (этого сложного и опасного человека). In the centre of this room (в центре этой комнаты) there was an upright beam (стоял вертикальный брус), which had been placed at some period (который был поставлен когда-то; period — период промежуток времени) as a support for the old, worm-eaten balk of timber (как подпорка для старой изъеденной червями деревянной балки) which spanned the roof (на которой лежала крыша; to span — измерять перекрывать/об арке крыше и т п./). To this post a figure was tied (к этому столбу была привязана фигура), so swathed and muffled in the sheets (настолько замотанная и укутанная простынями) which had been used to secure it (которые использовались чтобы прикрепить ее/к столбу/; to secure — охранять прикреплять) that one could not for the moment tell (что нельзя было в тот момент сказать) whether it was that of a man or a woman (была ли это/фигура мужчины или женщины).

 

      here [hɪǝ], defiant [dɪˈfaɪǝnt], relaxation [ˌri:lækˈseɪʃ(ǝ)n]

 

      "There's someone in here," cried Lestrade. "I can hear a movement. Open this door!"

      A faint moaning and rustling came from within. Holmes struck the door just over the lock with the flat of his foot and it flew open. Pistol in hand, we all three rushed into the room.

      But there was no sign within it of that desperate and defiant villain whom we expected to see. Instead we were faced by an object so strange and so unexpected that we stood for a moment staring at it in amazement.

      The room had been fashioned into a small museum, and the walls were lined by a number of glass-topped cases full of that collection of butterflies and moths the formation of which had been the relaxation of this complex and dangerous man. In the centre of this room there was an upright beam, which had been placed at some period as a support for the old, worm-eaten balk of timber which spanned the roof. To this post a figure was tied, so swathed and muffled in the sheets which had been used to secure it that one could not for the moment tell whether it was that of a man or a woman.

 

      One towel passed round the throat (одно полотенце проходило через шею; to pass round — обходить вокруг) and was secured at the back of the pillar (и было завязано сзади столба). Another covered the lower part of the face (другое закрывало нижнюю часть лица), and over it two dark eyes (а над ним два темных глаза) — eyes full of grief and shame and a dreadful questioning (полных горя стыда и ужаса; question — вопрос) — stared back at us (в ответ пристально уставились на нас). In a minute we had torn off the gag (через минуту мы вырвали кляп; to tear — рвать разрывать), unswathed the bonds (размотали простыни; bond — узы), and Mrs. Stapleton sank upon the floor in front of us (и миссис Стэплтон упала перед нами на пол; to sink — тонуть падать опускаться). As her beautiful head fell upon her chest (когда ее прекрасная головка упала на грудь) I saw the clear red weal of a whiplash across her neck (я увидел четкий красный рубец от хлыста на ее шее; whip — хлыст; to lash — хлестать стегать).

      "The brute!" cried Holmes (животное воскликнул Холмс). "Here, Lestrade, your brandy-bottle (Лестрейд/дайте вашу бутылку с бренди; here /межд эй послушайте)! Put her in the chair (посадите ее в кресло; to put — класть помещать)! She has fainted from ill-usage and exhaustion (она в обмороке от дурного обращения и изнеможения)."

      She opened her eyes again (она снова открыла глаза).

      "Is he safe?" she asked (он невредим спросила она). "Has he escaped (он спасся; to escape — совершать побег спастись)?"

      "He cannot escape us, madam (он не может убежать от нас мадам)."

      "No, no, I did not mean my husband (нет-нет я не имела в виду своего мужа). Sir Henry? Is he safe (сэр Генри С ним все в порядке)?"

      "Yes."

      "And the hound (а собака)?"

      "It is dead (она мертва)."

 

      towel [ˈtauǝl], exhaustion [ɪɡˈzɔ:stʃ(ǝ)n], madam [ˈmædǝm]

 

      One towel passed round the throat and was secured at the back of the pillar. Another covered the lower part of the face, and over it two dark eyes — eyes full of grief and shame and a dreadful questioning — stared back at us. In a minute we had torn off the gag, unswathed the bonds, and Mrs. Stapleton sank upon the floor in front of us. As her beautiful head fell upon her chest I saw the clear red weal of a whiplash across her neck.

      "The brute!" cried Holmes. "Here, Lestrade, your brandy-bottle! Put her in the chair! She has fainted from ill-usage and exhaustion."

      She opened her eyes again.

      "Is he safe?" she asked. "Has he escaped?"

      "He cannot escape us, madam."

      "No, no, I did not mean my husband. Sir Henry? Is he safe?"

      "Yes."

      "And the hound?"

      "It is dead."

 

      She gave a long sigh of satisfaction (она издала долгий вздох облегчения«удовлетворения»).

      "Thank God! Thank God (благодаренье Господу)! Oh, this villain (о этот негодяй)! See how he has treated me (смотрите как он обращался со мной)!" She shot her arms out from her sleeves (она выпростала руки из рукавов; to shoot out — высовывать выставлять), and we saw with horror (и мы с ужасом увидели) that they were all mottled with bruises (что они повсюду были покрыты«испещрены синяками). "But this is nothing — nothing (но это ничто)! It is my mind and soul that he has tortured and defiled (он измучил и испачкал мой ум и мою душу; to defile — портить пачкать марать). I could endure it all (я могла вытерпеть все), ill-usage, solitude, a life of deception, everything (дурное обращение одиночество жизнь/состоящую из обмана), as long as I could still cling to the hope (пока я еще могла цепляться за надежду) that I had his love (что он меня любит«что у меня есть его любовь»), but now I know that in this also (но теперь я знаю что и в этом тоже) I have been his dupe and his tool (он лгал мне и я была его орудием орудием в его руках; dupe — жертва обмана)." She broke into passionate sobbing as she spoke (она разразилась рыданиями когда сказала/это/; to break; passionate — страстный; to speak).

      "You bear him no good will, madam (вы не питаете к нему добрых чувств мадам; to bear — нести питать испытывать/чувство/; good will — доброжелательность)," said Holmes. "Tell us then (тогда скажите нам) where we shall find him (где мы можем его найти). If you have ever aided him in evil (если вы когда-нибудь помогали ему/творить зло), help us now and so atone (помогите нам сейчас и таким образом искупите/свою вину/)."

 

      sigh [saɪ], endure [ɪnˈdjuǝ], evil [i:vl]

 

      She gave a long sigh of satisfaction.

      "Thank God! Thank God! Oh, this villain! See how he has treated me!" She shot her arms out from her sleeves, and we saw with horror that they were all mottled with bruises. "But this is nothing — nothing! It is my mind and soul that he has tortured and defiled. I could endure it all, ill-usage, solitude, a life of deception, everything, as long as I could still cling to the hope that I had his love, but now I know that in this also I have been his dupe and his tool." She broke into passionate sobbing as she spoke.

      "You bear him no good will, madam," said Holmes. "Tell us then where we shall find him. If you have ever aided him in evil, help us now and so atone."

 

      "There is but one place (есть только одно место) where he can have fled (куда он мог сбежать; to flee)," she answered. "There is an old tin mine (есть старый заброшенный рудник/где добывали олово) on an island in the heart of the Mire (на островке в/самом сердце/Гримпенской трясины). It was there that he kept his hound (там он держал свою собаку) and there also he had made preparations (и там также он сделал все приготовления) so that he might have a refuge (так чтобы он мог иметь там убежище). That is where he would fly (вот куда он мог сбежать; to fly — летать спасаться бегством удирать)."

      The fog-bank lay like white wool against the window (туман лежал как белая вата«шерсть за окном). Holmes held the lamp towards it (Холмс поднес к нему лампу).

      "See," said he (смотрите сказал он). "No one could find his way (никто не сможет найти дорогу пробраться) into the Grimpen Mire to-night (в Гримпенскую трясину сегодня ночью)."

      She laughed and clapped her hands (она засмеялась и захлопала в ладоши). Her eyes and teeth gleamed with fierce merriment (ее глаза и зубы сверкнули недобрым«жестоким весельем).

      "He may find his way in (он может найти путь туда), but never out (но назад никогда)," she cried. "How can he see the guiding wands to-night (как он увидит направляющие колышки этой ночью)? We planted them together, he and I (мы втыкали их вместе он и я; to plant — сажать сеять втыкать устанавливать), to mark the pathway through the Mire (чтобы отметить тропинку через трясину). Oh, if I could only have plucked them out to-day (о если бы я только смогла выдернуть их сегодня). Then indeed you would have had him at your mercy (тогда и вправду он был бы в вашей власти; at smb.’s mercy — в чьей-либо милости)!"

 

      island [ˈaɪlǝnd], refuge [ˈrefju:dʒ], plant [plɑ:nt]

 

      "There is but one place where he can have fled," she answered. "There is an old tin mine on an island in the heart of the Mire. It was there that he kept his hound and there also he had made preparations so that he might have a refuge. That is where he would fly."

      The fog-bank lay like white wool against the window. Holmes held the lamp towards it.

      "See," said he. "No one could find his way into the Grimpen Mire to-night."

      She laughed and clapped her hands. Her eyes and teeth gleamed with fierce merriment.

      "He may find his way in, but never out," she cried. "How can he see the guiding wands to-night? We planted them together, he and I, to mark the pathway through the Mire. Oh, if I could only have plucked them out to-day. Then indeed you would have had him at your mercy!"

 

      It was evident to us (нам было ясно) that all pursuit was in vain (что любая погоня была напрасной; in vain — напрасно тщетно) until the fog had lifted (пока туман не рассеется; to lift — поднимать-ся рассеиваться/об облаках тумане и т п./). Meanwhile we left Lestrade in possession of the house (тем временем мы оставили Лестрейда распоряжаться в доме; in possession of — во владении) while Holmes and I went back with the Baronet to Baskerville Hall (тогда как мы с Холмсом и с баронетом вернулись в Баскервиль-холл). The story of the Stapletons could no longer be withheld from him (/мы не могли больше от него скрывать историю Стэплтонов; to withhold — воздерживаться утаивать скрывать), but he took the blow bravely (но он мужественно принял удар) when he learned the truth about the woman (когда узнал правду о женщине) whom he had loved (которую он полюбил). But the shock of the night's adventures had shattered his nerves (но потрясение от ночных приключений расшатало его нервы; to shatter — разбить вдребезги расстроить), and before morning (и прежде чем/наступило утро) he lay delirious in a high fever (он лежал в бреду с высокой температурой; high fever — высокая температура жар), under the care of Dr. Mortimer (под наблюдением доктора Мортимера; care — забота уход наблюдение/мед./). The two of them were destined (им вдвоем суждено было; to destine — предопределять) to travel together round the world (вместе совершить кругосветное путешествие«путешествовать вместе вокруг света») before Sir Henry had become once more the hale, hearty man (прежде чем сэр Генри снова стал здоровым и веселым человеком; hearty — сердечный веселый) that he had been before he became master of that ill-omened estate (каким он был перед тем как стать хозяином этого зловещего поместья; omen — знак знамение предзнаменование примета).

 

      pursuit [pǝˈsju:t], shatter[ˈʃætǝ], destine [ˈdestɪn]

 

      It was evident to us that all pursuit was in vain until the fog had lifted. Meanwhile we left Lestrade in possession of the house while Holmes and I went back with the Baronet to Baskerville Hall. The story of the Stapletons could no longer be withheld from him, but he took the blow bravely when he learned the truth about the woman whom he had loved. But the shock of the night's adventures had shattered his nerves, and before morning he lay delirious in a high fever, under the care of Dr. Mortimer. The two of them were destined to travel together round the world before Sir Henry had become once more the hale, hearty man that he had been before he became master of that ill-omened estate.

 

      And now I come rapidly to the conclusion of this singular narrative (а теперь я быстро подхожу к концу своего необычайного рассказа; conclusion — вывод итог результат), in which I have tried to make the reader share those dark fears and vague surmises (в котором я попытался заставить читателя разделить те темные страхи и смутные подозрения) which clouded our lives so long (которые столь долго омрачали нашу жизнь; to cloud — заволакивать/облаками омрачать), and ended in so tragic a manner (и закончились столь трагически«в такой трагической манере»). On the morning after the death of the hound (на утро после смерти собаки) the fog had lifted (туман рассеялся) and we were guided by Mrs. Stapleton to the point (и миссис Стэплтон привела нас к месту) where they had found a pathway through the bog (где они нашли тропинку через трясину). It helped us to realize the horror of this woman's life (это помогло нам понять мы поняли/весь ужас жизни этой женщины) when we saw the eagerness and joy (когда увидели старание и радость; eager — страстно желающий жаждущий/что-либо сделать о человеке энергичный активный/о желании/) with which she laid us on her husband's track (с которыми она направила нас по следу своего мужа; to lay — положить нацеливать). We left her standing upon the thin peninsula of firm, peaty soil (мы оставили ее стоять на узком островке твердой торфяной почвы; peninsula — полуостров узкая полоска земли выдающаяся в море или озеро; peat — торф) which tapered out into the widespread bog (который вонзался в растянувшиеся во всю ширь болота; to taper — сводить на конус сходить на нет; taper — свечка/тонкая конусообразный сужающийся утончающийся). From the end of it a small wand planted here and there showed (от его оконечности маленькие прутики воткнутые там и сям показывали) where the path zig-zagged from tuft to tuft of rushes (где тропа шла зигзагом от одной камышовой кочки до другой) among those green-scummed pits and foul quagmires (среди ям/затянутых зеленой тиной и вонючих трясин; scum — пена тина) which barred the way to the stranger (которые преграждали путь незнакомцу).

 

      share [ʃɛǝ], peninsula [pɪˈnɪnsjulǝ], quagmire [ˈkwæɡmaɪǝ]

 

      And now I come rapidly to the conclusion of this singular narrative, in which I have tried to make the reader share those dark fears and vague surmises which clouded our lives so long, and ended in so tragic a manner. On the morning after the death of the hound the fog had lifted and we were guided by Mrs. Stapleton to the point where they had found a pathway through the bog. It helped us to realize the horror of this woman's life when we saw the eagerness and joy with which she laid us on her husband's track. We left her standing upon the thin peninsula of firm, peaty soil which tapered out into the widespread bog. From the end of it a small wand planted here and there showed where the path zig-zagged from tuft to tuft of rushes among those green-scummed pits and foul quagmires which barred the way to the stranger.

 

      Rank reeds and lush, slimy water-plants (заросли камыша и обильно растущие скользкие водоросли; rank — богатый/о растительности заросший; lush — покрытый буйной растительностью) sent an odour of decay (посылали запах гниения) and a heavy miasmatic vapour into our faces (и тяжелые миазматические испарения нам в лицо), while a false step plunged us more than once thigh-deep (тогда как неверный шаг не раз/заставлял нас погружаться по бедра) into the dark, quivering mire (в темную колышущуюся трясину), which shook for yards in soft undulations around our feet (которая расходилась мелкой рябью на ярды вокруг наших ног; to shake — трясти волновать колебать; soft — мягкий слабый; indulation — волнистость). Its tenacious grip plucked at our heels as we walked (когда мы шли она цепко хватала нас за ноги и дергала; tenacious — цепкий; grip — хватка; to pluck at — дергать; heel — пятка), and when we sank into it (и когда наши ноги погружались в нее; to sink — тонуть погружаться) it was as if some malignant hand were tugging us down (казалось будто какая-то зловредная рука тащит нас вниз; to tug — тащить дергать с усилием) into those obscene depths (в эти отвратительные глубины; obscene — непристойный непотребный неприличный), so grim and purposeful was the clutch in which it held us (таким неумолимым и целенаправленным был захват которым она нас держала; grim — жестокий неумолимый). Once only we saw a trace (только один раз мы увидели след/того/) that someone had passed that perilous way before us (что кто-то прошел по этому опасному пути раньше нас; peril — опасность риск угроза). From amid a tuft of cotton-grass which bore it up (на одной из кочек с болотной травой растущей на ней; amid — посреди; to bear — нести находиться/где-либо/) out of the slime some dark thing was projecting (из тины торчал какой-то темный предмет; to project — выдаваться выступать).

 

      odour [ˈǝudǝ], decay [dɪˈkeɪ], perilous [ˈperɪlǝs]

 

      Rank reeds and lush, slimy water-plants sent an odour of decay and a heavy miasmatic vapour into our faces, while a false step plunged us more than once thigh-deep into the dark, quivering mire, which shook for yards in soft undulations around our feet. Its tenacious grip plucked at our heels as we walked, and when we sank into it it was as if some malignant hand were tugging us down into those obscene depths, so grim and purposeful was the clutch in which it held us. Once only we saw a trace that someone had passed that perilous way before us. From amid a tuft of cotton-grass which bore it up out of the slime some dark thing was projecting.

 

      Holmes sank to his waist (Холмс погрузился по пояс) as he stepped from the path to seize it (когда шагнул в сторону от тропы/чтобы взять его; to seize — схватить завладеть), and had we not been there to drag him out (и не будь нас/рядом чтобы вытащить его) he could never have set his foot upon firm land again (он никогда не смог бы снова поставить ногу на твердую землю). He held an old black boot in the air (он держал«в воздухе старый черный ботинок). "Meyers, Toronto," was printed on the leather inside ("Мейерс Торонто было оттиснуто на кожаной/подкладке/; inside — внутри).

      "It is worth a mud bath (он стоит грязевой ванны)," said he. "It is our friend Sir Henry's missing boot (это пропавший ботинок нашего друга сэра Генри)."

      "Thrown there by Stapleton in his flight (брошенный там Стэплтоном/во время бегства)."

      "Exactly. He retained it in his hand (он держал его в руке) after using it to set the hound upon his track (после того как использовал пуская по следу/сэра Генри собаку). He fled when he knew the game was up (он убежал когда понял что игра закончена; to flee — бежать спасаться бегством), still clutching it (все еще сжимая его/в руке/). And he hurled it away (и он бросил его; to hurl — бросать с силой) at this point of his flight (в этом месте/во время своего бегства). We know at least that he came so far in safety (по крайней мере мы знаем что он добрался сюда«так далеко невредимым)."

 

      air [ɛǝ], hurl [hǝ:l], far [fɑ:]

 

      Holmes sank to his waist as he stepped from the path to seize it, and had we not been there to drag him out he could never have set his foot upon firm land again. He held an old black boot in the air. "Meyers, Toronto," was printed on the leather inside.

      "It is worth a mud bath," said he. "It is our friend Sir Henry's missing boot."

      "Thrown there by Stapleton in his flight."

      "Exactly. He retained it in his hand after using it to set the hound upon his track. He fled when he knew the game was up, still clutching it. And he hurled it away at this point of his flight. We know at least that he came so far in safety."

 

      But more than that we were never destined to know (но кроме этого«больше чем это нам не суждено было узнать), though there was much which we might surmise (хотя было много чего что мы могли бы предполагать). There was no chance of finding footsteps in the mire (не было никаких шансов/на то чтобы найти следы в трясине), for the rising mud oozed swiftly in upon them (поскольку поднимающаяся грязь быстро/затягивала их; to ooze — выделяться вытекать), but as we at last reached firmer ground beyond the morass (но когда мы наконец достигли твердой почвы позади трясины) we all looked eagerly for them (мы все настойчиво их искали). But no slightest sign of them ever met our eyes (но ни малейшего их признака не встретилось нашим взглядам). If the earth told a true story (если земля рассказывала правдивую историю), then Stapleton never reached that island of refuge (тогда Стэплтон не добрался до убежища на островке) towards which he struggled through the fog upon that last night (к которому он пробирался сквозь туман в ту последнюю ночь). Somewhere in the heart of the great Grimpen Mire (где-то в сердце большой Гримпенской трясины), down in the foul slime of the huge morass (на дне«внизу в вонючей тине огромного болота) which had sucked him in (которое засосало его), this cold and cruel-hearted man is for ever buried (этот холодный человек с жестоким сердцем похоронен навсегда).

 

      surmise [sǝ:ˈmaɪz] /гл./ [ˈsǝ:maɪz] /сущ./, morass [mǝˈræs], cruel [kruǝl]

 

      But more than that we were never destined to know, though there was much which we might surmise. There was no chance of finding footsteps in the mire, for the rising mud oozed swiftly in upon them, but as we at last reached firmer ground beyond the morass we all looked eagerly for them. But no slightest sign of them ever met our eyes. If the earth told a true story, then Stapleton never reached that island of refuge towards which he struggled through the fog upon that last night. Somewhere in the heart of the great Grimpen Mire, down in the foul slime of the huge morass which had sucked him in, this cold and cruel-hearted man is for ever buried.

 

      Many traces we found of him in the bog-girt island (мы нашли много его следов на окруженном болотом островке; to gird — подпоясываться окружать) where he had hid his savage ally (где он прятал своего свирепого друга; ally — союзник). A huge driving-wheel and a shaft half-filled with rubbish (громадное приводное колесо и ствол шахты наполовину заполненный пустой породой; rubbish — хлам мусор пустая порода) showed the position of an abandoned mine (показывал расположение заброшенного рудника). Beside it were the crumbling remains of the cottages of the miners (рядом стояли осыпавшиеся останки хижин рудокопов), driven away no doubt by the foul reek of the surrounding swamp (которых несомненно разогнало страшное«грязное зловоние окружающих болот; to drive away — прогонять). In one of these a staple and chain with a quantity of gnawed bones (в одной из них скоба цепь и большое количество обглоданных костей; quantity — количество большое количество) showed where the animal had been confined (показывали где держали собаку; to confine — ограничивать держать взаперти). A skeleton with a tangle of brown hair adhering to it (скелет с комком коричневой шерсти приставшей к нему) lay among the debris (лежал среди обломков).

 

      ally [ˈælaɪ] /сущ./ [ǝˈlaɪ] /гл./, rubbish [ˈrʌbɪʃ], debris [ˈdebri:]

 

      Many traces we found of him in the bog-girt island where he had hid his savage ally. A huge driving-wheel and a shaft half-filled with rubbish showed the position of an abandoned mine. Beside it were the crumbling remains of the cottages of the miners, driven away no doubt by the foul reek of the surrounding swamp. In one of these a staple and chain with a quantity of gnawed bones showed where the animal had been confined. A skeleton with a tangle of brown hair adhering to it lay among the debris.

 

      "A dog!" said Holmes (собака сказал Холмс). "By Jove, a curly-haired spaniel (Господи спаниель с курчавой шерстью; by Jove — восклицание удивления). Poor Mortimer will never see his pet again (бедняга Мортимер никогда больше не увидит своего питомца). Well, I do not know that this place contains any secret (ну я не думаю что этот островок содержит какие-то тайны) which we have not already fathomed (которые мы еще не раскрыли; to fathom — измерять глубину разузнавать выяснять; fathom — фатом фадом морская сажень/английская единица длины; = 6 футам = 182 см/). He could hide his hound (он смог спрятать свою собаку), but he could not hush its voice (но не мог заглушить ее голос; to hush — утихомиривать), and hence came those cries (и отсюда шел тот вой; cry — крик вой лай) which even in daylight were not pleasant to hear (который даже при дневном свете неприятно было слышать). On an emergency he could keep the hound in the out-house at Merripit (при крайней необходимости он мог держать собаку в сарае в Меррипит-хаус), but it was always a risk (но это всегда было рискованно), and it was only on the supreme day (и только в последний день), which he regarded as the end of all his efforts (который он считал завершением всех его усилий), that he dared to do it (он осмелился так поступить«сделать это»). This paste in the tin is no doubt the luminous mixture (эта паста в жестянке несомненно светящаяся смесь) with which the creature was daubed (которой/он намазывал животное; daub — штукатурка из строительного раствора с соломой обмазка; to daub — мазать/глиной известкой и т п штукатурить). It was suggested, of course, by the story of the family hell-hound (конечно же/его навели на мысль семейное предание о дьявольской собаке), and by the desire to frighten old Sir Charles to death (и желание напугать старого сэра Чарльза до смерти).

 

      spaniel [ˈspænjǝl], luminous [ˈlu:mɪnǝs], daub [dɔ:b]

 

      "A dog!" said Holmes. "By Jove, a curly-haired spaniel. Poor Mortimer will never see his pet again. Well, I do not know that this place contains any secret which we have not already fathomed. He could hide his hound, but he could not hush its voice, and hence came those cries which even in daylight were not pleasant to hear. On an emergency he could keep the hound in the out-house at Merripit, but it was always a risk, and it was only on the supreme day, which he regarded as the end of all his efforts, that he dared to do it. This paste in the tin is no doubt the luminous mixture with which the creature was daubed. It was suggested, of course, by the story of the family hell-hound, and by the desire to frighten old Sir Charles to death.

 

      No wonder the poor wretch of a convict ran and screamed (неудивительно что бедняга-каторжник бежал и кричал), even as our friend did, and as we ourselves might have done (точно так как и наш друг и как мы сами могли бы), when he saw such a creature (когда увидел такую тварь) bounding through the darkness of the moor upon his track (несущуюся«прыгающую сквозь темноту болот по его следу). It was a cunning device (это был хитрый план; device — устройство план), for, apart from the chance of driving your victim to his death (поскольку кроме возможности довести жертву до смерти), what peasant would venture to inquire too closely into such a creature (какой крестьянин рискнул бы выяснять слишком тщательно о такой твари; to inquire into smth. — выяснять/расследовать что-либо; to inquire — осведомляться справляться спрашивать узнавать) should he get sight of it, as many have done, upon the moor (взгляни он на нее на болотах как/это случалось со многими)? I said it in London, Watson (я говорил это в Лондоне Ватсон), and I say it again now (и я говорю это сейчас снова), that never yet have we helped to hunt down a more dangerous man (что никогда еще мы не помогали ловить более опасного человека; to hunt down — выследить поймать) than he who is lying yonder (чем того который лежит вон там)" — he swept his long arm towards the huge mottled expanse of green-splotched bog (он указал своей длинной рукой в сторону огромного пестрого простора/покрытых зелеными пятнами болот; to sweep — мести проводить/рукой/; to splotch — покрывать пятнами) which stretched away until it merged into the russet slopes of the moor (которые тянулись вдаль пока не сливались с красновато-коричневыми склонами торфяников).

 

      device [dɪˈvaɪs], inquire [ɪnˈkwaɪǝ], expanse [ɪksˈpæns]

 

      No wonder the poor wretch of a convict ran and screamed, even as our friend did, and as we ourselves might have done, when he saw such a creature bounding through the darkness of the moor upon his track. It was a cunning device, for, apart from the chance of driving your victim to his death, what peasant would venture to inquire too closely into such a creature should he get sight of it, as many have done, upon the moor? I said it in London, Watson, and I say it again now, that never yet have we helped to hunt down a more dangerous man than he who is lying yonder" — he swept his long arm towards the huge mottled expanse of green-splotched bog which stretched away until it merged into the russet slopes of the moor.


Администрация сайта admin@envoc.ru
Вопросы и ответы
Joomla! - бесплатное программное обеспечение, распространяемое по лицензии GNU General Public License.